Чтение онлайн

– Что произошло? – мягко улыбнувшись, спросил я. – Или тебе, как и мне неловко, что мой Донум празднуют в королевском замке?

– Я… – Дея, судорожно вздохнув, опустила голову.

Коснувшись ладонью ее подбородка, нетерпеливо повернул к себе лицо любимой. Бездонные сине-зеленые глаза блестели от непролитых слез. Девушка, упрямо дернув головой, попыталась отпрянуть, но я не собирался уступать, продолжая мягко сжимать лицо в своих ладонях. Не разрывая зрительный контакт, она перестала сопротивляться и чуть приблизилась...

Я ответил на поцелуй, крепче прижав ее к себе: дрожь девичьего тела передалась и мне.

– Чего ты боишься? – спросил я, чуть наклонив голову, чтобы наши лбы соприкоснулись.

– Ты знаешь...

Не смог подавить вздох: последние дни я только и слышал, что о Связи. Ведь завтра мне исполнится 20 сол. И грядущей ночью мне может присниться суженая, а если же этого не произойдет, все будут напряженно ждать – в том числе и я – еще один год, последний. Septimus Sensu – древняя магия, пока еще спяще циркулирующая по моей крови, может ожить в любой момент. Связь, возникающая между двумя венефикусами, была сродни тому, что люди называют любовью, и в то же время являлась чем-то большим и непостижимым.

В период с 192 по 252 луну сознание одного полумага сплетается с сознанием другого, образуя Septimus Sensu – «мостик между двумя сознаниями». Две души становятся единым целым. Это происходит в Знаменную Ночь. В такую ночь избранные Истоком, сняться друг другу, и в этот миг древнее заклятье великого Регема соединяет их сердца. Конечно, помимо этого, Связь увеличивает магическую мощь двух венефикусов. У некоторых может почти полностью отсутствовать способность к Натуралия Магицэ [Naturalia Magicae (Натуралия Магицэ) – природная магия (лат.)], а Связь мощным зарядом пробуждает ее.

Сама же Septimus Sensu – Связь, на которой держится наше мироздание – покрыта тайной столетий. Странно, что никто из Семи Кланов не задавался вопросом о ее истинном появлении. Все лишь следовали древним традициям, передавая из поколения в поколение легенды о Древних из Абсолютус Магус, об их жизненном укладе, и о Связи.

– Все будет хорошо. Неважно, что произойдет, я всегда буду рядом, – отгоняя непрошеные мысли, коснулся кончиками пальцев персиково-розовой щеки.

– Но если ты «свяжешься» с кем-то другим, ты забудешь обо мне, твои чувства исчезнут, – Дея чуть отстранилась, заглянув мне в лицо. Беспокойство, плескавшееся в турмалиновых глазах, выдало девушку с головой – эта мысль давно ее мучила.

– Но ведь… – печально улыбнулся в ответ, – если это произойдет с тобой, то ты отвернешься от меня еще до наступления рассвета.

Вместо ответа Дея прижалась ко мне, крепко обняв, обжигая даже сквозь плотную ткань камзола.

– Пообещай, что всегда будешь со мной...

– Дима! – окликнув фальшивым именем, Дея спешно приближается ко мне.

– Привет,Аня, – ухмыляюсь я, не понимая, зачем нужен этот цирк – в парке ни души, по крайней мере, в поле моего зрения. – Зачем звала?

– Последний листопад, – отвечает она, продолжая многозначительно смотреть, и тут до меня доходит...

– Нет, – отрезаю я и встаю, чтобы уйти, но девушка преграждает мне путь.

Да уж, я словно теннисный мячик – мечусь туда-сюда. Кае говорил, что обязательно пойду, но решимость ускользает, ровно, как и тепло из мерзнувших ног.

– Да ладно тебе, не каждый день у тебя...

– Нет.

«К сожаленью, День Рожденья только раз в году...»,– мысленно заканчивает Дея строчкой из песни.

Раздраженно рычу, сложив руки на животе, и испытывающее смотрю на нее, а Дее хоть бы что – светится счастьем под гнетом моего тяжелого взгляда. В любом случае, если я сейчас не соглашусь на ее условия, всю следующую неделю она посвятит обсуждению моего отказа. А может, и того хуже – посвятит классного руководителя, привяжет к стулу и, надев праздничный колпак, будет вместе с классом водить вокруг меня хороводы, распевая «Happy Birthday to you». Счастливые люди всегда предсказуемые – хотят осчастливить всех вокруг, и, неважно нравится остальным это или нет. Так что, лучше согласиться и, стиснув зубы, натянуть улыбку. Как говорится, жизнь – игра, и чем лучше ты притворяешься, тем легче верят тебе люди, перестают лезть в душу, советовать, как жить, и утешать. А мне не хочется, чтобы наши отношения строились на жалости или каких-либо обязательствах.

Не проходит и получаса, а я уже сижу на заднем сидении темно-синей двухдверной «Нивы» рядом с весьма проницательной Марией Синицыной. Странно, Дея, что, думает, я буду чувствовать себя комфортнее в птичьей компании? Соколовский, Синицына... А капитан Ла Бюз [Ла Бюз – пират Оливье Левассер, по прозвищу Ла Бюз (фр. La Buse, что значит «Канюк»)] будет там, куда мы едем?

Позволяю Дее прочитать последнюю мысль, на что она лишь ухмыляется:

«Поверь мне, и без него у тебя будет что вспомнить»

После такого утверждения, мне до жути хочется заглянуть Дее в голову и узнать, что она скрывает, но тут же отбрасываю эту мысль. Отвернувшись к окну, начинаю разглядывать проплывающий мимо пейзаж. Деревья, расположившиеся по краям дороги, пролетают мимо со скоростью 80 км/ч – по всей видимости, больше из машины не выжать. Над верхушками крон сгущаются мрачные тучи, не предвещающие ничего хорошего.

Последний листопад... даже не верится, что сегодня день моего рождения. Думал ли я, что когда-нибудь будут проводить его в обществе школьников, даже не подозревающих о существовании Интермундуса – места, откуда я родом?

Размышления о превратностях судьбы впиваются в меня клещом, и когда машина наконец-то останавливается, я с удивлением обнаруживаю, что мы находимся напротив здания с неоновыми буквами «Лайбра».

– Где это мы? – спрашиваю, обращаясь к своим спутникам.

– Мы в Бронзовске, в соседнем поселке, – поясняет Кир.

– А это, – Маша указывает на здание, – местный клуб-бар-караоке, бывшая библиотека, кстати.

– И? – добавляю, ожидая дальнейших объяснений.

– С Днем Рождения! – Дея, лучезарно улыбается.

– Мне сразу полегчало, – иронично подмечаю, выходя – точнее выбираясь – из машины.

Решив не задумываться над тем, чем им не угодил родной клуб «Galaxy», делаю шаг внутрь. Становится ясно, почему Маша упомянула библиотеку: судя по интерьеру, дизайнер – если он вообще был – всю жизнь мечтал устроить вечеринку среди пыльных книжных полок. Стены цвета шоколада украшают маленькие светильники, развешанные на расстоянии около метра друг от друга. Плафоны из разноцветного стекла меняют мягкий светло-желтый свет ламп на зеленые, красные и голубые оттенки цветового спектра, из-за этого лица писателей в рамках окрашиваются в неожиданные тона. Столиками служат сдвинутые школьные парты, тоже перекрашенные в коричневый, а полки за барной стойкой заменяет старый книжный шкаф. Слева находится небольшая сцена с музыкальной установкой и сопутствующей аппаратурой, напротив нее – большой плазменный телевизор, по которому крутят нарезки из клипов, и, очевидно, он и используется для показа бегущей строки в часы караоке.