Чтение онлайн

Костяной жезл шурдских шаманов– изза малой изученности никто толком не знает, какая магия содержится в жезлах и прочих магических предметах, созданных шурдами. Если судить по скупым записям в личной книге Кориса Ван Исер, то можно предположить, что именно при помощи подобного артефакта, было захвачено поселение Ван Ферсис.

Ненавистный– см. Защитник(так Листера называют темные шурды).

Нити мейстреллы– подземное растение, ярко светящееся в темноте. По преданиям подгорного народа, первые ростки мейстреллы принес сам Великий Отец, и с тех пор гномы с любовью растят этот божий дар, чтобы освещать свои подземные жилища. Мейстрелла не переносит солнечного света, и уже только поэтому Церковь Создателя запретила ее культивацию в людских городах и поселениях – для тех гномов, что проживают в людских поселениях.

Орден Привратников– церковный орден, члены которого охраняют Пограничную Стену от нечисти и проверяют каждого, кто приходит со стороны Диких Земель. Авторитет ордена Привратников особенно высок в пограничных городах и форпостах. Отличительный знак ордена – изображение ключа.

Принадлежащие к ордену священники носят на поясах вырезанный из дерева ключ.

Подгорный народ– так называют себя гномы. Но среди людей название не прижилось. За глаза гномов кличут коротышками или бородачами. Достаточно популярно словосочетание «скрытный народец» – гномы и правда отличаются большой скрытностью и не любят распространятся о внутреннем быте и ремесленных секретах.

Спартанец– призванный Повелителем…

Стальной Кулак:

1– название императорского корпуса тяжелых кирасиров. Единственные из всей имперской регулярной армии, кто подчиняется не командующему, а непосредственно самому Императору (теперь уже королю). Помимо всего прочего, кирасиры являются личной охраной императора. В рядах кирасиров Стальной Кулак служило много личностей, впоследствии вошедших в историю. За всю историю с момента создания корпуса кирасиры всегда оставались верны Императору.

2– такое название Император Мезеран дал второй крепости, желая показать свою милость и расположение к личному корпусу кирасиров. Изза вспыхнувшего восстания крепость так и не была достроена до конца. В настоящее время руины крепости являются составляющей частью Пограничной стены.

Твердыня– огромная крепость, замыкающая собой проход через хребет Каменного Дракона. Крепость возведена подгорным народом по приказу самого Мезерана Милостивого. За всю историю своего существования Твердыня подверглась однойединственной осаде и после убийства легендарного Защитника сдалась на милость победителя. Сейчас Твердыня находится на территории Диких Земель, в нескольких лигах от Пограничной стены.

Убийца Тариса– см. Защитник.

Шаманы шурдов– шурды с магическим даром. Чаще всего обладают даром некромантии. Лишь некоторые из шаманов могут касаться магии духов – именно с помощью нее проводится обряд подчинения снежных сгархов. По сути, являются вождями племен.

Смерч из сияющего, ослепительнобелого света медленно поднимал меня вверх, и, раскинув руки в стороны, я полностью отдался его власти. Все мое существо наполнило чувство безмятежного покоя. Перед широко раскрытыми глазами переливался радужный поток из миллиона цветов и оттенков, через тело перекатывались ласковые теплые волны, нежно подталкивая меня все выше и выше.

На плечо опустилась чьято мягкая рука. Лениво повернув голову, я взглянул в свое собственное лицо. Беспокойства от появления двойника я не ощутил. Значит, так и должно быть. Приложив правую руку к груди, двойник склонил голову в приветствии и улыбнулся, несколько смущенно и словно виновато. Еще раз сжал мое плечо дружеской хваткой и медленно растаял в окружающем нас свете без следа. Но я уже смотрел в другую сторону – наполовину скрытый клочьями светящегося тумана, ко мне направлялся широкоплечий незнакомец, закованный в доспехи и с огромным мечом за плечами. Остановившись в шаге от меня, он снял шлем и, сохраняя серьезное выражение лица, коротко поклонился. Выпрямившись, кивнул на прощание, и его и без того полускрытая туманом фигура начала истончаться и таять, словно кусок льда на солнце. И опять я воспринял это как само собой разумеющееся и кивнул в ответ. Оба гостя показались мне смутно знакомыми, словно я уже видел их прежде. Сознание лениво всколыхнулось в попытке вспомнить и опять впало в ленивую дрему.

Поддерживающий мое тело поток сгустился и подтолкнул меня вверх, туда, где сияние было особенно ярким и пылало, словно серебряное ласковое солнце. Меня поднесло вплотную, и я уже протянул руку, желая дотронуться до этого великолепия, но не успел. Движение резко остановилось, и я завис в шаге от сердца медленно вращающегося водоворота. В ушах загремел сильный, но не злой, а скорее безразличный голос:

– Его нет в списках.

Ощущение опоры исчезло, и я стремительно понесся вниз, с недоумением глядя на отдаляющееся все дальше сияние и переплетение радужных красок. Еще мгновение, и все скрыл густой серый туман, темнеющий с каждой секундой, пока не превратился в непроглядную тьму. Сознание медленно потухло, и я погрузился в холодное оцепенение…

Сначала я услышал шум ветра. Пронзительные порывы со свистом проносились надо мной, пронзительно скрипели ветви деревьев, сгибаемые безудержным напором северного ветра.

Затем начали возвращаться остальные чувства – сквозь прикрытые веки пробился скупой луч света, спина ощутила, что лежит на чемто жестком и ребристом, в ноздри проник густой запах дыма.

Медленно открыв веки, я обнаружил, что вижу серое зимнее небо и смотрю на него, словно со дна хрустального колодца. Еще несколько мгновению понадобились моему сонному мозгу, чтобы понять, что это вовсе не колодец, а достаточно тонкий слой льда, покрывающий мое лицо почти полностью. А судя по тому, что я не мог пошевелить конечностями, лед покрывал все мое тело. Но какихлибо неудобств я не ощущал, равно как и холода. Просто чувство некоторой скованности, словно я лежу под толстым тяжелым одеялом и могу откинуть его в любой момент. Досадная помеха, не более.

Но не это занимало сейчас мои мысли. Последним моим воспоминанием был момент смерти. Моей смерти. Каменный багровый саркофаг, неудержимо скользящий вниз по крутым ступеням, врезавшаяся мне в бедро цепь, увлекающая меня за собой, черная мертвая вода, неотвратимо смыкающаяся над головой, пузырящийся воздух, вырывающийся из моего распахнутого в беззвучном крике рта…

И еще какойто белый светящийся туман, призрачные фигуры закованного в доспехи рыцаря и самого меня, с виноватой улыбкой на губах, чейто грохочущий голос, звенящий в ушах, и стремительно падение в темноту…

Я умер и должен лежать на илистом дне, глубоко под водой! Рядышком с утопленным мною саркофагом, в котором покоится тело Тариса – древнего некроманта из императорского рода Ван Санти.

Но вместо посмертного покоя я отчетливо ощущаю свое тело, я могу думать, могу ощущать и видеть… видеть небо с плывущими по нему темными тучами.

«Кажется, дождь собирается… – мелькнула у меня в голове дурацкая мысль. – Может быть, я все же мертв, и это рай? Сейчас встану и сразу узрю райские кущи и прекрасных дев, что только и ждут моего пробуждения».