Чтение онлайн

Но где наша не пропадала, верно?

Пришлось несколько дней упорно сцеживать молоко. Его становилось всё больше, но температура не спадала.

Наконец Ярославна смилостивилась надо мной и сунула в руки кружку с чем-то, пахнущим отвратительно.

— Что это? — недоверчиво покосилась я на глиняную чашку.

— Пей, воспаление снимает, — проворчала она. — А то загнёшься у меня тут ещё. Куда я твоего ребёнка потом дену? Мне он не нужен.

— А если ребенку навредит???

— Не навредит! — вспылила Ярославна.

Я, конечно, опасалась пить неизвестно что, но, похоже, выбора у меня не было.

Начала маленькими глотками пить эту откровенную гадость.

И действительно, температура начала спадать.

Уже к вечеру мне стало легче.

Через недельку я кое-как оклемалась. Серёженька уже приноровился, привык. С него сошла краснота, он начал прибавлять в весе, и это очень радовало.

Несмотря на то, что старуха всё время выглядела недовольной, я видела, что она всё-таки ещё имеет сердце в груди. Потому что поручения её были посильными. И кормила она меня неплохо.

Когда я почувствовала себя значительно лучше, то задумалась о том, что мне пора искать другой приют. Правда, я не представляла, куда могла бы пойти и где условия могли быть лучше. Но ведь я напросилась всего на пару недель.

Спрашивать об этом у Ярославны было бесполезно. Она бы снова сказала, чтобы я шла в деревню.

А что в деревне? Кому я там нужна? У всех свои дворы, семьи.

— А где-нибудь неподалёку есть какой-то город? — как-то спросила я у неё.

Она посмотрела на меня, нахмурившись.

— Есть. Версты четыре. Как добираться будешь?

Ого. Меня уже выпроваживают.

— Хотела бы попробовать обосноваться там, — произнесла я осторожно. — Кем можно устроиться на работу?

Ярославна хмыкнула.

— Аристократка умеет работать?

— А разве вы не видели, как я мыла полы и убиралась в доме? — ответила я с легким возмущением.

— Так это любой может. А вот по-настоящему служить — это только если с детства привык.

Я хмыкнула. Она-то не знает, как я пахала всю свою жизнь.

— Так кем можно устроиться?

Старуха пожала сутулыми плечами.

— С ребёнком особо никуда не возьмут. Прачкой разве что. Но это тяжёлая работа. Не для аристократических ручек.

Ну вот, полезло опять её презрение.

Однако я видела, что презирает она не меня, а именно аристократов. Возможно, в своей жизни видела от них много недоброго.

— А если кухаркой? — уточнила я.

— Кухарки весь день у плиты стоят, — ответила она, скорчив гримасу, отчего её лицо стало ещё более отталкивающим. — С ребёнком тебя к плите не подпустят.

Я задумалась. Неужели действительно остаётся только прачка?

Это действительно очень тяжело.

Но я бы хотела зарабатывать деньги. Я бы хотела устраивать свою жизнь и не висеть на чужой шее.

— А как добраться до города, если не пешком? — спросила я.

Старуха нахмурилась, как будто я задала ей глупейший вопрос, после чего выдохнула и проворчала:

— Вообще никак. Но я могу попросить Митьку. Он местный, деревенский, но работает в городе. Может, подсобит да подбросит тебя, коль желаешь.

Я поняла, что речь идёт о том парне-блондине, и обрадовалась. Значит, у меня есть шанс попасть в город.

А вдруг там условия окажутся не хуже, чем здесь?

За счёт продажи драгоценностей или платьев, возможно, смогу снять комнату. Буду брать Серёжку с собой в прачечную. Он будет рядом, пока я буду работать.

А там, дай Бог, привыкну и как-то выкручусь.

И хотя подобная перспектива казалась безумно сложной, я всё-таки чувствовала воодушевление.

Жизнь не раз бросала мне вызовы.

Не однажды приходилось пробираться сквозь сплошные проблемы.

Но всегда удавалось выжить.

Терпение и труд всё перетрут, как говорила моя бабушка.

— А как мне связаться с этим Митькой? — спросила я.

— Сегодня придёт. Поди, уже скоро, — буркнула старуха. А затем добавила, сверля меня взглядом: — Только учти, хвостом перед ним не крути. У него невеста есть!

Я оскорблённо выпрямилась.

— А я и не собиралась! Я же не курица какая-то!

— Мало ли, — бросила она. — Кто вас, аристократов, знает, что у вас на уме?

Я бы, наверное, ответила ей что-то пожёстче, несмотря на то что она дала мне приют.

Но в этот момент послышался негромкий стук в дверь.

Кажется, Митька пришёл…

И действительно, зашёл Митька.

Тут же перевёл взгляд на меня. Я заметила, как в его, оказавшихся синими глазах промелькнуло волнение. Он тут же опустил их и начал теребить шапку, после чего кивнул старухе и начал что-то спрашивать по своим делам.

Ярославна вручила ему несколько склянок, а затем с лёгким раздражением произнесла:

— Слушай, Мить, тут барышня в город хочет съездить, жильё поискать. Может, проводишь?

Парень так удивился, что его брови поползли вверх.

— Да, да, конечно, — бросил он и с большей уверенностью посмотрел на меня. — Когда именно вы хотите попасть в город?

Я удивилась его покладистости и учтивости, пожала плечами.

— В принципе, я подстроюсь под вас, — осторожно произнесла я. — Мне чем быстрее, тем лучше.

Парень кивнул.

— Что ж, я могу заехать за вами через час.

Я удивилась, что так быстро, и поспешно закивала.

— Да, конечно! Большое спасибо.

Парень тут же развернулся, наклонился, чтобы пройти в невысокую дверь, и выскочил наружу.

Ярославна хмыкнула, но ничего не сказала. Что она там себе думала, меня не интересовало. Надеюсь, что скоро с этой старухой я расстанусь.

Митя. Дмитрий. Я так понимаю, парня звали именно так?

Он прибыл ровно через час, и я невольно отметила его пунктуальность.