Чтение онлайн

В один миг его волной накрыло поразительное осознание.

Ольс — Норрингтон — никогда не желал причинить никому зла.

Его непреклонная холодность и надменность мешали понять, что на самом деле он был ученым, изобретателем, который лишь выполнял необходимые исследования и старался держаться плана независимо от своих чувств и желаний.

Более того, в сознании Ольса Л увидел то, что никак не ожидал увидеть.

Он даже не мог помыслить, что Ольс был способен на это.

Наравне с любопытством и научным интересом в наблюдениях за развитием Л, он увидел его глубочайшую привязанность к нему.

На протяжении всей жизни Л Ольс не мог отделаться от охватывающего его сопереживания и жалости к своему изобретению. С самого появления Л на свет Ольс всегда находился подле него, и вопреки своим планам, правилам и принципам — он помогал Л тогда, когда ему было непросто.

Именно он помог Л устроиться на работу, когда тот бежал из дома.

Он повлиял на согласие ректора допустить Л к сдаче экзаменов в институт без документов о полном среднем образовании.

Именно Ольс помог ему добыть антивещество в Ке-тасе, когда Л остался один.

Это он выяснил истинную причину болезни отца и поспособствовал его выздоровлению — и именно он дал указание Энн помочь Л, когда заболел он сам.

И в течение всего существования Л Ольс не мог даже заставить себя думать о том, что когда-нибудь будет наблюдать его смерть.

— Что ж, довольно.

Ольс резко закрыл сознание и, выпрямившись, постучал пальцами по столу.

— Теперь, я надеюсь, ты узнал достаточно, и я не вижу смысла продолжать дальше эту затянутую беседу.

Л искоса глянул на Люси: та не сводила ошеломленного взгляда с Ольса. Было ясно, что она также увидела все, что было в его голове.

— Мы стремились к более продвинутым изобретениям, — вновь донеслось от тахионца, — и практически случайно привнесли в ваши организмы нечто, что превышает все открытые возможности людей. Вы начали чувствовать время. Видеть вероятности будущего. Именно эти способности мы хотим развивать в последующих наших разработках.

Ваше же время закончилось — этот проект подошел к концу. И только завершив ваши жизни, я смогу продолжать свою работу.

Л неотрывно смотрел на Ольса.

— Разве ты сможешь просто попрощаться с тем, кого создал? — произнес он.

— Да, это грустно, — ровным голосом изрек тахионец. — Но у всего должен быть конец. И у тебя, и у меня.

— Тогда сделай это, Ольс. — С этими словами Л вытащил из внутреннего кармана пистолет и, подойдя к столу, подтолкнул оружие к тахионцу. — Сделай это сам.

— Что ты делаешь, Л?! — вскричала Люси.

Он вернулся к ней и взял ее за руку.

— Ты думаешь, у меня не хватит духу, Л? — усмехнулся Ольс. — Я делал это уже несколько раз.

— Тогда тебе не составит труда сделать это вновь, — холодно проговорил Л.

Поднявшись с места, Ольс резким движением взял пистолет и, направив его на Л, взвел курок.

— Л, не надо, пожалуйста! — шептала Люси, дергая его за руку.

Ольс продолжал стоять неподвижно, целясь точно в Л.

— Прошу вас, не делайте этого! — взмолилась Люси, обернувшись к Ольсу. — Оставьте нас в покое!

Л продолжал неотрывно смотреть на тахионца, и тот также не сводил с него глаз.

— Л! — вновь воскликнула Люси.

На хладнокровном лице Ольса едва заметно отражалась внутренняя борьба.

— Он не твой сын, Ольс, — раздался хриплый голос Кораха.

Рука Ольса дрогнула, и он медленно опустил ружье, чуть покачав головой.

Внезапно он дернулся, глянув вниз, и в следующую секунду раздался оглушительный выстрел.

13. Мы

Люси на миг зажмурилась и вновь открыла глаза.

Л лежал перед ее ногами, и по белоснежному полу из-под его тела медленно растекалась черная кровь.

Ее горло словно стянуло проволокой, мешающей дышать.

Она упала на колени перед ним, тщетно пытаясь понять, как помочь ему, не в силах осознать, что он был мертв.

В ушах нарастал нестерпимый звон.

Сквозь него она услышала едва различимый хриплый голос:

— Я сделал то, что было необходимо, Ольс.

Люси вскинула голову.

Перед ее взором был туман, и сквозь него неясно вырисовывались очертания лица Ольса. С выражением всеобъемлющего ужаса он смотрел на мертвое тело.

Она перевела взгляд на Кораха. В его руке был зажат пистолет.

Бегущих к ней агентов отнесло в дальний конец кабинета, едва Люси подумала об этом. С силой ударившись о стену и оставив на ней вмятины и трещины, они грудой свалились на пол.

Пистолет оказался у нее в руках, и она направила его на Кораха.

— Люси… — прошептал он.

Она опустила ружье и вгляделась в его ненавистное морщинистое лицо.

В ней не осталось абсолютно ничего, кроме бесконечной, нестерпимой боли, которую причинил ей этот старик.

Он схватился за горло, судорожно пытаясь вдохнуть. В его взгляде, обращенном на Люси, читалась мольба.

Он рухнул оземь, и через несколько секунд его тело стало неподвижным.

Люси направила ружье на Ольса, однако тот даже не взглянул в ее сторону.

Не понимая до конца, что делает, не осознавая того, что творило ее измученное сознание в стремлении уничтожить, стереть все, что было связано с убийцей, она начала разрушать.

Потолок, стены и пол помещения начинали покрываться трещинами под действием ее мысли.

За доли секунды отыскав компьютеры, контролирующие работу мысленной сети, Люси стала выводить их из строя, и связующие сети обрывались, словно тонкие нити, разрезанные ножом.

Через секунду Люси снова обрела слух. Повсюду стоял оглушительный грохот: все, что держалось с помощью мысленной сети, в одночасье обрушалось.

Столешница с грохотом рухнула на пол. Пол начинал проседать. Куски камня и бетона, с треском откалываясь от основания, непрерывно сыпались вниз.

Однако Ольс не обращал на это никакого внимания. Застыв на месте, словно изваяние, он продолжал неотрывно смотреть на Л.

Люси выстрелила, и тахионец упал замертво.

Подняв тело Л, она телепортировалась наружу и, зависнув в нескольких сотнях метров над землей, продолжила разрушать.