Изумрудное золото. Тень
Шрифт:
Множество вопросов без единого ответа. Но одно очевидно: связь с герцогом породит незаконных отпрысков, ни один из которых не удостоится титула и регалий. И незаконнорождённые, как правило, отмечены Свенью — белой тенью, благодаря которой на мир они смотрят иначе, нежели носители обычной чёрной тени.
Только вот именно для Хвори-Офью, это приговор. Сила их рода, при взаимодействии с носителями Свени, никогда не порождала ничего хорошего. Искажение магии в новорождённых — большее проклятье, нежели недужные, появляющиеся на свет в каждом поколении поставщиков фамильяров.
Впрочем, рассуждения в данном направлении не повод сдавать позиции и принимать Оло Виста со всем его семейным скарбом. Но указание задуматься, что, возможно, Розалия права и за партией Скелии Офью стоит нечто большее, чем простое стремление спрятать правду о Хвори. А значит, навестить провидицу не помешает.
Только сейчас не время и не место об этом думать.
Отринув лишние мысли, жрица влилась в толпу гостей. Беседовала с одними, смеялась с другими, светски расшаркивалась с третьими. Усиленно держала маску добродушной служительницы обители, вдыхая смешавшиеся ароматы еды и парфюмерии.
Резкий запах духов оставлял на языке привкус горечи. Или дело в повышенном внимании именинницы, то и дело бросающей задумчивые взгляды? В них ни раздражения, ни ядовитости. Содержание трудно понять. Однако когда Калин Вист приблизилась и испросила сыграть на пианино светлую мелодию, в выражении её лица проскользнула непонятная ирония.
«Что она задумала?»
Откинув белую крышку с витиеватым золотым узором и изумрудной эмблемой рода Вист в форме овитого лозой меча, Алия грациозно присела на мягкий стульчик и опустила пальцы на клавиши. Пролистав воспоминания Розалии, она решила исполнить мелодию Скрипачей — мелодию, усмиряющую недобрые мысли, — и посмотреть на реакцию именинницы и Гастинга Арже. Пора разобраться, какие мысли теснились в их головах.
Небольшую залу наполнила музыка, что лилась журчащими струями. Магическое веяние проникало в души и на мгновение поднимало со дна тёмный ил недобрых мыслей и стремлений, что затем медленно оседал…
Алию интересовал момент перед успокоением. Тьма как на ладони в такие мгновения.
В лице Калин Вист ничего не изменилось — она и правда расположена к ней. А вот Гастинг Арже… На миг он обернулся чёрной фигурой: искажённая клякса вместо очертаний человека. Тьма его души поражала. Проняло даже Розалию.
«Ох, Рэк милосердный!» — выдохнула она.
Исполнительница чарующей мелодии привлекла всеобщее внимание. Гости оборачивались, некоторые подходили ближе, вслушивались, кивали. Магию распознали немногие. Особенно выделялся немощный старец с тростью, замеченный жрицей в начале вечера.
— У девушки хорошая техника, — заметил Нэйхан Рэб, обращаясь к Оло Висту, стоящему рядом с его креслом. — Некоторые пассажи… Её обучал кто-то из магов музыки?
— Впервые вижу её за инструментом, — отозвался герцог, только сегодня услышавший столь совершенную игру. Подобной не могли научить в обители. Вплетение магии в каждый звук еле ощутимый и очень тонкий. Не обладая совершенным слухом, он бы не заметил, не укажи на данный нюанс Прядильщик.
«Шальэ, использующая магию…» — озадачился герцог.
Раньше его не особо интересовали детали. Покладистой любовницы вполне хватало. Но какие на самом деле корни у жрицы? Почему, являясь непробуждённой Хвори, она использует стороннюю магию? Какие тайны в ней ещё сокрыты?
Калин Вист, наблюдавшая за игрой жрицы и общим ажиотажем, приметила недоумение и восхищение Его Светлости. Странно видеть этого скупого на эмоции мужчину кем-то одержимым настолько, чтобы игнорировать светские приличия. При супруге привести в дом служительницу Амунаи — неожиданный в его исполнении вызов общественному мнению. И хотя великосветская знать по большей части осведомлена об особенностях Хвори и что Зову противостоять невозможно, если уже окольцован — мало кто решится забрать свою пару из обители и поселить у себя под боком.
Взгляд аристократки на мгновение блекнет, когда после исполнения трёх мелодий к жрице подошёл герцог. За руку вытянув девушку из-за инструмента, он упросил стоящую поблизости миловидную шатенку занять её место и сыграть что-нибудь весёлое.
— Хватит с тебя рукоплесканий и сальных взглядов подвыпивших мужчин, — произнёс герцог намерено громким шёпотом, за талию обняв жрицу.
Пытаясь высвободиться, та озиралась.
— Ваша супруга…
— В приятной компании, — воркующим тоном отозвался аристократ.
«Он флиртует?» — Калин внутренне поморщилась и переключилась на подруг детства, с которыми обсуждала новые заморские платья. Она старалась влиться в общее восхищение новомодными туалетами, но не могла.
В объятиях герцога — он словно приклеился — Алия продолжала ловить напряжённые взгляды Её Светлости. Магия показала, что та не испытывает неприязни или затаённой злобы. Тогда откуда столько внимания? И почему герцогиня напряглась, даже перестала улыбаться, когда к ней приблизился франт с зализанными светлыми волосами? В ответ на галантный поклон её лицо не просто застыло, оно превратилось в маску.
Не отвечая на объятия герцога, Алия спросила:
— Её Светлость недолюбливает вашего брата?
Глянув в указанном направлении, герцог усмехнулся.
— Как раз наоборот. Она его боготворит.
— Разве?
— Не будь меня, они бы поженились, — небрежная, но по сути ужасная истина.
Алию покоробило.
— Вы разрушили их счастье?
— Наследник — весомый аргумент.
Накрыли эмоции.
— Долг выше любви? Довольны результатом?
Наклонившись к самому её уху, он интимно прошептал:
— Теперь доволен.
Алия вздрогнула от скользнувших по спине широких мужских ладоней. Почему она раньше не замечала, какой он? Жестокий, беспринципный человек, ставящий себя выше других?!
Вырвавшись из его объятий, жрица присела в реверансе:
— Позвольте откланяться. Меня вы не получите!
Глаза аристократа потемнели от гнева.
— Неблагоразумный вызов, Алия. Помни, ты — Хвори.
«Забудешь тут…»
— Мне решать: принимать или отвергнуть Зов. — Она приторно улыбнулась. — Ваши проблемы весомее. Оставшись без моего согласия, вы до гробовой доски будете хранить целибат. Позор для мужчины, не находите? — добила насмешкой.
Под сводами бальной залы зазвучала новая мелодия. Яркая, воодушевляющая, идущая в противовес угрожающему шипению:
— Я тебя услышал, Алия. Но не забывай, ты на моей территории!
— Ох-ох, — разбил гнетущую атмосферу подошедший к ним Серго Вист. Его открытое добродушное лицо не вязалось со словами: — Решил всех женщин под себя подмять? Надорвёшься, братец!
— Пришёл таки? — отозвался герцог.
Братья были не похожи. У старшего узкий костяк, жилистое тело, утончённое лицо, тёмные глаза и волосы. Младший в противовес плечист, чуть полноват, открытый, голубоглазый, светловолосый. Но характеры у обоих…