Изморозь на сердце акварелью
Шрифт:
Ярослав всегда испытывал дискомфорт, когда кто-то так интенсивно выражал эмоции. Тем более не ожидал, что и сам начнет настолько… волноваться.
Пожалуй, так паршиво день у нее давно не начинался. Да и продолжение суток выходило средненьким. Соня глубоко вдохнула, пытаясь сконцентрироваться. Взгляд сосредоточился на маленькой елочке, стоящей на столе постовой медсестры. Небольшие игрушки, которые украшали искусственные иголочки, радовали глаз, помогая отвлечься от неприятных ощущений, к счастью, уже затухающих.
Хорошо, что скоро Новый год, обожала это время больше любого другого праздника в году. Всегда находила повод для счастья, чтобы там ни происходило.
Фиброгастроскопия никогда не была ее любимой процедурой. Но сегодня Соня сама оказалась виновата, дотянула, тут уже не отвертеться. Вот и приходила сейчас в себя.
Конечно, хорошо, что все же поехала в больницу. Во-первых, точно выяснила, что творится с ее желудком, во-вторых, уже получила схему лечения и даже успела начать лечиться, отказавшись от госпитализации (ей сейчас точно некогда в больнице валяться!). Так что, если объективно оценить все, то день больше с позитивом. Просто отойти от гастроскопии надо.
Решив, что лучше всего ей поможет взбодриться умывание, она медленно поднялась и пошла к сан-комнате.
А вот когда вышла, еще ощущая приятную прохладу после умывания, прополоскав рот, что хоть немного убрало онемение от анестезирующего спрея, Соня решила, что у лекарств, которые успела принять, имеются некие, неизвестные ей, побочные эффекты. Иначе откуда бы ей здесь Ярослав Крапивин привиделся?!
— София, как ваше самочувствие? — поинтересовался в своей обычной невозмутимой манере мужчина, явно ее разыскивающий в этих коридорах.
Вот уж не думала, что галлюцинации станут с ней беседовать.
Нет… это точно не было побочным эффектом таблеток. Даже излишне достоверно он выглядел и говорил. И внимательно смотрел на нее, словно изучал каждую черточку, малейшую деталь внешнего вида Софии, запоминая все-все.
— Ярослав? Что вы здесь делаете? — совершенно растерялась! — А отчет… — тут же занервничала.
Зачем-то волосы начала поправлять, как отводя от лица, хотя чем те ей мешали?! Наверное, она немного глупо выглядела, стоя посреди больничного коридора и растерянно моргая, будто резкость не могла на него навести.
— Анастасия сказала, что вам плохо. Почему вы сами мне не написали об этом? Я сдал отчет, не волнуйтесь, София, — он протянул руку, перехватив ее кисть, как успокаивая этим жестом. — Вам точно стоит прекратить настолько об этом переживать.
А Соня и не заметила, что тут же судорожно ногти вдавила в ладони… Но от его поступка как-то еще больше оторопела, перевела взгляд на руки, на переплетенные пальцы: ее и его…
Что происходит?!
Видимо, она это вслух проговорила. Иначе чем объяснить его тут же последовавшее заявление:
— Понимаю, что немного прямолинейно и здесь не лучшее место для нашего разговора. Собирался обсудить это с вами еще вчера. Однако, думаю, и откладывать дальше — только зря время тратить, — как-то совершенно потеряла направление его мысли. Стояла, непонимающе вглядываясь в мужчину. А он, судя по всему, ни капли дискомфорта не ощущал. — Я хочу, чтобы вы были моей женщиной, София… И точно не могу позволить, чтобы вы одна оказались в больнице, когда я могу и хочу вам помочь! — решительно проговорил Ярослав.
Степень шока была такой, что в голове зазвенело. Соня забыла вдох сделать, кажется.
— … Что?! — переспросила хрипло, не в состоянии откашляться. — Вы… что?! — забыв, что все еще не отняла свою руку, всматривалась в него, пытаясь понять, кто из них умом тронулся.
— Я хочу, чтобы вы были моей женщиной, — Ярослав Крапивин смотрел на нее спокойно, уверенно и так же невозмутимо, как и вчера, когда они годовой отчет обсуждали.
А Соне показалось, что на нее рухнула каменная глыба. Открыла рот. Закрыла, так и не выдав ничего удобоваримого. Шумно выдохнула, потянув ладонь назад, наконец-то, и обхватив себя руками. В голове опять миллион вопросов!
Как? Зачем? Уволит, если откажется? С чего вдруг, вообще, такая идея?.. Тот поцелуй… Господи! Она запуталась окончательно! И ни одного ответа…
— Скажу честно, для меня полная неожиданность подобное предложение, — наверняка, Соня по-глупому хлопала ресницами, как ее дочь, когда ничего не могла понять. — Боже! Да мы же на «вы» даже сейчас… О чем вы?!
Было впечатление, что она с Луны, а Ярослав с Юпитера свалился на нее с этим своим «гениальным планом». Может, это на нее таблетки так влияют, что врачи назначили?
— Допускаю, что так и есть, исходя из всего, что я узнал о вас за последние недели. И все же, оценивая здраво, это очень своевременное и выгодное предложение. Для вас, София, в первую очередь. Правда, и для меня, не стану скрывать. И на «ты» перейти не сложно, — он… усмехнулся, наверное. Во всяком случае, это было очень похоже на улыбку.
— Но… почему? — так ничего и не поняв, ощущая себя все более растерянно и ошарашено, спросила она. — Я не то чтобы мега-красавица, хоть и симпатична, не спорю, знаю свои сильные и слабые стороны. Я не умею ловко делать минет, если верить моему бывшему мужу, да и в постели не дам форы всем этим девочкам из эскортов… — вероятно, из-за шока несла все, что действительно в голове вертелось, чувствуя, как ее бросает в жар. — У меня за спиной малолетняя дочь, развод и малоперспективный суд за раздел общего бизнеса… В результате, я не богата, от слова «вообще». Живу от зарплаты до зарплаты сейчас. На вас и так работаю с рвением, еще и искренне благодарна за место и зарплату, и не думаю никуда уходить. А теперь еще и в больницу попала!.. Господи, да даже мне самой не захотелось бы с собой связываться! Вам это зачем?!
— «Тебе», — видно, сразу решив изменить обращение, поправил ее Ярослав. — У меня свои резоны, София, — Крапивина будто бы и не взволновало ничего из того, что она с таким жаром рассказала. Хотя… на моменте «минета» его глаза весело блеснули, могла поспорить. — Даю мое слово, что не обижу ни тебя, ни твою дочь, да и решу большую часть тех проблем, которые ты перечислила. С судом тоже помогу, у меня очень хорошие адвокаты работают, и я уже немного вникнул в суть проблемы. А со всем остальным… разберемся по ходу. По крайней мере, мы можем уверенно утверждать, исходя из случившегося, что нас тянет друг к другу физически, — мужчина как-то сместился, вроде и на месте остался, а, по факту, навис теперь над ней.
И Соня, совсем не к месту, вкус его поцелуя вспомнила… Задрожала всем телом, теперь точно не от лекарств… Она все эти дни не могла забыть тот их поцелуй ночью на дороге: внезапный, ошарашивший обоих, перевернувший ее сознание… Никогда не думала, что после всего, пережитого за последние годы, мужчина сможет ее вновь взволновать. Да и настолько к тому же!
Но и испугалась до ледяной дрожи. Как раз из-за все тех же причин, что озвучила только что.
Однако, казалось, Ярослава все это совершенно не тревожило и не останавливало, более того, судя по вот этому новому и ранее Крапивину вовсе несвойственному выражению в глазах, он и сейчас хотел все повторить… Поцеловать ее, в смысле. И ему абсолютно наплевать, что они посреди больничного коридора! Сильные, крепкие руки уже ее талию обхватили, притянув Софию очень близко, почти впритык, а губы… Секунда, и его горячий, властный, твердый рот накрыл ее губы, заставив вновь, как и пять дней назад, испытать жидкий огонь, растекающийся от головы по всему телу в мгновение ока!