Чтение онлайн

Она зашла слишком далеко, чтобы заметить, когда в нее попали две пули.

Или когда адская гончая сжимает челюсти вокруг ее бедра, разрывая плоть.

— Черт, — Бэйлфайр ругается через связь. — Она даст себя убить.

Дракон Бэйлфайра пронзает адского пса, вцепившегося в нашу хранительницу, одним массивным когтем. Хвост дракона обвивается вокруг берсерка, пытаясь помешать ей снова ринуться в бой. Но она рычит от шока и боли, когда еще больше темной магии вырывается из ее тела, потрескивая над его хвостом и заставляя массивного зверя зашататься в агонии.

Наша неистовая хранительница немедленно бросается обратно в бойню. Мы с Сайласом мчимся за ней, используя магию и лед, чтобы отбросить врагов от нашей вышедшей из-под контроля хранительницы, прежде чем они смогут причинить ей вред. Она вырывает сердца, разрывает адских псов на куски своей магией и посылает потрескивающие волны своей уникальной нечестивой способности во все живое, что видит, оставляя за собой кровавую дорожку.

Неудержимая и подпитываемая смертью. Идеальное оружие.

За исключением того, что, если мы не будем осторожны, она может погибнуть навсегда.

— Мы не можем позволить ей умереть здесь, — Сайлас посылает через связь, уничтожая могущественного заклинателя. Из его носа капает кровь, но он не обращает на это внимания. — Наталья знает, как убить ревенанта и, вероятно, передала эти методы своей армии. Если Мейвен погибнет, она будет уязвима и может быть разорвана на куски или сожжена дотла, пока находится в бессознательном состоянии.

Я ругаюсь, когда очередная пуля задевает мою правую руку. Разворачиваясь, я посылаю ледяной заряд во всех врагов, мчащихся за нами, чтобы убедиться, что никто не нападет сзади.

Дракон Бэйлфайра рычит и уничтожает еще больше наследников, прежде чем заговорить телепатически. — Во время тренировки она сказала, что единственный способ вывести ее из этого состояния — это умереть, но я, блядь, не причиню ей вреда.

— У меня есть идея получше, — говорит Крипт.

Как только я оборачиваюсь, он вываливается из Лимба — прямо на спину Мэйвен.

О, черт. Берсерк собирается разорвать его на части, точно так же, как она поступила со всеми остальными, кто совершил ошибку, подобравшись к ней слишком близко.

Потрескивающая черная магия расцветает вокруг жаждущей смерти ревенанта, когда она пытается атаковать Крипта, но, несмотря на то, что он, должно быть, в агонии, инкуб наклоняется, чтобы убаюкать голову Мэйвен. Он морщится, злобно ругаясь, когда его отметины ярко загораются.

Мы с Сайласом перемещаемся, чтобы защитить их двоих от новых угроз. К счастью, бой идет на убыль, так как многие противники начали убегать от ужасающего ревенанта. Те немногие, кто остается, в первую очередь сосредоточены на самой большой цели — Бэйлфайре. Сайлас и я заботимся о любом наследии или адских гончих, которые приближаются, поскольку Крипт изо всех сил пытается использовать свою способность сна на берсерке.

Ее темная магия наконец рассеивается. Я рискнул оглянуться через плечо и с облегчением вижу, что Мэйвен, к счастью, без сознания.

— Слава богам, — бормочу я.

Сайлас насылает какое-то заклинание некромантов на двух волков-оборотней, мчащихся к нам, но его взгляд скользит к небу.

— Эти проклятые люди и их любовь к драмам, — хмурится он.

Поднимаю глаза, ругаюсь.

Высоко в небе парит новостной вертолет, снимающий сражение на улице внизу. Бэйлфайр рычит и останавливается, отгоняя врагов, чтобы выпустить в воздух предупредительный столб ослепляющего синего огня. Это далеко не настолько близко, чтобы подвергнуть опасности людей-идиотов, ищущих сенсацию, но, похоже, это приводит пилота в чувство, потому что вертолет немедленно отваливает.

Теперь врагов осталось не так много, а те, что остались, атакуют Бэйлфайра. Я оставляю Сайласа на страже и сажусь на корточки рядом с Мэйвен, которая спит на черном асфальте залитой кровью улицы.

Крипт выглядит измученным, когда он, наконец, убирает руки от ее головы, вытирая пот со лба. Его кожаная куртка пропала, а на предплечье неприятного вида порез, который с трудом заживает.

— Коса Синтич, наша девочка сильная, — бормочет он. — На это ушло почти все, что у меня было.

— Будем надеяться, что она проснется как Мэйвен, а не как существо, которое все это сотворило, — говорю я, поворачиваясь, чтобы осмотреть угасающие последствия битвы.

Но потом я замираю.

Наталья Дженовезе стоит в конце улицы, залитой кровью и трупами, одетая в мерцающее платье с глубоким вырезом, как будто она только что собиралась посетить свой любимый элитный клуб. Ее каштановые волосы блестят в лучах восходящего солнца, когда ее сияющий голубой взгляд падает на Мэйвен, все еще лежащую без сознания на земле.

Сайлас тоже замечает ее и ругается. — Она не может проникнуть в наши головы, так почему же у нее горят глаза?

— Черт, — говорит Бэйлфайр через связь. — Это так чертовски жутко.

Не желая отрывать глаз от последней бессмертной цели Мэйвен, я использую свое периферийное зрение, чтобы увидеть, о чем он говорит. Оставшиеся наследники, которые только что отступали, теперь приближаются, их движения и шаги совершенно синхронны.

Дюжина или около того заклинателей поднимают руки одновременно. Горстка оставшихся оборотней воет, рычат и шипят одновременно. Трое охотников за головами синхронно взводят курок и прицеливаются.

Теперь они как марионетки. Полностью под контролем вампира.

Внезапно вокруг нас вспыхивают идеально скоординированные атаки. Я бросаю толстый ледяной щит вокруг Мэйвен как раз в тот момент, когда Крипт отпрыгивает в сторону, вытаскивая свой зачарованный меч, чтобы атаковать ближайшего врага. Бэйлфайр разворачивается, его шея низко наклоняется, когда он направляется прямо к Наталье — но как только он открывает рот, чтобы выдохнуть огонь, один из контролируемых разумом охотников за головами выпускает транквилизатор, который попадает зверю в нёбо.

Он ревет, содрогаясь, когда врезается в ряд исторических домов Балтимора. Я так занят замораживанием всего, что приближается к моей хранительнице, что не замечаю рушащееся здание рядом со мной, пока не становится слишком поздно.

— Дерьмо, — ругаюсь я.

Я пытаюсь перекатиться, но в итоге оказываюсь по шею заваленным обломками, вес придавливает грудь. Правую руку пронзает боль.

Сломана. Отлично.

Я пытаюсь сопротивляться, но я полностью зажат, пока остальные отбиваются от жутко скоординированных атак марионеток Натальи. Бэйлфайр потерял свою драконью форму и отключился от транквилизатора. Крипт и Сайлас пытаются удержать наследие, контролируемое разумом, подальше от ледяного убежища Мэйвен. Но магия Сайласа слабеет, и пока я смотрю, на Крипта нападает сзади гребаный медведь-оборотень.