Чтение онлайн

Я забыл, как это - волноваться за кого-то. Переживать как за себя.

Когда внутри струна натянута до предела, когда ты дышишь через раз. Когда каждое появление врачей заставляет вздрагивать - ведь они могут сказать то, к чему ты не готов.

Про аварию я узнал быстро. Они даже не успели отъехать далеко. Тот, кто спровоцировал, скрылся, и с этим мне еще предстоит разобраться. Но в итоге в машину Адама въехала другая, и все обернулось настоящим безумием.

Сколько я здесь проторчал? Да черт его знает. Но я не готов уйти, пока не узнаю, как они там. Как там Лида…

Прикрываю глаза, вспоминая вчерашний вечер.

Черт… Мне стоило немалых трудов удержать дистанцию и не поддаться искушению. Когда я играл в благородство? Я уже и забыл. Но рядом с ней хотелось быть лучше, хотелось дать уверенность, что то, что было между нами - не проходное. Я же четко видел, как подобная мысль промелькнула на ее лице, когда Адам расписывал вариант с беременностью.

Лида побледнела. Поджала губы, но никаких истерик или претензий не озвучила.

Сильная девочка, которую заставил повзрослеть столь жестокими методами.

Я до чертей в глазах хотел провести ночь с ней. Но не рискнул. Не захотел давать ей повод считать, что я всего лишь пользуюсь ситуацией. Ведь это давно уже не так…

– Вы родственник Штерна?

– Близкий друг.

Врач окидывает меня нечитаемым взглядом.

– Что с ним?

– Вообще-то мы даем информацию только родным.

– У него сейчас в городе никого. Так что?

– В целом отделался царапинами, учитывая аварию, в которой он побывал.

Киваю, принимая к сведению. Испытываю облегчение. Но лишь отчасти. Потому что…

– А девушка? С ним в машине была еще пассажир.

Мужик хмурится и мрачнеет.

– С ней дела обстоят куда хуже.

– Почему?
– внутри все стянуто до предела. Стоит мне только подумать, что с Лидой… - Она жива? Операция?

– Только что закончилась. Скажем так, девочке не повезло. Удар пришелся на ее сторону и, откровенно говоря… - он качает головой.
– Вероятность, что она останется инвалидом очень большая.

– В каком смысле?
– голос садится, а меня самого словно поджаривает.
– Что конкретно с ней не так? Ожоги? Переломы? Что?!

– Ноги. Шансы, что она снова будет ходить, минимальны.

Он говорит что-то еще, но я почти не слушаю. Лишь машинально киваю, а у самого в голове на повторе слова о том, что Лида не сможет ходить.

Черт, как же я ей в глаза-то посмотрю…

– Так как?

– Что простите?

– С оформлением палаты как быть?

– Делайте все что нужно, конечно. И реабилитация, и остальное - я все оплачу, - говорю севшим голосом.

– Хорошо.

Я оглушен. Только что радовался за друга, а теперь раздавлен новостью про Лиду. Я уже не пытаюсь понять, почему ее боль воспринимаю как свою. Я просто судорожно ищу выход из этого дерьма.

Что делать? Куда бежать?!

Эмоции бьют наотмашь, я задыхаюсь, только представив, какой станет ее жизнь после.

– Я могу увидеть Адама?

– Только недолго.

Едва замечаю, что остаюсь в коридоре один. Иду к Штерну, но мысли-то не про него.

– Все так плохо?
– пытается бодриться друг, когда мы встречаемся взглядами.
– Меня заверили, что я счастливчик.

– Ты - да…

– Лида?
– тут же хватает суть Адам.
– Прости, я… Черт, все так внезапно случилось.

Он морщится, пытается привстать, но тут же бросает это дело.

– Тачка эта выпихнула нас на встречку слишком уж…

В общем-то озвучивать дальше очевидное смысла не имеет.

– Володь? Как она?

– Прооперировали.

Отвечаю, а сам чувствую, насколько глухо звучит мой голос. Внутри - настоящий ад. Это ведь я ее убедил, заверил, что все будет в порядке.

Думал ли я, что когда-нибудь будут испытывать такое чувство вины?!

Нет. Конечно же, нет.

– Как прошло?

– Возможно, она останется инвалидом.

Произношу вслух то, что до сих пор не могу принять. Ужасаюсь, как безумно звучат слова, внутри все стягивает в узел.

И бессилие.

Дикое. Всеобъемлющее. Подавляющее от и до.

Как я это допустил?!

Когда-то брат ударил в спину. Сделал так, что я лишился всего. Тогда я тоже злился, был раздавлен и опустошен. Тогда я тоже был бессилен что-либо исправить. Я думал, что это дно, что хуже быть не может.

Оказалось, что может. Когда под ударом оказывается девушка, забравшаяся в твое сердце и устроившаяся там на постоянку.

– Слушай, я виноват…

– Нет, - перебиваю его.
– Не ты. Это твари, которые решили зачем-то ее угрохать.

Сжимаю кулаки, даже не отдавая себя в этом отчет. Мрачная решимость найти этих недоносков клокочет внутри.

– Мы найдем их, - озвучивает мои же мысли друг.

– Найдем, - киваю.
– Но сейчас другая проблема.

Встречаемся взглядами. Несмотря на то, что Штерн и сам сейчас не в лучшей форме, я вижу в его взгляде безусловную поддержку.

– У меня есть знакомый с хорошими связями в профессорских кругах. Найдем хороших специалистов.

– Спасибо, - сдержанно говорю.
– Я… Я не представляю, как скажу ей. Она же не хотела, все сомневалась. Словно чувствовала. А я надавил.

– Это не твоя вина, - чеканит Адам.
– Ты же понимаешь, наш план был единственным, чтобы разрубить узел и убрать мишень с ее спины.

Выдыхаю, пытаюсь принять его слова. Но это чертовски сложно. Очень сложно не чувствовать ответственность за ту, что стала важна для меня.

– Мне понадобится твоя помощь. Чуть позже.

– Все, что потребуется, - заверяет друг.

– Хорошо. Поправляйся.

Выхожу в коридор. Дальше надо идти к Лиде. Но я совершенно не представляю, как посмотрю ей в глаза. Как?!

Звонок помощника отвлекает не вовремя. Сбрасываю, наскоро пишу ему сообщение, что занят в ближайшее время и все вопросы пусть скинет на почту.

Все остальное подождет. Пусть хоть что там случается.

Разворачиваюсь и иду в сторону реанимации. Медсестра пытается меня остановить, внушить, что туда нельзя, и все такое. Но я не готов уйти, не увидев Лиду.