Измена? Хочу только тебя
Шрифт:
На улице холодно и скользко, и, как назло, в приложении написано, что машину ждать мне придётся целую вечность.
Мимо меня проезжает знакомый, тёмно-бордовый автомобиль, за рулём, которого сидит Демид и с удивлением смотрит на меня. Муж резко даёт по тормозам, сдаёт немного назад.
Останавливает машину рядом со мной, наклоняется, открывает мне пассажирскую дверь и громко говорит:
– Ида, привет. Садись. Поедем вместе на работу.
Я с облегчением, отменяю вызов и усаживаюсь в машину. Опускаю капюшон, обрамленный пышным, искусственным мехом, и поправляю причёску.
Прежде чем тронуться, муж косится на мои голые кисти, стискивает зубы и молча, делает температуру в салоне автомобиля чуть теплее.
Вспоминаю, как раньше, Демид брал мою руку и с нежностью целовал кончики пальцев. Грел мои холодные ладошки своим дыханием…
Боже! Как же я скучаю по нему. По его губам, по нежным прикосновениям его пальцев…
Перевожу взгляд на его сильные руки, крепко и уверенно сжимающие руль автомобиля. Залипаю на его сосредоточенном лице…
Мы останавливаемся на светофоре, Демид поворачивается ко мне и с искренним интересом в глазах спрашивает:
– А что ты там делала?
17. Совместная поездка на работу
Ида
– Плановый осмотр, — быстро отвечаю я и с тяжелым сердцем наблюдаю за тем, как медленно угасает огонёк надежды в глазах любимого мужчины.
Он отворачивается и сосредотачивается на дороге, а я, рассматривая сонный, морозный Петербург за окном, погружаюсь в мысленный диалог с самой собой.
Как же мне противно ему лгать, и язык просто чешется сообщить хорошие новости. Но если муж вернётся ко мне, после того как узнает, что я беременна, я изведу себя и его, тем, что не нужна ему и со мной он только из-за ребёнка. Уж я-то себя знаю…
Словно в бурном потоке, десятки противоречивых мыслей проносятся в моей голове.
А с чего ты взяла, что он вернётся к тебе до того, как всё узнает?
Но ведь он любил меня.
И то, что Демид по-прежнему хочет от меня ребёнка, это хороший знак. Значит, всё ещё любит…
Конечно, любит. Это так быстро не проходит…
Теперь ты ему веришь?.. Где твоя вера была раньше?!..
К горлу подкатывает тошнота. Так как я сдавала кровь натощак, я отказалась от завтрака, пила только воду и вот итог.
Боже, только не сейчас, пожалуйста.
Нажимаю кнопку и немного опускаю стекло. В салон проникает свежий воздух.
Демид быстро поворачивает голову в мою сторону, смотрит, удивлённо приподняв бровь.
– Душно, — коротко отвечаю я и достаю из сумки зелёное яблоко.
Муж молча выключает обогрев салона и возвращает своё внимание на дорогу. Периодами я замечаю, что Демид, усиленно пряча улыбку, подглядывает, как я вгрызаюсь в кислый фрукт.
– Что?! Я не успела позавтракать, — слегка улыбаясь, говорю, мысленно моля Бога, чтобы муж не о чём не догадался.
– Я ж не против. Приятного аппетита!
– смеясь отвечает Демид.
Смущённо бормочу:
– Спасибо, — и умиротворённо откидываюсь в кресле.
Как же давно я не слышала этот бархатный смех. И уже целую вечность не чувствовала себя так легко и свободно в его обществе. В голову начинают лезть бредовые идеи. Идеи, за которые Демид меня холодно осадит. Сто процентов.
Но будто прочитав мои мысли, а может быть, и сам, почувствовав мимолётное потепление между нами, Демид крепче сжимает руль и делает музыку громче. Разговор окончен!
Наконец, мы сворачиваем во двор здания, в котором работаем. Муж паркует и глушит машину. Видимо, хорошее воспитание берёт верх и Демид обходит автомобиль, открывает мне дверь и подаёт свою руку.
Я с удовольствием использую его помощь. Сжимая тёплую, родную ладонь, выхожу из машины. Не торопясь отпускать сильную руку мужа и покусывая обветренные губы, поднимаю глаза на Демида.
На его лице, сменяя одну за другой, мелькают различные эмоции. Я успеваю заметить и нежность ко мне, и злость на самого себя. В следующую секунду он натягивает маску равнодушия и резко забирает свою ладонь.
От неожиданности и обиды я слегка отталкиваю Демида и быстро устремляюсь в сторону входа в здание. Пройдя несколько метров, поскальзываюсь и падаю на покрытый ледяной коркой асфальт.
Муж подбегает, присаживается на корточки, протягивает руки и бормочет:
– Господи, Ида!
Уловив недовольные нотки в его голосе, выставляю руку вперёд и шиплю:
– Не трогай меня, Савицкий! Я всё сделаю сама!
Всё это происходит очень быстро. Я просто выбита из колеи.
Начинаю подниматься, зачем-то опираясь костяшками о наледь. Вскрикиваю от боли, смотрю на тыльную сторону ладони и вижу на ней кровь.
Демид больше не слушает меня, протягивает ко мне руки, подхватывает и одним уверенным движением ставит меня на ноги.
– Ида, когда ты уже начнёшь носить перчатки?!
– ворчит муж.
Последние события и напряжение между нами.
Бушующие гормоны и страх за ребёнка.
Это нелепое падение.
Боль и кровь на руке.
Его тон и взгляд… и мои глаза наполняются горячими слезами.
Я закрываю лицо руками и начинаю плакать. Демид подхватывает меня на руки и несёт к машине. Я прижимаюсь к его груди, вдыхаю знакомый аромат и постепенно начинаю успокаиваться.
Когда мы оказываемся у автомобиля, муж ставит меня на ноги и усаживает вовнутрь. Достаёт аптечку и садится рядом. Он молча обрабатывает мне руку, периодически дуя на ранки.
Демид заканчивает и поднимает на меня свои практически синие глаза. Протягивает руку к моему лицу и подушечкой большого пальца смахивает слёзы с моих щёк.
– Ма-ал... Гхм… Ида, не плач, пожалуйста, — хрипловато произносит муж.
На короткий миг мне даже кажется, что мы вместе и всё как раньше.