Чтение онлайн

Если такой клан вовремя не взять под контроль, то он превратится в монстра. Что с его корпорацией на поводке и так почти произошло.

Неудивительно, что Владислав так нервничал. Странно, что его беспокойства не разделял Император… хотя, зная его уровень силы и специфический взгляд на мир, я удивился не сильно.

В любом случае, с Уваровыми надо заканчивать. Но так, чтобы я по итогу приобрёл. И вот эти документы, которые я держал в руках, были моим главным козырем.

И козырем Владислава… который он попытается заполучить из моих рук как можно раньше.

Вот только я не отдам их ему. Они — мой инструмент. Для моей роли в переговорах с Уваровыми. И ничьи больше.

Мы с Владиславом союзники на этом поле. Но это пока. Неизвестно, как развернётся ситуация дальше.

Если он представит этот козырь от своего лица, то будет иметь ещё более сильную позицию, чем сейчас. А если с доказательствами в переговоры войду я, то Владислав будет обязан со мной считаться. И Уваровы тоже это заметят.

Пусть им это уже ничем не поможет.

Единственный вопрос оставался в том, пойдут ли они на полный крах своего клана или рискнут? Если они убьют Владислава и меня, то их проблемы резко уменьшатся. Они это понимают.

Точно так же, если они уберут только меня, после того как я передам документы, выиграет Владислав. Если уберут Владислава… пожалуй, это не лучший вариант для меня. Потому что именно его происхождением обеспечивается львиная часть давления на них. Тут хочешь не хочешь, а будешь ценить его.

Но прямо сейчас передо мной стоял не менее важный вопрос.

Сколько времени мне понадобится на возвращение Люды к полноценной жизни?

Я подошёл к её капсуле. И стал подробнее прощупывать конструкты, которые окружали её тело. Они все были простенькие. Никаких изысков, как с Аней не было. Они просто поддерживали стабильность аномалий внутри, не давая разойтись им.

А вот жидкость, в которой Люда пребывала, была уже чем-то совсем другим. Она была насыщена энергией стихии жизни до предела. И от этого усиливала стихию жизни в самой Люде. Как и аномалии.

При более детальном изучении я всё больше склонялся к тому, что Людмила… была введена в кому, а не впала в неё. Её просто держали в этом сне, чтобы она была подконтрольной. А сама являлась средой, для выведения показателей стихии жизни до предела.

И это откладывало свой отпечаток на её энергетике. Она была перенасыщена. Но вещество, в котором Людмила находилась, усиливало и её энергетику и её тело, позволяя относительно спокойно пропускать огромные объёмы энергии.

Как раз чтобы… родить божество?

Если Людмила и послужит причиной для его рождения, то только ценой своей собственной жизни.

А значит — никаких божеств. Таково моё решение. И плевать мне на алчные интересы корпоратов и психов в белых халатах.

Я спасу её жизнь. Потому что обещал. Потому что хочу видеть эту красотку живой. В моём клане.

Вывести Людмилу из комы не сложно. Но нужно придумать, как сдержать аномалии внутри неё.

И кое-какой план у меня был. Успею часов за десять максимум. Так что фора из сорока, уже, шести часов как раз то что надо. Её хватит с лихвой.

Но прямо сейчас нужно успеть на переговоры Владислава с князем Уваровым.

Потому что очень нечасто выпадает шанс присвоить самую могущественную техномагическую корпорацию Российской Империи.

Когда кристаллы запитали лабиринт, я телепортировал его в Родной мир. В лес неподалёку от Северного Предела.

Агатовцам велел разбить здесь лагерь. Для содержания пленных учёных и собственного пребывания. Гвардейцев Уваровых мы с собой не брали.

Раненых агатовцев я повёл за собой в Северный Предел. Передам их на лечение Ане.

С собой же повёл капсулу. Зашёл с юга к Пределу и телепортировался вместе с ранеными и капсулой прямо в особняк. Чтобы никто лишний не глазел.

А через несколько минут мы с Аней уже стояли в самых просторных гостевых покоях особняка, где я вкратце объяснил ей ситуацию. С капсулой, которая стояла прямо в центре зала.

Она не проронила ни слова. Только смотрела на капсулу с Людой. А потом трепетно провела по ней рукой. В том же полном молчании.

Затем я попросил её заняться лечением бойцов «Агата». Но она меня даже не услышала.

— Аня… — произнёс я её имя. В ответ — тишина. Он не отрывала взгляда от капсулы с сестрой. — Аня!

— А? — она подняла на меня взгляд золотых глаз.

— Займись лечением раненых. С Людой всё будет в порядке. Она уже здесь. Рядом с тобой, — я подошёл ближе и взял её за руку. — Под моей защитой. Как только я закончу свои дела в столице, то верну её к полноценной жизни. Беспокоиться больше не о чем. Нужно просто вылечить парней, которые прикрывали меня и нашли эту капсулу.

— Да… — пробормотала она. — Конечно. Надо вылечить. Да! Точно! — закивала. Но взгляд её всё так же будто смотрел в пустоту.

Она резко развернулась и поспешила в гостиную, где ждали агатовцы. Но у самого выхода остановилась. Замерла. Секунда. Другая… И рванула обратно.

Ко мне.

Аня сходу налетела на меня. Её прохладные пальцы обхватили моё лицо, а губы потянулись к моим. Неловко. Быстро. Хаотично.

Мы чуть не стукнулись.

Оттолкнуть?

Это… проще.

Но не то, что нужно. И не то, чего я хочу.

Я взял всё в свои руки.

Прижал Аню за талию к себе и слился с её губами в поцелуе. Сладком, словно цветочный мёд. Аня явно целовалась впервые. Но компенсировала неопытность порывом чувств.

И в этот момент мне было… чертовски хорошо.

За всё недолгое время нашего знакомства, я старался не думать о ней, как о женщине. Скорее, как об одинокой девочке, которая потеряла всё и нуждалась в помощи.

Но она была уже взрослой. И дьявольски притягательной. Как бы я не старался не думать о том, насколько она хороша собой, насколько нужно сосредоточиться на других вещах, природное естество невозможно переубедить. Только контролировать постоянным вниманием.

И именно сейчас я отпустил контроль…

Во все стороны от Ани било лёгкими волнами зеленоватой силы. Она вжималась в мой торс. И в этот момент казалась маленькой. Хрупкой. Её руки сжали мою грязную одежду. Не желая отпускать.

Но этот приятный момент подошёл к концу.

Мягко, но неумолимо я отстранил её от себя. Поймав во взгляде Ани череду сменяющихся эмоций: гаснущая страсть, непонимание, намёк на обиду и миг осознания.

— Я… п-прости, Руслан. Я не хотела ничего такого! — и захлопала глазами.