Чтение онлайн

– Да ничего.
– "Ученик" выше совсем ненамного, но шаг в шаг с ним поспеть непросто.
– Непривычно.

– Еще бы!
– еще одна солнечная улыбка.
– У вас положено тренироваться либо дома, либо в армии. Правильно?

– В общем-то, да, - против воли рассмеялся Роджер.

Где же рыбе догадаться, что сухопутных удивляет не цвет воды, а возможность в ней дышать? Отпустил бы самый мягкосердечный эвитанский отец свою дочь на общественный стадион? Зная, что там - вперемешку дамы и кавалеры? Без присмотра дуэний и даже без служанок.

Отпустил бы туда Эдвард Таррент Ирию, не говоря уже о... других дочерях? А покойный герцог Алехандро Илладэн - Элгэ? Или покойный Фредерик - принцессу Жанну?

Впрочем, последняя попала бы на стадион так или иначе - тайком. Как и во множество других мест. Только отвернись.

И других бы с собой утащила.

Лет в десять Роджер был в Жанетт почти влюблен. Пока об этом не догадался отец. Больше во дворец он Джерри не брал.

– Кстати, я ничего не путаю: твое звание - капитан?

– Да, только оно - купленное. Так же как и лейтенантское. Я слишком поздно поступил на службу - в девятнадцать, а не в шестнадцать. Отец не хотел, чтобы я в таком возрасте шел в корнеты.

– Спросить, почему так затянул, будет бестактно?

– Да нет. Я собирался в Академию, но... не сложилось. А какой из меня офицер, можешь догадаться.

– Роджер, не обижайся, но офицер из тебя такой же, как и вообще военный. Ты просто не на своем месте. В этом всё и дело.

Конечно, не на своем. Он с рождения не на своем. Чужие команды, чужая воля, чужие поступки. Свои только мысли. Но кому какое дело, о чём думает запятнавший себя очередной мерзостью негодяй?

– Знаешь, сейчас у тебя выбора нет, но потом... я бы на твоем месте все-таки оставил военную службу. Не поздно ведь еще. Поступил бы в Академию. Например, в нашу - Сантэйскую. Не Мидантийская, конечно, но всё же...

Забавно. Куда бы ни попадал Роджер - везде если и появлялись друзья или приятели, то обязательно младше годами. Серж, Марк. Ровесник Алан - исключение.

И какая же Ревинтер бесполезная бестолочь - если все они так и норовили его опекать?

– А ты, Марк?
– поддел очередного "покровителя" Роджер.
– Точно знаешь, где твое место?

– Я ведь тебе уже говорил, - вновь спокойная, уверенная улыбка. Роджеру таким не стать и в сорок. Даже если невесть каким капризом судьбы доживет.
– Через полгода истечет срок, данный мне приором михаилитов. Я приму послушничество. А через год - принесу обет.

Да, говорил. Не говорил лишь - зачем. Для чего умному, красивому, талантливому патрицию из высшего света Сантэи идти в монахи? Ему-то чего не хватает?

– Мое место - на войне, - продолжал Марк.
– Я это знаю. Но война должна быть справедливой...

Таких не бывает!

– ...а что справедливее веры в Творца?

Во имя веры триста лет назад был дотла выжжен Лиар. И монахи там шли бок о бок с наемниками и мародерами. Стройными рядами. А иногда - толпой. Озверевшей.

Да, служители Творца не грабили и не насиловали. Просто убивали иноверцев. Разными способами. И нередко - медленно и изощренно. Давали время раскаяться и уверовать правильно. Ты таким хочешь стать, Марк?

Впрочем, понятно, что ответит добрый и наивный парень. Что ты, Роджер? Разве михаилиты кого-то пытают? Где ты такое слышал? Если кто и распускает слухи об Ордене святого Михаила, так это те самые пыточных дел мастера - леонардиты.

Да нет, нигде не слышал, конечно. Просто жаль парня. Жизни еще толком не видел, а уже рвется от нее отказаться.

Сам Роджер о таком никогда не думал. Хоть, возможно, как раз для него монастырь и стал бы выходом. Книг там вдоволь.

Может, недостаточно верил? А потом не хотелось приносить в дар Творцу собственные грехи. Больше-то ничего не осталось. А то как грешить - так сам. А как отвечать - так напару с Творцом. Заручившись его покровительством.

Да и будь Творец действительно так милостив и справедлив, как говорят церковники, - давно уже остановил бы Ревинтеров. И войска карателей - два года назад. Да и леонардитам с амалианками мало бы не показалось.

А вот здесь Роджер - опять неправ. Потому что у каждого есть еще собственная воля. Священные Свитки надо внимательней читать.

Есть. Или должна быть. И Творец - никому не нянька.

А за мыслями о вечном Роджер совсем забыл, что припас для Марка сюрприз. А ведь даже репетировал, как именно вручит.

– Кстати, пока ты еще не в монастыре.
– Небрежным жестом вытащить из медальона записку. А куда еще ее сунуть? В рукав рубашки? Так тунике рукава не полагаются. Особенно в такую жару.
– Это тебе.

– От кого?
– удивлен. И заинтересован, монах будущий.

– От девушки. Вручила под шумок на стадионе. Сегодня.

Под шумок. Но смело и не опуская взгляд.

Взволнованные черные глаза, упрямо и решительно сжатые губы. Вызывающе красивое лицо, гибкое, тренированное тело...

Чем-то она напомнила Ирию Таррент. Сам Роджер побоялся бы к такой подойти.

– Так, может, это тебе самому?
– смеется, но...

– А она уточнила, что для тебя, - поддел Ревинтер.

– А почему не отдала сразу мне?

Мда. В чём-то ты - взрослый...

– Постеснялась. Ты ей нравишься, а я - нет. Друзей возлюбленных не всегда стесняются и в Эвитане. Так ты читать будешь?

– А то!
– Марк протянул руку.

Роджер резко отвел свою. Как мог, резко.

Ага, сейчас! Квиринец - втрое быстрее, так что шутка долго не протянулась.

А вот любовное послание Марк читал долго. Не меньше трех раз.

– Часто такие получаешь?
– не удержался Роджер.

– Нет, конечно!
– патриций резко отвернулся, скрывая запылавшее лицо. Не улыбнуться бы теперь. Обидится еще.
– И от этой девушки мне еще ничего не передавали - если тебе интересно. Слушай, ты - как хочешь, а я умираю с голоду!

И очень хочешь сбежать от разговора. Ну ладно...

3

Сестру Марка зовут Сильвия. Их отец был женат на бьёрнландке, вот и дал дочери не квиринское имя. Хоть и очень похожее.

Сильвия совершенно открыто встречается с женихом наедине. А он так же открыто посещает дом невесты. Ежедневно.

А ведь Сильвия не выезжает на балы. И уж точно ногой не ступает на приемы и стадион. Так как себя ведут те, кто числится там в завсегдатаях?