Чтение онлайн

«Все материалы по детям запросил Президент. Эвакуация - вопросы спецслужбы «Р». Мы - только обеспечение секретности. Выход на «Р» - по излечению Светы» - быстро написал он на листке бумаги. Дал прочесть Максиму, закурил, сжег записку, потыкал пепел сигаретой.

–  Ну что, летишь?

–  Я как-то все в полетах последнее время. Нигде не могу тормознуть.

–  Так мне давать команду на подготовку самолета?

–  Ну, конечно, - вздохнул Максим.
– И все-таки…

–  Тогда поехали, хоть перекусишь. Душ примешь. Сам говоришь - с полета в полет. А откуда, если не секрет?

–  Издалече. Но все же скажите…

–  Вот что, - уже встал из-за стола генерал и склонился над Максимом.
– Пообещай, что не будешь со мной устраивать эти фокусы с гипнозом. Не хочется мне рисоваться в этих очках. И потом, если хоть половина того, что говорила Светлана правда, ты все равно нужные сведения получишь. А так, знаешь… все равно предателем себя буду чувствовать. А это - только пуля в висок.

Сказано было столь убедительно, что Максим, вздохнув, пообещал. В кабинете они сквозь книжный шкаф прошли к лифту, спустились в гараж и вскоре мчались по улицам столицы. Уже в машине Светланин отец распорядился насчет самолета.

–  Сами ведь не полетите?
– поинтересовался с переднего сидения верный Васильев в тех же очках.

–  Нет. Тебя пошлю.

–  Но… А как же вы, Евгений Борисович?

–  Переживу. Сейчас самое важное для меня - моя доча. А он может помочь. Поэтому беречь, как зеницу ока!

–  Понял! Никто не похитит! И никуда не сбежит, - ухмыльнулся охранник, по-своему истолковав поставленную задачу.

Квартира была небольшая для шефа такого масштаба. Правда, просторная прихожая была. И потолки высоченные. И большая (не огромная, но и не стандартная) кухня. С уже накрытым столом. И ванная с новыми прибабахами типа душевой - парилки. И отдельный кабинет, где они уже после душа и обеда остались вдвоем.

–  Здесь нет прослушки, поэтому поговорим.

Максим, улыбаясь наивности шефа, приложил палец к губам и как когда-то давным-давно в беседке ресторана, обвел кабинет своим особенным взором. Ага! Вот! И вот! Юноша проследил электронные ручейки и перемкнул эти потоки.

–  Здесь и здесь, - показал на розетку и люстру.

Хозяин кабинета стал серым, потом вспыхнул от негодования. Одним движением сильной тренированной руки вырвал с потрохами розетку, всмотрелся, убедился.

–  Зачем вслух?

–  А! У них там что-то замкнуло.

–  У кого, у них?

–  Не знаю. Но включение - из соседней квартиры.

–  Там охрана. Васильев? Кому скурвился? Я сейчас…

–  Не надо. Я потом сам. И очки не помогут. Что вы хотели сказать?

–  По детям. Это не моя тайна. Да и не тайна вообще. Не должно быть тайной. Да, Президент озаботился о… скажем так… защите наиболее одаренных детей. От всяких неожиданностей. От каких - не спрашивай. Поэтому всех их собрали… ну, неважно где. И… скажем так, была еще договоренность с некоторыми… другими руководителями. Когда их собрали вместе… так, для неформального общения… их спецрейсом отправили в… неважно. И этот спецрейс… исчез. Как в воду канул. Именно в воду. Над океаном исчез.

–  Когда?
– охрипшим вдруг голосом спросил Максим.

–  Еще до пропажи Светы. Я наткнулся, когда все материалы по пропаже детей лопатил. Даже мне доступ с трудом… Сам понимаешь, почему.

–  Да-а… Будет скандалище. А эти… психи?

–  Здесь сложнее. Они пропадали как-то… неорганизованно. И еще раньше. И всего шестнадцать по всему миру. Не о чем шум поднимать. Мы всерьез думали, что это - та самая банда, что и вас тогда… Но совсем другой почерк. И очень мало общего. Только что по каким-то причинам оставались несчастные одни. И еще - что все были безнадегами. Может, если почитать незамыленным взглядом, то еще что… но кому они нужны?

–  Евгений Борисович, и все-таки, от каких неожиданностей думали спасти детей?

–  Этого я не скажу.

–  Взрывы супервулканов?

–  Я не могу подтвердить или опровергнуть. Но это и неважно.

–  Евгений Борисович, я… я не знаю… но чувствую, что не суперами здесь пахнет. И… вы сами не чувствуете, что всех нас кто-то водит за нос? Какой-то кукловод дергает за веревочки? И что это очень - очень плохо кончится?

–  Знаешь, Виталий, - тяжело вздохнул генерал.
– Я это почувствовал, когда оказался у подножия этого олимпа. Только вот кукловоды менялись. Так что… И для меня сейчас самое важное - моя дочь.

–  Но если все это вокруг гахнет, то и она тоже…

–  Виталий… Ты спаси ее от сегодняшней напасти, а я вас потом - от завтрашней. Понял? Подробнее не могу, и так проболтался. Ну вот. Тебе пора. Лайнер готов.

–  Да-а. У меня отец, то есть его экипаж к вылету готовились…

–  Здесь по другому. Просто один самолет с экипажем на дежурстве. «Под парами». Ты лучше скажи, справишься? Поможешь? Постарайся. А что касается меня… Вот номер. Прямой. Уверен, без прослушки. А у тебя, я смотрю… На, держи - протянул генерал сотовик последней модели.
– Чем могу помочь еще? Прямо сейчас?

–  Я бы хотел прямо от вас, - Максим принял подарок и набрал номер Евгения.

–  Жив, курилка!
– удивленно констатировал Аленин бойфренд.
– Когда там связь прервалась, мы уже думали, что и этот лайнер накрылся. Алена сейчас раскрутку устраивает там, в аэропорту. Сейчас наберу, обрадую…

–  Ты мне номер телефона дай. Мне больше барыни- телефонистки не нужны. Некогда.

–  Хорошо - хорошо. Ты только скажи, всех этих эээ нехороших людей ты покусал?

–  Очень даже может быть. Давай номер.

Алене он коротко сообщил, куда вылетает и что, по возможности, туда же следует подрулить и ей. Есть о чем потолковать.

В полете Максим впервые не наслаждался ни эволюциями самолета, ни открывающимися горизонтами. Мысль о том, что пережили несчастные дети на лайнере, сыпавшемся в океан с приблизительно вот такой же высоты, холодила душу. И еще настораживали участившиеся катастрофы. Особенно с его участием. Или ставшие объектом его внимания. На один из вопросов покойного Бычека уже можно ответить - детей пытались спасти… И этим погубили. Если, конечно, информация верна. Но отчего спасти? Ведь верили, верили же сильные мира сего, если договорились всем миром, или частью его спасать светлое будущее. И опять же, если вопросы решались на таком уровне, то может ли быть авиакатастрофа случайной? Нет, нет и еще раз нет! Может, те же, кто взорвал и его лайнер? И ведь есть ниточка! А я опять не в ту сторону. Это что, меня специально вот так отвлекают? Сбивают со следа. Ну, генерал вряд ли. А остальные? Где я болтаюсь? Чего мечусь? И что, в конце концов, довел до логического завершения? Нет, нельзя терять времени.

Максим покосился на сидящих в соседних креслах сопровождающих. Ну и чудаки же! И эти два амбала в зеркальных очках и этот… Васильев на месте стюардессы - тоже. Обезопасились. Дождавшись легкой тряски лайнера, Макс пробудил у обоих соседей острый рвотный рефлекс. Проследив, как они рванулись в туалеты (благо, другие пассажиры отсутствовали), Максим направился за одним из несчастных, но поравнявшись с Васильевым, обдал того холодной волной, парализовавшей конечности охранника, после чего сорвал очки.