Чтение онлайн

Джек заглянул в голубые глаза Тихони.

– Зачем тебе это нужно?

– Быть может, и у меня есть своя роль. Быть может, она в том и состоит, чтобы научить тебя уму-разуму.

– Нет, Боджер. Коли хочешь разогреть девушку, не корми ее устрицами.

– Почему, Грифт?

– Устрицы - дело ненадежное, Боджер. То ли она от них разогреется, то ли обсыплет ее в одном месте.

– Да что ты, Грифт?

– Точно, Боджер. А ими ведь еще и подавиться можно.

– А чем же ее тогда кормить, Грифт?

– Хлебным пудингом, Боджер.

– Хлебным пудингом, Грифт?

– Да, Боджер. Самое сильное возбуждающее, какое есть на свете. Нет такой бабы, которая не хлопнулась бы на спину после двух порций хорошего, сытного хлебного пудинга. Он лишает женщину всякой воли к борьбе.

– Но ведь она, стало быть, не разогревается, Грифт, - просто наедается до отвала.

– Верно, Боджер, и это лучшее, на что может надеяться мужчина.
– Грифт отхлебнул эля.
– Следи только, чтобы она его соусом не поливала.

– Почему, Грифт?

– От соуса они спесивыми делаются и требуют от тебя незнамо чего.

– Я вижу, любезные, вы разговорчивы, как всегда.

Боджер и Грифт обернулись на звук бархатного насмешливого голоса. Баралис стоял на пороге часовни - он открыл дверь и вошел, а они и не слышали.

– Вы одни?
– спросил он, прикрыв дверь за собой.

– Да, ваша милость, - кивнул Грифт, тихонько заталкивая ногой под скамью пустой кувшин из-под эля. Незачем Баралису знать, сколько они выпили.

– Хорошо - тогда перейдем сразу к делу. Вы еще не забыли, что кое-чем обязаны мне? Я мог бы выдрать вас за ваш длинный язык.
– На его губах заиграла улыбка.
– Да и сейчас еще могу.

– Мы очень сожалеем о том, что говорили на пути в Брен, - сказал Боджер.
– Мы никого не хотели обидеть.

Грифт предостерегающе тронул его за плечо - я, мол, сам разберусь с лордом.

– Чем мы могли бы отслужить вам, лорд Баралис?
– Этот человек не за извинениями сюда пришел - он хочет заключить сделку.

Баралис подошел к ним и понюхал воздух.

– Элем сплетни запиваете, так?

– Всего-то полкувшинчика...

Грифт оборвал Боджера, лягнув его по ноге.

– Вы имеете что-то против?
– спросил он, глядя Баралису в глаза.

– Ничего.
– Баралис стоял так близко, что Грифт с трудом удерживался, чтобы не шарахнуться от него. Боджер уже вжался в спинку скамьи.
– Наоборот - я надеюсь, что вы и завтра вечером не откажете себе в выпивке. Я даже сам пришлю вам пару кувшинов - самого лучшего сорта, разумеется.

– А почему нам необходимо выпить завтра?
– Грифту стало очень не по себе.

– Потому что если вы будете пить по ту сторону двери, то не заметите человека, который войдет в часовню.

– Что за человек?

– Не надо вопросов, друг мой, - вскинул руку Баралис.
– Делай, как я говорю, вот и все.
– Густой голос обволакивал, соблазняя.
– Пропустите этого человека, и будем в расчете.

Грифт знал, что выбора им не остается. Этот человек может сделать так, что их выгонят, может подвести под кнут и пытки, может их отравить - и это еще не самое страшное. Грифт проклял день, в который королевский советник подслушал их разговор. Задолжать Баралису все одно что дьяволу - оба так и норовят захапать твою душу.

– Вы не оставляете нам выбора, лорд Баралис, - сказал он.

– Я вижу, ты человек разумный. Надеюсь, и твой юный приятель проявит такое же благоразумие.

– Боджер сделает все, как я скажу.

– Хорошо. И помните: никому ни слова.
– Баралис сложил ладони и зашагал по проходу к двери.

Грифт спросил вслед: - Человек, о котором вы говорите, выйдет потом обратно?

– Да.
– Баралис поразмыслил, обернувшись к ним. Лицо его из задумчивого сделалось хитрым.
– Когда он выйдет, поднимайте тревогу. Я не хочу, чтобы он выбрался из дворца живым.

XXXV

– Нет, Несса, - вскричала Мелли, - не так туго! Я и дышать-то не смогу, где уж там дойти до алтаря.
– Она знала, что слишком резка с девушкой, но ничего не могла с собой поделать.
– Подай-ка мне вина. Служанка опрометью бросилась выполнять приказание, и тут же позади послышались шаги.

– Ваше вино, госпожа, - сказал Таул, подавая ей чашу вместо Нессы.

Мелли было приятно его видеть, но она старательно это скрыла.

– Где Несса?
– спросила она, взяв у него чашу.

– Вышла на минутку. Вы совсем ее заездили, - с мягкой насмешкой сказал Таул.
– Вы будете очень красивой невестой, но что до кротости...

– Так я красива?

– Просто дух захватывает.

Мелли пришлось отвести глаза - слишком откровенен был взгляд Таула.

– Вы будете на венчании?
– спросила она, поднеся чашу к губам.

– Да. Я буду сопровождать вас с супругом в ваши покои.

Супруг. Мелли невольно поморщилась при этом слове.

Все происходит так быстро. Слишком быстро. Она точно едет в повозке, которую бессильна остановить. Можно подумать, что брак, словно одушевленное существо, наделен собственной волей, и эта воля увлекает ее за собой. Мелли была просто потрясена, когда герцог предложил ей обвенчаться так скоро. Она надеялась хотя бы на двухнедельную передышку - но этому не суждено сбыться. Герцог настоял на том, чтобы венчаться сегодня - и тайно.

– Откройте ставни, - сказала она Таулу.
– Посмотрим, что сулит мне день моей свадьбы.

Таул, всегда мгновенно исполнявший все ее приказы, не промедлил и теперь. В окне показалось ясное голубое небо. Мелли подошла и стала рядом с Таулом. В лицо пахнуло теплом. Большое озеро было гладким как стекло.

– Чудесный день, - прошептала она, и ее рука нашла руку Таула.

Вошел Мейбор, и Таул с Мелли тут же отпрянули друг от друга. Наряд лорда поражал своей роскошью - он был одет в фамильные, красные с золотом, цвета и увешан рубинами с головы до ног. Даже на башмаках красовались два парных камня.

– Как ты хороша, Меллиандра, просто прелесть!

Она тоже была в красном - в тяжелом атласном платье густо-багрового цвета с юбкой, расшитой бесценным жемчугом. У нее была почти суеверная неприязнь к красным тонам, но это платье она надела в честь отца. Она подошла к нему, и он стиснул ее в медвежьем объятии. Как знакомо от него пахнет - дорогими духами и лобанфернским красным. Она снова почувствовала себя ребенком.

Мейбор поднял ее в воздух и опять поставил на пол.

– В этот день я чувствую великую гордость, дочь моя.