Чтение онлайн

Защита выдержала, но их столь сильно болтануло из стороны в сторону, что старику едва не вырвало плечи из суставов — он едва успел наложить заклятие, укрепляющее связки.

Альхор Борджи едва сдерживал крик невероятной боли, рвущийся из груди. Упрямо стиснув зубы, он лишь тихо постанывал, лицо его покраснело от натуги, но цепей из рук он так и не выпустил.

С энтузиазмом бешеного мамонта монстр продолжал колотить по их магическому убежищу. Еще несколько сокрушительных ударов — и крюк, с изрядным куском гранитной кладки, пулей вылетел из стены.

К большому удивлению эмира, старый маг не растерялся. Стальная цепь с крюком будто ожила, стала гибким продолжением его руки, нанося удар за ударом по страшному монстру. Ржавый якорь на толстой цепи вырывал большие, сочащиеся вонючей жидкостью, куски мяса из шкуры чудовища, но это желеобразное существо даже не вздрагивало, продолжая свое упрямое наступление.

В конце концов цепь в чем-то запуталась и маги стали еще беспомощнее, чем прежде. Существо уже вплотную приблизилось к сфере и деловито водружалось на нее, словно наседка на только что отложенное яйцо.

Эмир с Альхором Борджи с оторопью взирали на то, что собой представляет нижняя часть туловища этой склизкой многоножки. На том месте, где у всех нормальных животных находится живот, а так же другие, более интимные, органы — у этого монстра была круглая пасть величиной с приличный арбуз, которой он тут-же жадно присосался к сфере.

Невероятно острые зубы все же не смогли пробить защиту и, словно у змеи, сложились внутрь. Изо всех сил помогая себе щупальцами, упершись ими в потолок, оно растягивало свою резиновую пасть, натягивая себя на их сферу, как чулок на ногу.

Маги не слышали звуков, но видели с какой непреодолимой силой оно действует — каменная крошка дождем сыпалась с потолка.

Предоставив свободу действий Альхору Борджи, эмир сосредоточился на поиске источника, где было бы можно подзарядить свой почти опустошенный магический резерв.

Старый маг был прав в том, что легкодоступных источников здесь не было и не предвиделось, поэтому и пришлось эмиру в срочном порядке создавать некий кабель.

Тонкая красная нить, с шарообразным зеленым наростом на самом ее конце, ярко вспыхнула в полумраке. Вытягиваясь, словно паутина из подбрюшья арахнида, она зазмеилась из руки эмира. Магическая сущность поползла вверх по лестнице, время от времени, вполне осмысленно, ощупывая стены шахты, будто обладала собственным разумом.

Эмир упал и больше не пытался подняться, полностью сосредоточившись на своей задаче.

Альхор Борджи ощутил себя великомучеником, распятым на кресте — цепи натянулись в разные стороны и без риска разрушить саму сферу, отпустить он их не мог.

Очередная затяжная серия зубодробильных ударов обрушилась на их защиту, и тогда эмиру пришлось ускориться — красная нить истончилась и потускнела, зато в скорости значительно прибавила, стрелой упорхнув к поверхности.

Упрямая тварь все не успокаивалась. Пробить защиту она так и не смогла — по крайней мере, до настоящего момента — но магов, если честно, уже тошнило от того, что их в течении получаса кидают словно детский мячик в разные стороны.

Спустя целую вечность, как показалось обоим магам, поисковый щуп, где-то на самых верхних ярусах, отыскал источник энергии.

Стихия земли — определил эмир. Не самый скорый в обработке и весьма инертный материал, но выбирать было особенно не из чего. Щуп что есть силы присосался к ручейку маны, бьющему из богатой кварцевой жилы. Нить тут же налилась багровым, засияв значительно ярче и веселее.

Эмир с трудом приподнял налитые тяжестью веки и вздохнул с облегчением. Едкий пот залил оба его глаза, но теперь он выглядел намного уверенней. Не раздумывая долго, он послал обыкновенную молнию прямо в открытую пасть чудовища, однако разряд оказался столь мощным, что это мерзкое, живое желе вздрогнуло всеми своими щупальцами. Блестящая кожа монстра задымилась, половина пупырышек на ее поверхности лопнули, извергнув из себя фонтанчики жидкости, весьма похожей на застоявшийся в омертвелой плоти гной.

Существо как-то сжалось, словно укушенная бешенной собакой гармошка, и сразу уменьшилось в размерах почти вдвое. Глаза же его, напротив, вздулись и набухли, казалось, что они вот-вот лопнут. Пасть бессильно соскользнула с их сферы.

Щелкнув пальцами, эмир включил звук. Шум воды больше не мешал им разговаривать, теперь слышалась лишь частая капель, да обиженные всхлипы чудовища, с которыми оно отползало подальше от столь упрямой и непокорной еды.

Внезапно существо вновь закричало, закричало почти по человечески — глубоким, изумительно богатым на обертоны, басом, которому позавидовал бы любой певец королевской оперы Хурданта.

Оно, с явной натугой, подтянуло одно из задних щупалец, до сих пор находившихся в камере. На его конце висела акула с широко выпученными глазами. Словно бультерьер, акула мотала головой и била во все стороны мощным хвостом. В очередной раз магов свалило с ног.

Тем не менее даже эта многотонная рыбина не смогла сильно замедлить движения монстра. Набирая скорость, чудовище поползло дальше по темному коридору и скрылось за поворотом, волоча за собой опасный груз.

Еще минут десять маги не решались снять защиту, опасаясь нападений, однако они не могли торчать здесь бесконечно.

— Альхор, снимаем, приготовь пару молний — наконец произнес эмир, активируя на всякий случай заклинание заморозки.

Не в силах ни чего ответить, старик лишь кивнул в знак согласия, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Цепи упали из его рук, громко звякнув о гранитные плиты пола.

Негромкий хлопок — и сфера исчезла, истерично подмигнув на последок. Старый маг тут же зажал нос пальцами — на них навалилась столь страшная вонь, что почти совсем невозможно было дышать.

Пол коридора толстым слоем покрыла грязь и тина, маги устало пошлепали по ней к камере.

Они ожидали увидеть все что угодно, но камера была почти пуста, лишь узник мокрый и грязный, поджав колени сидел в самом ее углу. Увидев магов, он забился еще глубже в простенок, жалея, что не может просочиться сквозь камень. Срывая голос, он закричал дребезжащим истеричным фальцетом.

— Не подходите!!! За что вы хотите меня убить?!! Я вам ничего не сделал, ни чего не сделал, оставьте меня…

Тяжело переводя дух, эмир и визирь взирали на жалкое зрелище, которое представлял из себя их пленник. Взгляды их были несколько схожи, однако, если взгляд визиря выражал лишь жалость, то в тяжелом взоре эмира проскальзывала толика презрения и брезгливости.

— И что же нам с ним делать, Альхор? — спросил эмир — содержать его и дальше здесь становится опасным.

— О величайший, но что могло случиться? Вы думаете, в том что сейчас произошло повинен этот несчастный? Быть может это чьи то козни, происки наших врагов?

— Да, Альхор, в первую минуту и я так же подумал, однако посмотри на обрывки заклинаний, что зависли в эфире — мрачно ответил эмир — я специально их не уничтожил, ну же, посмотри повнимательней.

Визирь включил магическое зрение. То, что он увидел, повергло его в шок. Привыкнув к строжайшим правилам и сочетаниям, выверенным матрицам и стойким плетениям благородной магии, Альхор Борджи вначале не поверил своим глазам.