Изнанка Истины
Шрифт:
«А ведь он думает, что мне… стало плохо из-за того, что случилось прошлой ночью!» — осенило меня. Свет и Тьма!… Да, несколько внушительных синяков действительно остались мне на память, однако отделалась я сравнительно легко.
Я до сих пор злилась на себя за то, что непозволительно сглупила тогда, ослабив внимание — пару раз мне уже приходилось оказывать помощь «блуждающим-во-снах», и на что может быть способен сильный воин в подобном состоянии, представить вполне могла. Вины Альтара в случившемся не было, однако он упорно считал иначе, замкнувшись в себе после той мгновенной яростной вспышки — стал ещё молчаливее, чем был и явно избегал встречаться со мной глазами.
Я не лезла ему в душу, прекрасно понимая, что переубедить его не удастся — со временем сам понемногу остынет и успокоится. Однако вот уж что никак не входило в мои планы, так это повышенное внимание Карателя к моей особе… Мне сейчас требовалось единственное: беспрепятственно осуществить свою маленькую задумку — притом так, чтобы никто из присутствующих ни о чём не догадался.
— Ничего… Уже лучше! — поторопилась сообщить я обступившим меня Чёрным, попутно изловчившись отпихнуть руку Альтара вбок. — Наверно… просто переутомилась в дороге.
— Оплот уже совсем рядом — вон за тем холмом, — Иврил указал вперёд, пока его напарник скручивал крышку со снятой с пояса фляжки. — Ещё совсем немного, и отдохнёшь… — Он помолчал и добавил: — Госпожа метресса.
Кайд протянул мне флягу, которую тут же перехватил Альтар, быстрым движением поднёс к моим губам. Я послушно сделала несколько глотков воды, попутно отметив неожиданно странное обращение Чёрного ко мне.
Метресса? А впрочем, чему я удивляюсь… Кем ещё, скажите на милость, может быть такая редкость для этих краёв, как «эльфа», да ещё и путешествующая на пару с Карателем? В любом случае, колдунья. Если пленница, то, ясное дело, «Отвращённая», ну а коль едет вольно — выходит, магичка, из тех, что в обмен на относительно спокойную жизнь почли за благо быть лояльными Ордену… а возможно, и конкретному его представителю — то-то Каратель этот так о ней печётся! Так вот откуда взялось резанувшее мой слух льстивое «госпожа», навскидку ну никак не вяжущееся с «остроухой нелюдью»…
Ashratt!
Вспыхнув, я едва не забыла, что «больна», рывком подхватываясь на ноги… И на сей раз рухнула бы в сугроб вполне натурально — но Альтар по-прежнему был начеку.
— Да что с тобой?!
Меня снова схватили за плечи, и даже легонько потрясли.
— Мне… нужно дерево. Любое… Только не очень старое. Восстановить силы, — я трепыхнулась, делая попытку высвободиться из стальной хватки — как и следовало ожидать, бесполезно.
Альтар огляделся вокруг.
— Вон та сосна — подойдёт?
Я проследила за его взглядом — сосенка у обочины дороги была именно такой, как мне требовалась. Кивнула и… вскрикнула от неожиданности: Альтар без лишних слов подхватил меня на руки и, в три шага преодолев заснеженную пустошь, опустил на землю уже у самой сосны.
О Ночь!… Ну кто, кто его просит?! И дёрнула же меня Бездна изобразить этот треклятый обморок… Проглотив все крутящиеся на языке слова, тем более, что пристойных среди них не отыскалось, я заставила себя отвернуться от застывшего рядом Карателя и сосредоточиться наконец на деле.
Если бы мне действительно пришлось восстанавливать силы — я обратилась бы за помощью к другому дереву, более могучему и старому, для которого потеря нескольких крупиц жизненной энергии не способна была стать роковой. Но именно юную сосну, ещё не успевшую «задеревенеть», став суровой и непреклонной, куда проще было уговорить открыть мне «Сердце Леса» — самое сокровенное, позволить мне стать его «глазами», «ушами» и «устами», хотя бы на те несколько мгновений, которые мне так нужны.
Сбросив на снег рукавицы, я обняла ладонями стройный ствол, терпко пахнущий смолой. Прижалась к нему лбом и закрыла глаза…
«Здравствуй, Лесная Сестра. Я Shaerriaenne, Дочь Ночи, и я пришла с добром. Поговорим?…».
Первым среагировал Рио. Взметнувшись на дыбы с воинственным ржанием, он со всего маху грянул оземь передними копытами… Комья снега вперемешку с мёрзлой землёй полетели в стороны. Следом тревожно захрапели и попятились, прижимая уши, оба вороных; эльфийкина же серая кобылка и вовсе застыла на месте трепещущей статуей, устремив куда-то вперёд исполненный дикого ужаса взгляд.
Увы — люди чувствуют опасность намного хуже лошадей. Мгновением позже придорожные кусты в двадцати шагах дрогнули, выпуская огромного морозного волка в белоснежной шубе. Зверь бесшумно приземлился на лапы прямо посреди пустующего тракта, замер на миг… Из-под низко опущенного лба сверкнули глаза — красные, как раскалённые угольки.
И лишь тогда Тёмные Братья схватились за оружие. Я же и вовсе промешкал, так как был занят колдуньей, более того — напрочь забыл о том, что при мне больше нет моих перстней. Рванулся вперёд, выдёргивая клинок и попутно посылая приказ несуществующему боевому кольцу — как вдруг эльфийка, прекратив обнимать сосну, с неожиданным проворством вцепилась в мои запястья.
— Мечи!!! — не дав опомниться, прошипела она мне прямо в лицо. — Смотри на них!… Внимательно смотри!
— С ума сошла! — рявкнул я, инстинктивно пытаясь стряхнуть колдунью на снег, однако она не сдавалась.
С силой, совершенно неожиданной для той, что мгновение назад едва держалась на грани обморока, эльфа дёрнула меня к себе, выпалив:
— Агмарилл!…
Свой шанс вмешаться я уже упустил — мне оставалось только поднять глаза, наблюдая развязку.
Смысл слов колдуньи дошёл до меня не сразу.
И вот тогда я оцепенел — в точности как несчастная серая кобылка…
… Волк, разумеется, не мешкал. Взвившись в длинном прыжке, красавец-хищник скрылся в зарослях на другой стороне дороги — столь же стремительно, как и возник. Два заклятья, брошенных ему вслед, разумеется, запоздали… Алая молния и, если не ошибаюсь, Кулак ветра, со свистом и сполохом перепахали кусок заснеженной земли, отмеченной ещё тёплыми волчьими следами.
— Безымянный!!! — раскрасневшийся, встрёпанный Иврил с досадой рубанул воздух так и не пригодившимся мечом. — Не успели! Самую малость не успели!…
Охапка искр, вспыхнувших в тех местах, где тусклый чёрный металл соприкоснулся с солнечными лучами, взбалмошным алым вихрем очертила знакомое лезвие Меча Тьмы…
Сомнений быть не могло. Никаких…
— Ума не приложу, откуда здесь взялся волк, — Кайд, тяжело дыша, запахивал ворот плаща, пряча нагрудный амулет — оправленный в серебро тёмный «глаз», ещё светящийся алым. — До Оплота рукой подать! Тут не то что волков — зайцев и куропаток, поди, не осталось…
— Нет, ну и наглая же тварь!… Совсем страх потерял! Прёт едва не коням под копыта… — Брат Иврил уже вернул клинок за спину и теперь поправлял правый рукав тёплой куртки — его запястье обвивал браслет из гладких тёмно-серых пластинок. Разумеется, они тоже «алели», теперь стремительно угасая…