Чтение онлайн

А потом время замерло. Прошла 38-я неделя беременности. Её сменила 39-я, а потом и 40-я. Малыш в животе и не собирался появляться на свет. Гинеколог говорил, что признаков старения плаценты не видит, но рекомендовал лечь в роддом.

Я не хотела ничего делать. Была уверена, что всё решится в своё время. Чувствовала себя хорошо. И сны стали такими яркими, такими сладкими. Как будто любовь стала сильнее, окрепла, выросла внутри меня. Как будто она готовилась к появлению. И ей нельзя было мешать.

Когда беременность перевалила на 43 неделю Игорь отменил мою заявку на конкурс. Он привёз меня домой с работы и устроил семейный совет. Кольцов уговаривал и запугивал маму, а уже она меня. Они ничего не могли сделать. Я оставалась спокойной как слон и непреклонной, как скала. Просто ждала.

Ночью на 44-ой неделе беременности мне приснился недовольный Егор. Дочка капризничала, а он очень спокойно объяснял, что так делать не надо. В чём у них была проблема я не знала. Но в конце разговора он строго сказал, – иди к маме, Вероника! И будь умницей, слушайся!

Утром я родила прелестную девочку с синими махровыми глазами. А через неделю, случайно открыв новостную ленту на телефоне, узнала, что бизнесмен Егор Морозов покинул страну, приняв решение расширять бизнес за её пределы. С рождением дочери он меня не поздравил. На фотографии в аэропорту стоял рядом с Аликой.

Спустя три годя меня беспокоило совершенно другое. Сжимая в руках приглашение на открытие собственного кулинарного производства, я не верила глазам! Мать-одиночка с ребёнком на руках, без имени и начального капитала стала известным кондитером и теперь готовилась захватывать рынок города. Неужели это я? Неужели у меня появился шанс встать на ноги?

От нахлынувших эмоций я повернула голову к окну. По дорожке в сторону центрального входа шёл мужчина, ужасно похожий со спины на бывшего. Вот гад!Даже тут мог испортить настроение! Он всегда мне мерещился, в переломные моменты. То, под окнами роддома, то среди зрителей российских кулинарных конкурсов. И это заставляло биться моё сердце сильнее, выводило из себя до дрожи в коленях. Всегда, но не сегодня.

Я смогла освободиться от тебя, Егор Морозов! Ты больше не имеешь надо мной власти. Тем более, что такой успешный бизнесмен не будет посещать промышленные окраины, где я арендовала место для кондитерского цеха. У тебя совсем другой масштаб. Твой офис в центре города-миллионника. Твои бизнесы по всему миру. Но через год я заработаю денег и забуду о тебе окончательно. Только Никины глаза всегда будут напоминать о том, что ты был в моей жизни. У меня через 3 дня начнётся новая успешная жизнь.

– Не нравится макет? Можно заказать другой. Но я бы тебе рекомендовал отправить в печать этот. Три дня до открытия, лучше не рисковать.

По моему лицу поползла искренняя улыбка благодарности.

– Спасибо, Игорь. Оставлю этот вариант.

Интересный мужчина под 40 с седеющими висками облегчённо улыбнулся в ответ. Зная моё упрямство и стремление к перфекционизму, он был готов к схватке не на жизнь, а на смерть, даже из-за размера шрифта на глянцевой бумаге. Он столько всего пережил вместе со мной. Стал профессиональным наставником и опорой, когда муж меня бросил. В Игоря можно было бы влюбиться. Наверное.

– Открой конверт. Это мой подарок тебе к открытию. Давай попробуем пройти этот путь до самого конца. До вершин международного кулинарного Олимпа.

Я замерла от радостного предчувствия. Хорошая бумага. Марки на английском. Аккуратно разорвала край и мне в ладонь выпал плотный прямоугольник с красивым золотистым тиснением. Я почти перестала дышать. Трясущимися руками развернула лист и мир засиял! Приглашение на финал международного конкурса кондитеров! Дарья Морозова, дата, подпись и уведомление об оплате огромного взноса участника. И всё это благодаря моему кулинарному гуру!

Это то, о чём я и мечтать не могла в режиме строжайшей экономии. Вереща от радости, я кинулась Игорю на шею. Он подхватил меня за талию и закружил. Нас переполняла ни с чем не сравнимая радость. От избытка чувств я звонко чмокнула наставника в щёку. А когда, пытаясь унять лихорадочное возбуждение, он поставил меня на пол, услышала щелчок входной двери.

Я повернула голову на звук шагов, и воздух застыл у меня в лёгких. Сердце сбилось с ритма. На пороге с непробиваемым выражением холодной ярости на лице, стоял мой бывший. И я знала, чем заканчиваются такие взгляды. Он начал первым, словно жаля словами.

– Прошу прощения, что прерываю ваши нежности. Я пришёл в официальный офис для делового разговора. Жаль, что я ошибся и тут дом свиданий.

Игорь разжал объятия и начал поворачиваться к Морозову. Я оцепенела и не могла сдвинуться с места. Язык прилип к нёбу от ужаса, что сейчас они сцепятся и подерутся. Они оба всегда занимались спортом и были в хорошей форме. Но каким-то шестым чувством я понимала, что из схватки в моём кабинете победителем выйдет Морозов.

Дело было не в возрасте или подготовке. В глазах Егора была ненависть. Такая сильная, словно мы были семьёй, и он застал меня под чужим мужиком. В нём клокотала ярость. Мы разъехались 4 года назад, но эмоции захлестнули его так, словно этих лет не было! И я ничего не могла этому противопоставить. Я обречённо ждала катастрофы.

Мужчины рванулись друг к другу, но за секунду до того, как они столкнулись, дверь распахнулась. Мелькнула кудрявая головка, и ногу Игоря обвила тонкая детская ручка.

– Кьюбнитька! Кьюбнитька! Мама купиля кьюбнитьку!

Егор ещё двигался по инерции вперёд, а Игорь стараясь предотвратить катастрофу, резко сел на корточки. Обнял Вероничку и крутанул её в сторону. Закрыл собой, подставив под ярость Морозова беззащитную спину.

– Больно зе! – пискнула дочка откуда-то снизу, но Кольцов её не отпустил.

Егор, затормозив в последнюю секунду, возвышался над ними, как ураган. Он тяжело дышал. Сжал руки в кулаки и сверлил меня яростным взглядом. Пронзал насквозь. Терзал безжалостно, и я понимала, что не выдержу его напора ни секунды.

– Морозов, зачем ты пришёл?

– У меня к тебе предложение. Деловое.

Он тряхнул головой и разжал пальцы. Сделал несколько вдохов и расправил плечи. А потом скрестил руки на груди и сделал вид, что совершенно успокоился. Как бы ни так! Я-то точно знала, что это только иллюзия! Видимость покоя. Тишина перед бурей.

– Игорь, уведи, пожалуйста, Вероничку к бабушке. Мы с Егором поговорим, и я её заберу.

От моих слов Егора повело, как от удара. Но на ногах он стоял крепко. Он молча следил за тем, как встал Игорь. Привычным жестом подхватил на руки Веронику, которая размахивала силиконовой формой в виде клубничного букета. Он собирался выяснять отношения, но я настойчиво подталкивала Кольцова к двери, и тот вышел, не устраивая скандала.

Мой офис – мои правила. И злость тоже моя.

– Чуть ребёнка не напугал! Что тебе надо, Морозов? – прошипела не сдерживаясь я.