Чтение онлайн

За поражением «Ликуда» на парламентских выборах 1992 года стоит существенное изменение настроений избирателей, изменение приоритетов общества. Если в своей избирательной кампании правые по-прежнему делали акцент на идеологии, то лейбористы, правильно оценив настроения электората, сделали ставку на улучшение качества жизни, на вопросы экономики и социальной сферы. Благодаря этому Партия труда, вопреки изначальным прогнозам, получила большинство голосов выходцев из Советского Союза, прибывших в Израиль в ходе масштабной иммиграционной волны 1990–1991 годов [211] . Вместе с тем эта электоральная победа во многом стала возможной благодаря личности И. Рабина (на выборах 1977, 1981, 1984 и 1988 годов список Партии труда возглавлял Шимон Перес), который в ходе предвыборной кампании уделял особое внимание вопросам безопасности [212] . Следует отметить, что, даже голосуя за левоцентристскую Партию труда, израильские избиратели не голосовали ни за какие масштабные уступки, подобные заключенным спустя год с небольшим Соглашениям Осло: ни о чем подобном в предвыборной агитации И. Рабина не говорилось ни слова.

Ключевой фигурой в переговорах с ООП был заместитель министра иностранных дел Йоси Бейлин (впоследствии министр экономики и планирования, а затем министр юстиции, в 2004–2008 годах – лидер леворадикальной партии МЕРЕЦ), которого в то время активно поддерживал Шимон Перес. Кроме них, важную роль сыграли Ури Савир, Рон Пундик, Яир Хиршфельд, адвокат Йоэль Зингер и некоторые другие профессионалы, не входившие ни в состав кнесета, ни в состав правительства [213] .

Именно позиция Й. Бейлина, который полагал, что необходимо вести диалог не с не имеющими реальных рычагов управления представителями палестинцев с Западного берега и сектора Газы, а напрямую с ООП, определила направление начавшихся в конце 1992 года тайных переговоров. Именно по предложению Й. Бейлина 1 декабря 1992 года был снят формальный запрет на ведение переговоров с Я. Арафатом [214] . Й. Бейлин был первым официальным израильским представителем, начавшим, при посредничестве норвежцев, осуществлять контакты с представителями ООП. Обладая аналитическими способностями и умением работать в команде, именно он на всем протяжении переговоров готовил для Ш. Переса аналитические записки с возможными сценариями выхода из тупиков, куда раз за разом заходил переговорный процесс, крайне сложный и болезненный для обеих сторон.

Ш. Перес подключился к переговорам с ООП весной 1993 года, став едва ли не главной движущей силой переговоров на этапе выработки израильской позиции. Однако, с другой стороны, Ш. Перес, пусть и бывший министром иностранных дел, экс-премьером и экс-министром обороны, не обладал необходимым политическим весом, не имел необходимого кредита общественного доверия, чтобы результаты, достигнутые им на переговорах, были бы приняты социумом. Обеспечить общественную легитимацию достигнутых соглашений мог только авторитет премьер-министра. «Подобно тому, как только Шарль де Голль мог предоставить независимость Алжиру, так только Ицхак Рабин мог реализовать соглашение с Арафатом», – справедливо отмечал известный обозреватель Давид Маковский [215] . При этом нужно отметить, что в течение достаточно долгого времени И. Рабин не был полностью информирован о предложениях, которые выдвигали Ш. Перес и члены делегации во главе с Й. Бейлином. О многих весьма важных компонентах соглашения И. Рабин узнавал только тогда, когда основные детали были уже полностью согласованы сторонами.

Переговоры, начавшиеся в конце 1992 года, включали секретные и неформальные встречи представителей Израиля и ООП в Осло. Переговоры эти во многом были особенными как по форме проведения, так и по содержанию и отличались от переговоров «по модели Мадрида». Во-первых, они шли тайно, на определенном этапе во все детали не были посвящены ни США, ни премьер-министр Израиля, ни власти Иордании, ни израильская и мировая общественность; во-вторых, переговоры эти шли параллельно с ведшимися в Вашингтоне консультациями израильтян и палестинцев в рамках реализации решений Мадридской конференции; в-третьих, если в Вашингтоне переговоры велись с иордано-палестинской делегацией, палестинская часть которой представляла элиту Западного берега и сектора Газы, то переговоры в Осло шли напрямую с ООП; в-четвертых, самые первые встречи в Осло осуществлялись не официальными лицами, а представителями научной интеллигенции; наконец, в-пятых, израильская позиция претерпела значительные изменения, став значительно более гибкой.

Первый раунд переговоров прошел 4 декабря 1992 года в Лондоне, после чего прошел цикл встреч с 20 по 22 января 1993 года в Сарпборсте, в ста километрах от столицы Норвегии [216] . Израильскую группу на них представляли Яир Хиршфельд и Рон Пундик, группу представителей ООП – Ахмед Куреи (Абу-Алла), впоследствии премьер-министр ПНА (в делегацию также входили Хасан Асфур и Махер аль-Курд, которого сменил Мухаммед Абу Кош). Они договорились об общих принципах ведения встреч на будущее, а именно: сохранение полной секретности, акцентирование внимания на задачах на будущее, а не на прошлых конфликтах, возможность корректировки выдвинутых предложений, участие норвежской стороны как принимающей, но не как посредника в дискуссии. К принципиальным решениям можно отнести договоренность об оставлении Израилем Газы и постепенной передаче палестинцам полномочий в области хозяйственной деятельности.

За сорок восемь часов до отъезда делегации в Осло Махмуд Аббас передал членам палестинской делегации свои соображения, которые попросил отстаивать в ходе переговоров с израильтянами. Нижеследующий документ, который сам М. Аббас процитировал полностью в своей книге «Путь в Осло», стал, по его словам, основой для последующей выработки Декларации принципов палестино-израильского урегулирования.

1. Цель – достижение справедливого, прочного и всеобъемлющего урегулирования посредством прямых переговоров на основе резолюций 242 и 338 Совета Безопасности ООН. Переговоры между палестинцами и Израилем будут проходить по фазам, которые являются составной частью всего процесса.

2. Сфера полномочий палестинской администрации в переходный период включает палестинские территории, оккупированные в 1967 году. Договоренность об обсуждении вопросов о выводе некоторых районов из-под административной юрисдикции должна быть достигнута на переговорах с условием, что не будет нарушений резолюций 242 и 338 и норм международного права.

3. Палестинская администрация переходного периода осуществляет все полномочия, которые будут ей переданы в соответствии с достигнутым соглашением (с учетом мер по пересмотру действующих законов).

4. Временная администрация избирается путем проведения всеобщих свободных и прямых выборов, в которых участвует все палестинское население Западного берега, включая Иерусалим и сектор Газы, в соответствии с переписью от 4 июня 1967 года.

5. Наблюдение за процессом выборов и передачи власти будут осуществлять представители международного сообщества в соответствии с договоренностью.

6. Для обсуждения рабочих проблем и разрешения спорных вопросов будет создана двусторонняя комиссия (от временной палестинской администрации и израильского правительства).

7. В случае, когда комиссия по решению споров не сможет найти решения того или иного вопроса, она передает его на рассмотрение арбитражной комиссии, которая формируется из представителей государств-спонсоров, а также Египта, Иордании и ООН. В арбитражную комиссию также назначается по одному представителю от переходной администрации и Израиля или от других сторон в соответствии с договоренностью.

8. Проблемы безопасности в их стратегическом и перспективном понимании, связанные с воплощением идеи мирного сосуществования, будут рассмотрены в свете наличия доброй воли у всех сторон и в духе искреннего стремления к выяснению взаимных интересов, чтобы наполнить понятие «безопасность» позитивным смыслом, обязывающим всех содействовать ее обеспечению.

9. Стороны приступают к обсуждению окончательного статуса через два года с момента начала переходного периода или раньше, в зависимости от договоренности, но в любом случае не позднее, чем в начале третьего года переходного периода.

10. Не препятствуя осуществлению соглашения об окончательном статусе, начинается неофициальное изучение возможности создания конфедерации с целью нахождения наилучших путей и средств обеспечения стабильности и мира в регионе [217] .