Чтение онлайн

— Новенькая? — спросил.

— Приходящая, — уточнила Кара и, дёрнув головой, отстранилась.

— У-у, редкий цветок, — выказал он возросшую заинтересованность.

Приходящие — мисс из высших слоёв общества, оказавшиеся в затруднительном финансовом положении. В «Алой Капле» они инкогнито отрабатывали заём — свой или семейный. Таких девушек метили сапфировой звездой, что наносилась мастером и им же выводилась, тогда как у постоянных куртэзе стояло пожизненное магическое клеймо. Разве что отыщется сильный маг, готовый пожертвовать десятью годами собственной жизни ради освобождения падшей женщины.

Взмахом руки Серго отправил восвояси блондинку.

Присев в реверансе, та подчинилась. Проходя мимо Кары, потеснила её плечом и молча выскользнула за дверь. В оставленном шлейфе запахов не было злости или раздражения.

«Лишена эмоций или их подавляет?» — озадачилась ищейка.

Какой-никакой должен запах присутствовать, она ведь живая. Впрочем, в заведениях, подобных этому, восприимчивость неуместна. Выбор невелик: либо магическое усмирение, либо личный самоконтроль.

В отличие от куртэзе, Серго Вист не скрывал свои порывы. Молниеносно притиснув Кару к двери, он широкими ладонями сжал её талию, надавливая пальцами медленно заскользил к ягодицам, оценивая, примиряясь. Довольно хмыкнув, резко притянул за бёдра к своей восставшей плоти, распирающей ширинку. Толкнулся сильнее в слои юбок, недовольно прорычал, что ей пристало разоблачиться.

Брезгливо поморщившись, Кара не осталась в долгу.

— От вас несёт другой женщиной.

Притиснутая к мужскому возбуждённому телу, она спокойно выдержала колючий взгляд.

— Ступай прочь! — ожидаемо оттолкнул её Серго.

— Пригласить замену? — услужливо предложила Кара. И прежде чем прозвучал ответ, выразительно глянула на его ширинку: — Болит, наверное?

— Ты… — скрипнул он зубами.

— Да?

— Прочь! — прорычал зверем.

— Совсем? — уточнила Кара, иронично вскинув брови.

— Хочешь под меня лечь? — он повторно притиснул её к стене и повёл бёдрами.

Кара вывернулась. Её глаза в прорезях маски смеялись.

— Кто знает? — присела в реверансе и быстро ретировалась.

С того дня с младшим Вистом она не виделась. С её стороны было ошибкой пойти на сближение. Ошибкой прикинуться продажной, пусть и приходящей. На почве разврата отношения не построить. Особенно с мужчиной, одержимым прошлыми отношениями. Его разбитое сердце, израненное шипами предательства, с каждым днём обгорало и покрывалось сажей. Чтобы добраться до светлых чувств, нужна мягкость, усидчивость….

На пороге таверны «Кайчан», наконец, показался Серго. Кара отбросила лишние мысли. Прищурилась, приметив рядом с ним уже знакомую блондинку. Сегодня от неё исходил запах горечи, а её спутник благоухал ожиданием.

Раздражённо мотнув головой, ищейка незримой тенью припустила следом. По переплетению замызганных проулков бедных кварталов, по ухоженным тротуарам улиц зажиточных торговцев, мимо статуи магического манускрипта на малой площади столицы, к череде небогатых построек, в одной из которых парочка и скрылась. Вокруг дома ничем не пахло, но на мгновение через открывшуюся дверь Нэха учуяла необъяснимое.

— Тёмная магия? — прикусила она губу. — Барьер?

На поверку барьера не было, но попасть в дом она так и не смогла. Даже по ступеням не поднялась, всё время оказываясь в начале лестницы. Похоже на заклинание сдерживания. Только почему без запаха? Кое-кому этот нюанс точно не понравится.

В доме Вистов ситуация тоже складывалась не лучшим образом. Сразу после ухода из главной залы герцога с Серго, Вольг Офью заявился в запризрачной форме. Схватил под локоть Алию и уволок за пределы залы. В тишине заваленной утварью коморки зло прорычал:

— Объяснись!

Загорелый и светловолосый Вольг не навещал сестру в обители. Алия впервые с ним столкнулась. Второй по старшинству ребёнок Скелии Офью. Порой угрюмый, бывает улыбчивый. Сейчас злой и озадаченный. Воспоминаний его сестры достаточно, чтобы не попасть впросак, но как взять в толк, какой ясности он требует? Может бушует из-за давнего письма? Розалия тогда надиктовала, а она отправила.

Затянувшееся молчание взвинтило Вольга. Девушка чуть не вскрикнула, когда его пальцы резко сжались на её локте. Дыхнуло удушающей агрессией.

— Я получаю от тебя известие, что ты возвращаешься домой. Мы с Агьес готовимся выдернуть тебя из образа жрицы, заметь, в обход материнскому произволу, пичкаем гостевой дом сотней печатей, а ты отправляешься прямиком к Висту?!

Алия облизала губы. Скелия Офью скрыла от семьи, что упрятала дочь не под личину, а внутрь другой личности. Выкладывать правду чревато.

«Как Розалия с братом общалась?»

— Ты же ненавидишь герцога, — понимающе усмехнулась Алия, подражая той, что насмешкой часто сглаживала резкость старшего.

— Ненависть — громкое слово, — парировал он. — Тебя не касаются наши разногласия!

Выдернув руку из жёсткой хватки, Алия пропела на выдохе:

— Карающим тоном вещал он истину…

— Хватит юлить!

Она обречённо выдохнула:

— Ладно… Нас повязал Зов.

Вольг красочно выругался. Цветасто, по-деревенски.

Яростно заклекотав: «Позор! Позор!» — из воздуха возникла нахохлившаяся фамильяра Крайка. Примостившись на ближайшей к ней полке, пёстрая пернатая раздулась в «талии» — перья встали дыбом, как иглы ёжика, — и осуждающе засверлила грубияна прицельным взглядом.

Её господин скривился лицом и отмахнулся.

— Уймись! — И снова переключился на «сестру». — Зов? И ты в качестве жрицы?

— Ске… Мама, — вовремя поправилась Алия.

— Никак не уймётся! Ей в нынешнем состоянии лучше звёзды на небе считать!

— Каком состоянии? — озадачилась девушка.

— Забудь! Какие планы у Виста?..

— Есть предположения?

— Розалия…

Угрожающий тон заставил её отступить. Обхватить себя руками, нервно закусить губу, потрогать медный чайничек, стоящий на полке, проинспектировать усидчивость прислуги — пыль не обнаружена. Лишь затем натянуто выдохнуть:

— Он верен своей супруге.

— Ожидаемо. Сделать из Хвори приблуду!

Старший брат Розалии никогда не скупился в выражениях. Он признавал краски жизни, но в некоторых областях видел только чёрное и белое. Особенно в брачном единстве, создании семьи и рождении детей. Для него супружество — пожизненное ярмо, а потомство — чушь несусветная, место которой за дальним горизонтом.

— Ты за кого меня держишь? — возмутилась девушка, с размаху ударив его в плечо и душевно наступив на ногу.