Чтение онлайн

Фомин напуган. Стражники окружают его со всех сторон, подбираются всё ближе. Начальник охраны, ощущая прилив возбуждения, не спеша снимает с пояса сеть Гефеста, ту самую, которой бог огня и искусный кузнец, уличив жену Афродиту в измене, надёжно опутал жену с любовником во время утех. Таких магических штучек у царя Армении много.

– Без снасти только блох ловить, – шепчет начальник охраны и бросает умелой рукой сеть, из которой не выпутаться ни человеку, ни демону.

– Демон попался! – кричит царь, наблюдая сквозь зеленый кристалл, как опутанный сетью человек бьется в истерике, пытаясь освободиться, но запутывается вконец.

Царедворцы, окружив проникшего во дворец ловкача, скандируют: «Убить его!», Фомин отчаянно и тщетно барахтается в ячеистой ловушке, а начальник охраны готовится заколоть невидимое существо – достает кинжал, чтобы хладнокровно вонзить его в жертву.

Зенобия шепчет:

– Повелитель, бог Арамазд прислал демона для совершения какого-то деяния или наказания.

– Не убивать! – ревёт царь. – В темницу его! Нужно дознаться, зачем он явился. Жизнь мы ему пока сохраним, я же получу новое знание. – Тиридат, бывший маг зороастризма, знает, о чём говорит.

Двое солдат, водрузив на плечи древко копья с привязанной к нему добычей, во главе с начальником охраны несут пленника в тюрьму Хор Вирап. Там, на глубине шести метров, демон будет надёжно заточён в царской темнице.

Довольный Тиридат кивает виночерпию:

– Подать вино! По обычаю предков поднимем кубки вверх, приблизим их к небу в благодарность богу.

Вино разливают по кубкам и разносят по залу. Присутствующие, подняв кубки, скандируют:

– Слава богу, слава царю!

Известный сегодня миру монастырь Хор Вирап стоит у подножья библейской горы Арарат, а две тысячи лет назад здесь находилась темница под царским дворцом в столице Великой Армении Арташате. Эта тюрьма стала широко известна благодаря одному из заключённых: в ней томился святой Григорий Просветитель, который после четырнадцати лет заточения, в 301 году (при царе Трдате III Великом) обратил царя и всю Армению в христианство. Таким образом, Армения стала первой в мире страной, принявшей христианство в качестве государственной религии.

Опутанный сетью Фомин изнывал в Хор Вирап – круглой, диаметром 4,4 метра, каменной «яме» с высоким потолком и закопчёнными стенами. В камере, в которую втащили его по винтовой лестнице, не было ни окон, ни ложа. Имелся лишь алтарь с масляной лампой. Железный люк закрылся, Олег остался в одиночестве, и только огонек лампы, тускло озаряя мрачное помещение, скрашивал жалкое существование узника. Шаги стражников стихли, и в темнице повисла гнетущая тишина. Иногда чёрный скорпион, проползая мимо, нарушал могильное безмолвие.

Вдруг человек услышал еле уловимый шорох. Петляя и шипя, из темного угла выползла змея. Фомин затаился, перестал дышать, а гадина, свернувшись в клубок, вытянулась вверх и стала извиваться в танце, гипнотически завораживая, парализуя волю и сознание человека.

Узник погрузился в транс, а когда очнулся, ахнул: перед ним стояла царица Зенобия.

– Не дёргайся! – произнесла она. – Я тебя вижу. Сейчас распутаю узлы.

Освободив путы, она стянула с узника сеть и отбросила ее в сторону.

– Спасибо, – выдохнул Олег

– Ты дух? – спросила она.

– О, прекрасная царица, я человек. Из будущего, – отвечал Фомин.

– Зачем прибыл?

– Меня отправил сюда бог Энлиль.

– Ах, этот… – таинственная улыбка коснулась её губ. – Что ему нужно?

– Скрижаль судеб.

Зенобия в длинной полупрозрачной шёлковой тунике серебристого цвета смотрела на него задумчиво и укоризненно:

– Заполучить Скрижаль хотят все. Я Зенобия, потомок духа, и знаю, как нелегко одолеть козни богов.

Олег встал, приблизился, заглянул в её бездонные глаза:

– Красивей женщины не видел, – выдохнул он. Магия в её зелёных глазах зачаровывала, притягивала и не отпускала. Он воскликнул: – Царица Зенобия, ты само совершенство, предмет воздыхания любого мужчины! Твой голос вызывает желание слушать, твоя улыбка вселяет оптимизм, твой стан и походка невольно восхищают. Величавая и сексуальная женщина! Извини, оцениваю по критериям далёкого будущего.

– Не извиняйся. Так и есть. Душа предка, обладавшего исключительной мудростью и исцеляющей силой, сделала меня такой. А ещё я защитница добра и гонитель зла, легко отличаю хорошего человека от плохого. Умею перевоплощаться в змею и живу уже много веков. Ты мне нравишься. Как зовут тебя?

– Олег. – Очарованный обаянием и манерами женщины, Фомин, забыв о невзгодах, проговорил с восторгом: – Я опьянен твоей красотой и разумом!

Внезапно в нём загорелась искра страсти. Ошеломленный неотразимостью собеседницы, порывисто придвинулся к ней. Их взгляды встретились, и свершилось таинство – он обнял её, запустил руки в волосы, погладил шею, оба учащённо задышали и пылко поцеловались. Она и не думала отстраняться. Возникло взаимное влечение, неуёмное желание близости. Больше не сдерживая эмоций, обуреваемые вожделением, движимые инстинктом, они заключили друг друга в объятия. Он, прижав красавицу к стене, задрал подол её туники, обхватил бёдра руками, и тела их сплелись воедино. Оба, вкусив сладость блаженства, стонали в экстазе. И длилось это соединение долго, пока не наступило дикое исступление. Потом всё закончилось страстным поцелуем.

Позже, сидя на полу темницы напротив друг друга, они разговаривали:

– Я знаю, где находится клад Энлиля, – сказала она. – Придёт время, и черный петух тебе укажет место.

– Мы ещё встретимся, милая?

– Возможно. Могу точно предсказать – результатом нашего союза будет выдающийся потомок, одаренный высоким интеллектом и магической силой. Может быть, он станет править миром. Ты узнаешь его по татуировке змея на шее.

– У меня будет сын! – Фомин был обрадован и потрясён. – Всегда мечтал о сыне. Давай назовем его Андреем. Имя древнее, греческое, означает мужественный.

– Да, красивое имя. Андрей будет трудолюбивым и самодостаточным, независимым и свободолюбивым. Когда-нибудь он тебе поможет.

– Любимая, ты даровала мне счастье. Приключение, которое пережил я этой ночью… Оно незабываемо. Возможно, дело случая, а может, всё было предрешено.

– Без приключений жизнь пресная, – улыбнулась она и, наклонившись, чмокнула его в губы: прощальный поцелуй. – Скоро рассвет. Тебе пора убывать в будущее.

Он почувствовал погружение в дрёму – стремительный водоворот неумолимо затягивал в пучину беспамятства. Вот он провалился в небытие, чтобы вынырнуть в своей кровати в московской квартире.