Чтение онлайн

Я смотрю на расплывающиеся перед глазами цифры и не могу сосчитать.

– У меня еще на карте есть… я могу переводом…

– Совсем сдурела, - шипит Тимур и силой Заталкивает меня в квартиру. После чего на весь подъез раздается лязг двери.

Ну, вот я и прыгнула. Ветер свистит в ушах, а перед глазами мелькает калейдоскоп лиц, событий, слов. И все проблемы можно решить, кроме одной.

Я уже лечу с моста.

Глава 21

Моменты страсти у меня бывали. В университете с Кешей, до того как мы поженились, и в школе на выпускном, и в фильмах для взрослых, которые я иногда смотрела. То есть в теории я знала, что сейчас произойдет. Искра, разряд, летящие на пол чулки и мокрые поцелуи, такие долгие, что потом будет болеть шея от постоянно задранной вверх головы.

На практике все это мало походило на порнушку. Если только из категории «принуждение», которую я никогда не жаловала.

В тесном хрущевском коридоре стояли двое. Красная Шапочка и Лысый Волк.

Волк сипел, хрипел, зло таращил глаза и пускал пар из носа. Если так у Тимура выглядит страсть, то я, пожалуй, пойду домой.

– Девочка, что за цирк ты устроила в… - он замялся и закрутил головой, вероятно в поисках часов.

Я последовала его примеру и тоже осмотрелась. Только мне нужно было не время, а понимание, где я оказалась. В квартире. Со скромным, несовременным ремонтом. Риелторы называли такое словом «добротный». Обувница, вешалка для курток, зеркало на выходе, длинная металлическая ложка для обуви, выцветший линолеум и огромные стоптанные кроссовки.

Здесь было некрасиво, но очень чисто. И сразу понятно, что Тимур холостяк, все вокруг просто кричало об этом.

… в два часа ночи! – Наконец он нашел, где посмотреть время. На моем телефоне, который взял у меня из рук. – Кстати, тебе какой-то Савранский звонит, ответить?

Я испуганно вздрогнула и посмотрела прямо на Тимура:

– Для Савранского я занята.

– Понял. – И прежде чем я что-то успела добавить, он поднес трубку к уху и специально грубым, не похожим на себя голосом пробасил: - Настя спит.

Оооо Божеее. Божечки Боже… Прислонившись плечом к закрытой двери, я стала медленно сползать на пол. Осознание, что сейчас сделал Тимур, и как сильно это разозлит Кешу, медным тазом накрыло мою бедную, мою пьяную голову. А потом кто-то сверху вдарил кочергой по тазу и всю квартиру наполнил душераздирающий вой.

– За мужа волнуешься, - как-то слишком равнодушно осведомился Тимур.

– За себя, - простонала я.

– Ну, тебя я в обиду не дам. Так что, теперь по графику у нас секс?

Я с ужасом вгляделась в это серьезное, лишенное хоть тени улыбки лицо, в агрессивно торчащую в разные стороны бороду и бугрящиеся под тонкой майкой мышцы. Он сейчас серьезно? Какой секс, если мы существа разных биологических видов!

Надавив спиной на дверь, я убедилась, что Тим ее все-таки запер. А значит, сбежать вниз по лестнице не получится, буду прорываться через окно. Подальше от нарочитой маскулинности и оргазмов.

– Я немного пьяна, так что…

– Так что сопротивляться не будешь.

Одним движением он подхватил меня на руки и перекинул через плечо. И только я подумала, как комфортно умещается моя негабаритная попа на его широком плече, как в комнате раздался звук шлепка, а мою левую ягодицу пронзило болью.

– Ты чего дерешься?! – Я выгнулась и вцепилась Тимуру в спину, больно царапая острыми ногтями кожу, но этот бугая даже не дрогнул.

– Это такая прелюдия, терпи.

Тим опрокинул меня на разложенный диван и угрожающе навис сверху:

– Что тебе сказало это чмо? Иначе бы ты не прибежала сюда с бабками наперевес. Кстати, чтоб я больше этих приколов с деньгами не видел, поняла?

– Ничего он мне не говорил, - я елозила ногами, стараясь сползти с матраса куда-нибудь подальше, но всякий раз задевала коленом пах Тимура и, судя по зажегшейся похоти (или злости) в черных глазах, лучше бы мне не сопротивляться.

– Отлично, - процедил он. – Значит, обсудим твоего мужа после оргии. Ну что, мой любимый гинеколог, снимай трусы!

Я почувствовала, как сильные пальцы сжали мои бедра, юркнули под подол и опытно нащупали кружевную резинку.

– Стой! – Завопила я и какой-то неведанной силой, оттолкнулась от Тимура, чтобы доползти до спинки дивана, дав себе лишние 40 сантиметров свободы и безопасности. – Я все скажу, только не трогай!

– Ну?!

Лысый Пиночет даже не думал улыбаться. Он собирался вытрясти из меня правду любыми, даже самыми варварскими способами. А потому я решила признаться во всем сама: очень уж я боюсь щекотки и таких вот злых голодных взглядов, которыми обжигал меня Тим.

– Ладно. – Я села и поправила декольте на платье, во время борьбы оно съехало, открывая глазам Тимура кружевной бюстик. – Ладно. Мой муж сказал, что… я совершенно не сексуальна, что я бревно, и… - слова давались мне с трудом, и тут как с лейкопластырем, надо было рвать быстро, не продлевая мучений, - и короче, что я ничего не умею, ни минет там, ни плисет, ни хрена, в общем. В постели у нас скука, выгляжу я то колхозно, то развратно, а со мной он был чисто из жалости и потому что борщ варю вкусный. Так что так.

Я старалась не смотреть на Тимура. Почему-то было стыдно увидеть в его глазах осуждение. Женщина, которая дожила почти до сорока и так и не научилась оргазмировать в три ручья, или хотя бы имитировать эти самые оргазмы – выглядит жалко.

Я ждала упреков, разочарованного вздоха и даже сдержанного прощания. И совсем не ожидала, что Тимур начнет ржать. Громко, раскатисто, до слез.

– Что прости, ты не умеешь? Плисет? Это что-то из балета?

– Плие, - обиженно засопела в ответ. Неприятно, когда над твоей печалью так нагло насмехаются, - из балета, это плие. Ладно, извини, что разбудила, я, пожалуй, домой пойду.

И только я свесила ноги с дивана, как кто-то большой и сильный, перехватил меня за лодыжки и снова опрокинул на спину.

– Стоять. Сейчас плие делать будем, - он нагло хихикал, пока переносил вес тела на локти и улегся прямо сверху, продавливая меня глубоко в матрас.

– Прям так? – В ужасе прошептала я и сжалась.

Тимур оттолкнулся от подушки и, подперев кулаком щеку, весело посмотрел на меня. Выглядел он довольным и румяным, как блин.

– Твой придурочный муж испортил мне весь план, - радостно сообщил этот бугай.

– Какой план?

– Долго разговаривать, потом переписываться до ночи, потом притащить тебе три розы в целлофане, и под конец позвать в ресторан.

– Надежно как швейцарские часы!

– А то, ни разу не было осечек, - нагло улыбнулся Тимур и облизал мне нос, как псина дорожная.

– И… в какой ресторан ты собирался меня звать?

На самом деле, мне хотелось узнать, как много баб вот так пали под натиском лысого обаяния моего тренера. И как часто этот медведь затаскивал бедняжек в свою берлогу. Но вместо того чтобы честно сказать о своих опасениях, я несу чушь про ресторан.