Чтение онлайн

Дмитрий подошёл к бару, налил себе виски и медленно выпил, словно только что не поднял на меня руку. Это было его нормой — угнетать её, раздавливать морально и физически, а затем возвращаться к своей привычной жизни. Я осталась лежать на полу, понимая, что каждый раз, когда я сталкиваюсь с его гневом, что-то во мне умирает.

Снаружи их квартира по-прежнему казалась идеальным убежищем для идеальной пары, но внутри — всё рушилось. И я знала, что долго я так не выдержу.

Я проснулась рано, когда серое утреннее небо ещё только начинало окрашиваться в первые лучи восхода. Я лежала на боку, напряжённо прислушиваясь к тишине. Весь мой организм был наготове, словно ждал очередного взрыва. Дмитрий спал рядом, его ровное дыхание было почти беззвучным. На его лице была спокойная, даже благородная маска, столь привычная всем, кто знал его как политика. В такие моменты он казался безобидным, тем за кого я вышла замуж.

Я медленно встала, стараясь не разбудить его, и прошла в ванную. Замкнув за собой дверь, посмотрела в зеркало. Мое отражение вызывало только отвращение. На лице красовался свежий синяк — напоминание о вчерашней ссоре, когда Дмитрий ударил меня по щеке. Кожа вокруг глаза была опухшей, и боль пульсировала при малейшем движении. Тонкая линия крови пересекала нижнюю губу, которую я прикусила от боли, когда он дёрнул меня за волосы.

Я открыла шкафчик над раковиной и достала небольшую аптечку. Очищая лицо ватными дисками, я чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но сдержала их. Слёзы здесь не помогут. Я уже научилась не плакать, хотя внутри всё ещё разрывалось от боли и страха.

Я не могла позволить себе показаться такой на публике. Сегодня их ждали на очередной пресс-конференции, где они должны были снова продемонстрировать образ идеальной пары. Дмитрий снова будет говорить о семейных ценностях, об искренности и преданности, а её задача — стоять рядом и улыбаться.

Закончив с синяком, я вышла из ванной и прошла в гостиную. Ей нужно было подготовиться к предстоящему дню, надеть очередную маску, скрывающую трещины в их браке. Почему я еще была рядом с этим мужчиной? Наверное, в глубине души я надеялась, что, когда эта бешенная политическая гонка закончится ко мне вернется тот ласковый и нежный Дмитрий, в которого я однажды искренне влюбилась.

Я всё ещё ощущала слабую боль на месте вчерашнего удара. В голове всё ещё звучали холодные слова Дмитрия, каждый из которых вонзался в ее сердце, словно ледяной кинжал.

Дверь в комнату открылась, и в тишине послышались шаги. Я почувствовала, как Дмитрий приблизился, но не подняла взгляда, стараясь сохранять невозмутимость.

— Аннушка… — его голос был тихим, почти мягким, с ноткой сожаления.

Я вздрогнула от этого ласкового прозвища, которым он редко её называл. В глубине души я всегда таяла от того, как звучало его «Аннушка», но сегодня это слово не приносило успокоения.

Дмитрий подошёл ближе, опустившись на колени передо мной, и открыто заглянул в лицо. Его руки медленно легли на мои колени, словно он пытался вымолить прощение своим прикосновением.

— Посмотри на меня, — его голос был тихим, почти умоляющим.

Я медленно опустила взгляд, встретившись с его. В стальных глазах мужа мелькнуло что-то человеческое, то самое чувство, которое, когда-то заставляло меня верить в его любовь.

— Я был неправ, Аннушка, — продолжил он, наклонившись ближе. — Мне жаль. Я потерял контроль… это никогда не должно было случиться. Ты же знаешь, как много для меня значит эта работа. Я не хочу, чтобы ты страдала из-за моего напряжения. Я люблю тебя каждой клеточкой своего сердца. Ты же понимаешь, что сама виновата?

— Прости меня, — повторил он, его голос дрогнул. — Ты моя поддержка, моя Аннушка. Без тебя я не справлюсь.

Я смотрела на него, пытаясь понять, что происходит на самом деле. Я привыкла к тому, что за каждым его извинением скрывалась очередная манипуляция, попытка снова затянуть меня в этот порочный круг. Но сейчас в его глазах была слабость, которую я видела редко. Слабость, которая заставляла меня на мгновение забыть о боли и обиде.

Я медленно разгладила складки на своей пижаме, отводя взгляд от его лица. Внутри меня снова началась борьба — между желанием довериться и осознанием предательства. «Я люблю тебя каждой клеточкой своего сердца» , — его слова звучали так знакомо, как мелодия, которую я ненавидела и любила одновременно.

Он опустил голову и как преданный пес потерся о мои колени, затем вновь встретил мой взгляд, его глаза искрились надеждой и страхом. Я знала, что он умеет вызывать жалость, но сейчас эта слабость манила меня. Как фокусник из-за спины он достал бархатную коробочку, внутри которой лежало невероятной красоты колье. Цепочка и белого золота с рубинами, будто каплями алой крови.

— Наденешь его на сегодняшний вечер? — мягко спросил Дмитрий.

Я стояла у зеркала в своей гардеробной, смотря на своё отражение с чувством, которое я уже давно не могла определить. Красное платье — элегантное, сдержанное, подчеркивающее утончённость и статус, как жены важного политического деятеля, было безупречно скроено, идеально подогнано, каждая деталь — отражение её статуса. Но за этим совершенством скрывалась пустота, которая уже давно терзала мое сердце.

Сегодняшний вечер был очередным официальным приемом, где они с Дмитрием должны были предстать перед сотнями влиятельных лиц. Дмитрий был неподалеку, в соседней комнате, заканчивая разговор с каким-то важным чиновником. Его голос, как всегда, был спокоен, уверен, но в нём не было тепла, к которому я когда-то так привыкла. Те редкие моменты нежности, которые связывали их в прошлом, теперь наступали, исключительно, после вспышек гнева и казались манипуляцией.

— Ты готова? — спросил Дмитрий, входя в комнату.

Я повернулась к нему, уже надев привычную маску идеальной жены. Он был в строгом костюме, идеально подобранном и безупречно сидящем на его стройной фигуре. Его коротко стриженные волосы были зачесаны назад, лицо выражало уверенность и непреклонность. Никто, кроме меня, не видел мелких трещин в этом фасаде. Но сегодня я снова заметила мелькнувший в его глазах блеск усталости.

— Да, — кивнула она. — Мы можем ехать.

Дмитрий подошёл ближе, обвёл меня взглядом с головы до ног и кивнул, словно одобрял тщательно подготовленную витрину. Его пальцы скользнули по моему плечу, и на мгновение мне показалось, что это прикосновение было тёплым, искренним. Это заставило меня невольно улыбнуться.

— Не забудь, сегодня будет много важных людей, — напомнил он. — Ты знаешь, как важно, чтобы всё выглядело идеально.

В лимузине царила гробовая тишина, нарушаемая лишь звуком мотора. Дмитрий, как всегда, погрузился в телефон, занятый своими делами. Я сидела рядом, глядя в окно, погружённая в собственные мысли. Я думала о том, как моя жизнь превратилась в безликую рутину, где каждое действие было расписано по минутам, где моя роль — просто дополнение к образу идеальной семьи, который Дмитрий старательно строил ради своей политической карьеры.