Измена. Бей на поражение
Шрифт:
Опять жарится шашлык. Накрывается большой стол на улице. И мы всей компанией поздравляем Галю и Валеру с новосельем, будущей свадьбой и беременностью Гали.
Теперь, когда Галя сосредоточилась на своём счастье, она им просто светится. И я с удовольствием греюсь в ласковых лучах её эмоций.
У неё всё хорошо. Любимый мужчина. Дом. Скоро появится ребёнок, которому все будут рады.
Интересно, она вспоминает Костю? Я вот почти не думаю о Стасе. Может, потому что совсем отболело, а может, потому что слишком много забот.
Голова занята проблемами ателье, моим ребёнком и немного… Платоном.
Он больше не пытается зажать меня где-нибудь в углу. Вообще, не подходит. И от этого на душе чуточку грустно.
Напоминаю себе, что я так и хотела. Сама отказала. По-другому никак. Но сердцу плевать. Оно неравнодушно к этому типу.
На следующий день мы все вместе идём гулять к берегу реки, где купались Платон с Валерой.
Гроднев держится в стороне, но я всё-таки ловлю на себе его взгляды. А когда оступаюсь, запнувшись о торчащий на тропинке корень, именно он подхватывает меня под руки.
– Ну вот, - усмехается он. – Опять приходится тебя спасать.
Взгляд тёмных глаз скользит по моим губам и опускается ниже к увеличившейся от беременности груди.
Между нами будто электрический разряд пропустили. Тело моментально вспыхивает желанием, а в животе теплеет.
– Обойдёшься на этот раз без благодарностей, - заявляю я.
– Какая грубость!
– неискренне возмущается Платон.
Его ладони отпускают мои локти и плавно перетекают на талию.
– Хочу кое о чём поговорить с тобой, Полина, - произносит Гроднев.
Кидаю растерянный взгляд на остальную нашу компанию. Они ушли дальше, будто и не заметили, что мы отстали.
В груди появляется неясная тревога. Мне страшно оставаться с Платоном наедине. Я не знаю даже, что делать с его руками, крепко вцепившимися в мою талию.
– У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться, - говорит Платон с тёплой улыбкой на лице.
38
– П-предложение?
– переспрашиваю я заикаясь.
– Да, - кивает Гроднев, продолжая удерживать меня за талию.
– Деловое.
Смотрю на Платона вопросительно.
– Я хочу нанять тебя на работу, Полина, - продолжает он.
– О нет-нет, это плохая идея, - моментально реагирую я, дёргаясь в его руках.
Бесполезно. Гроднев держит меня крепко, а все остальные уже ушли далеко вперёд.
– Даже не выслушаешь моё предложение?
– настаивает Платон.
Его глаза смеются, будто происходит что-то забавное.
– Ну какое ещё предложение?
– я с мольбой гляжу на него.
От улыбки Платона сжимается сердце.
– Мне очень нужны твои профессиональные услуги, - выдаёт Гроднев.
– Ты хочешь, чтобы я сшила для тебя платье?
– поднимаю вверх одну бровь.
– Зачем платье?
– Платон морщится.
– Мне просто нужно обновить дома текстиль.
– Ты хочешь, чтобы я нашила для тебя половичков?
Я хочу всё!
– заявляет Платон.
– Занавески, половички, покрывала, постельное бельё и что там ещё бывает…
– Платон Богданович, я, вообще-то, свадебные платья шью, - замечаю я.
– Ну и что?
– Гроднев не видит проблемы.
– Значить со скатертями и портьерами точно справишься.
Я даже чувствую себя немного оскорблённой.
– Вы хоть в курсе, сколько стоит моё рабочее время?
– Наверняка очень дорого, - Гроднев улыбается.
– Платья у тебя выходят красивые.
– Новые занавески обойдутся вам в целое состояние, - я качаю головой.
– Лучше просто обратитесь к дизайнеру. Он подберёт то, что нужно.
– А я хочу, чтобы сделала ты, - пальцы на моей талии сжимаются чуть сильнее.
– Не стоит, да и времени у меня на это нет, - продолжаю спорить я.
– В ателье и так много заказов, так что…
– Пятьсот тысяч, - перебивает меня Гроднев.
– Что пятьсот тысяч?
– не понимаю я.
– Это гонорар, который я тебе предлагаю, - поясняет Платон. – Разумеется, стоимость тканей в эту сумму не входит.
– Вы хотите заплатить мне пятьсот тысяч за пошив занавесок и постельного белья?
– не могу поверить я.
Уж слишком внушительная сумма. Там работы-то для опытного человека не больше чем на неделю, и то если не торопиться.
В ателье я заработаю такую сумму не меньше чем за три месяца, а то и за четыре.
– Пятьсот тысяч за пошив всего текстиля, плюс деньги на материалы, - уточняет Платон.
– Это неразумно, - заявляю я.
Гроднев пожимает плечами.
– Уверен, ты сделаешь лучше, чем другие. И готов платить за эксклюзив.
Я качаю головой.
Нельзя соглашаться на его предложение. Нельзя на него работать. Это очень плохая идея.
Я же должна отделаться от Гордеева, если хочу сохранить беременность в тайне. Каждая встреча - это риск.
И вообще, я чувствую подвох.
– Если вы думаете, что таким оригинальным образом снова затащите меня в постель, то можете прямо сейчас забыть об этой идее!
– я тычу ему пальцем в грудь.
Гроднев, наконец, отпускает мою талию и поднимает вверх руки.
– И в мыслях не было, Полина Сергеевна, - смеясь заявляет он.
– Я не шучу, - строго добавляю я.
– И я, - Платон вздыхает, будто устал объяснять что-то ребёнку.
– Соглашайся, Полина Сергеевна, никакого обмана. Реальная работа.
В голове я уже посчитала, что на эту сумму можно почти год оплачивать аренду квартиры. Или позволить себе платные роды, если захочу. Ну или просто отложить на случай непредвиденных обстоятельств. А ещё можно снизить нагрузку на работе, не брать так много клиенток и не работать до самых родов. Это наверняка хорошо скажется на течении беременности.
Внутренний голос, кричащий о том, что от Гордеева нужно держаться подальше, становится всё тише и тише.
Да я управлюсь за неделю, максимум две! И с Платоном при этом необходимо пообщаться только на замерах и когда всё будет готово. Остальные вопросы легко решаются по телефону.