Чтение онлайн

Теон садится в кресло и, поддавшись вперед, внимательно смотрит на меня, словно ждет ответа. Отношение к имени питомца наверняка отразилось в моих глазах.

– Милое имя, – задавив в себе приступ сарказма, отвечаю я.

От его взгляда приступ неловкости сводит конечности, и мне начинает казаться, что я слишком громко дышу. Начинаю деревянной рукой тыкать пульт, с бешеной скоростью, ощущая затылком его взгляд.

Кнопка заедает на моменте интимной сцены. Уши обдает жар. Поворачиваюсь на хмык, но Теон уже сидит над книгой с вдумчивым видом. Ага, читает он. Так и слышу его тихий смех. Распускаю волосы, чтобы закрыть пунцовые уши, и, встряхнув пульт, переключаю канал. Но даже глупая комедия не снимает моего напряжения. Беру телефон. 8:40. До свидания целая вечность... Руки так и зудят позвонить или написать Киру... Кладу телефон на столик и поворачиваюсь лицом к спинке дивана. Новое покрывало не воняет кошками, что несказанно радует. Закрываю глаза, стараясь не вслушиваться в шелест страниц и работающий очиститель воды.

Звуки музыки доносились из Лунного Зала. Такие мелодичные, плавные, что хотелось поплыть вместе с ними по коридору и впорхнуть в зал.

– Дея, нельзя! – Лео схватил меня за руку.

– Почему тебе можно, а мне нельзя?! – выдернула руку и сердито стрельнула глазами в мальчика. Он был в черном костюме с вышивкой. Золотой плащ был на тон темнее его волос.

– Если хочешь, я не пойду… – сказал он.

– Я знаю, меня пустят на Бал Полнолуния только в 14... Иди, – толкнув его в плечо, проглотила ком обиды.

Лео пошел по коридору, то и дело оглядываясь на меня. Присела на резной стульчик у колонны. Сколько себя помню, он всегда тут стоял. Зачем – не знаю... Лисия говорила, что на нем в полнолуние сидит и порет ткань судьбы приспешница Чумы Первой Эпохи – старуха Цера. Подобные рассказы меня всегда пугали. Звуки смеха пронеслись по коридору, растворившись под высокими потолками. Съежившись на стуле, обняла колени. Как же хотелось увидеть Племейна и его Связанную. Говорят, Аква настоящая красавица. Закрыв глаза, попыталась представить, как они кружатся, купаясь в лунном свете. Первый танец очень сложный, им ведь нельзя касаться друг друга. Вот бы на это посмотреть...

Выпрямившись, посмотрела по сторонам. Стража украдкой заглядывала в центральные двери. А вот боковые зазывали полоской серебристого цвета. Спрыгнула со стула и, стараясь не шуметь, направилась прямо к ним.

Одним глазком...

И тут меня схватили за плечо. Вскрик оборвался – ладонь закрыла рот.

– Ты чего кричишь? Это же я! – Лео убрал руку. – Хочешь, чтобы король узнал, что ты так поздно не спишь?

Фыркнув, показала ему язык.

Лео улыбнулся и протянул мне кулек из салфетки. Развернув его, я была готова прыгать от счастья. Лунарные пирожные!

Вдохнув горячий сладкий аромат, я откусила кусок, и рот заполнился медово-холодной начинкой с молочным привкусом...

Просыпаюсь от того, что рот наполнился слюной. Встаю подтянувшись. Теона и след простыл. И Слава Истоку...

В 13:00 уже готова отправится со своим возлюбленным хоть на край света, оставив позади сомнения и абсурдное утро. Воздух уже остыл, и температура уже не поднимается выше 9С , но это не помешает мне чудесно провести день. Свитер мне в помощь.

Кир приезжает ко мне примерно через час. Я выходу на улицу и сажусь в машину.

– Привет, малыш, – получаю легкий поцелуй в уголок губ и растекаюсь по сидению.

В его компании все мои треволнения отступают, и я могу вздохнуть свободно, не боясь наткнуться на пару проницательных лазурных глаз.

Когда мы минуем центр, а мимо все чаще мелькают старые здания с облупившейся краской и выбитыми окнами, я понимаю, что Кир везет меня за пределы центра.

– Мы в Бронзовск? – спрашиваю я, оторвав взгляд от оконного стекла.

– Нет, – отвечает парень, улыбнувшись. Серые огоньки в глазах игриво сверкают, а мои ладони тут же становятся влажными от его взгляда.

Пока мы болтаем, меня обволакивает родной голос, даря чувство, будто бы меня укрыли теплым одеялом в жуткий мороз. Я ощущаю себя целой. Моя душа парит где-то над крышей автомобиля, а сердце щемит от счастья. «Меня любят» – выстукивает оно.

Как же здорово, когда тебя слушают без насмешки, ловя каждое слово, когда хочется раскрыть душу, а не запирать ее на сотню замков.

Машина останавливается, и я начинаю озираться по сторонам, пытаясь определить наше местоположение:

– Где мы?

– В парке Ленина, – Кир достает из багажника сумку. – Мы в Старом Городе. Прости, наверное, лучше было бы пойти в кафе, погодка уже не та...

Выбравшись из машины, и получив полный обзор, заключаю, что место вокруг больше походит на лес, чем на парк. Но, присмотревшись, я замечаю железные прутья, пригнутые к земле – все, что осталось от кованой ограды. Мы, взявшись за руки, идем вдоль тропинки, ведущей вглубь лесопарка. Выйдя на небольшую полянку, Кир выбирает более-менее чистое место близ деревьев и расстилает клетчатое стеганое одеяло.

– Раньше центр города находился севернее, а это был центральный парк, – Кир жестом руки обводит окружающие нас деревья. – Но из-за природных катаклизмов – вроде бы землетрясений – люди решили перенести здание городского совета, а вместе с ним и весь город.

Окинув взглядом, окружающие нас деревья, пытаюсь представить как это место выглядело, будучи парком – с ухоженными тропинками, снующими туда-сюда людьми и, конечно же, с красивой под два метра оградой.

– Вон там, видишь? – он указывает на темные рваные силуэты меж деревьев, – Эти заброшенные дома – все, что осталось от Старого Города. Мой дед жил в одном из этих домов. Если хочешь, мы можем сходить туда, но сначала… – парень встает. – Я схожу за хворостом, и мы приготовим что-нибудь на костре.

– Я с тобой, – вызываюсь я, но Кир качает головой.

– Побудь здесь, посторожи вещи, вокруг полно охотников за вкусной едой. Я мигом, – быстрый поцелуй прожигает насквозь, не давая опомниться и возразить. И вот уже Кир идет по тропинке, уходящей вглубь леса.

Я провожаю его спину грустным взглядом: мне совсем не хочется оставаться одной, даже ненадолго. Ведь стоило ему уйти, в голову снова прыгнуло сегодняшнее утро. И чего это я так часто о нем думаю? Хотя Теон и не придал большое значение моему поступку, это не значит, что я так просто смогу об этом забыть. Конечно, это не такая уж и глобальная трагедия, но все же... Почему? Я все никак не могу прогнать охватившее меня тогда чувство, когда кончики пальцев коснулись его щеки. Чувство покоя, словно я, наконец, обрела то, что искала. Возможно, это потому что, пытаясь коснуться Связи, ощутить Septimus Sensu, я не сразу смогла сопоставить физические ощущения и то, что себе вообразила. Вот глупость, разве можно физически нащупать Связь?

Стараясь отвлечься, я ложусь на плед, так, чтобы в поле зрения осталась тропинка, по которой Кир ушел в лес. Солнце далекими и уже прохладными лучами обнимает приготовившуюся ко сну землю, словно прощаясь с ней – не скоро еще я смогу ощутить ласковое дуновение теплого ветерка на своем лице. Закрыв глаза, вслушиваюсь в пение птиц и представляю себя гуляющей по парку Старого Города, где не смолкает веселый гул, перемешиваясь с голосами природы. Меня клонит в сон, и я почти засыпаю, когда услышу шорох.