Чтение онлайн

– Мы всегда отдавали смерти самое лучшее. Возвели её в культ, а жизнь оставили под пятой, как нечто само собой разумеющееся и оттого имеющее невысокую цену.

В этот момент к ним подъехал Остис. Артарианец, непривычно молчаливый в этот день, кивнул в сторону горизонта.

– Слава богам, почти прибыли. Забрасин.

3

Стены Забрасина, окружённого широким кольцом возделанных фермерских земель, они увидели издалека. Прежде, чем попасть внутрь города, им предстояло преодолеть исполинскую шумную очередь. Отряд влился в поток из повозок, лошадей, мулов и людей, который медленно втягивался в городские ворота. Стражников было совсем мало, и Остис сказал об этом вслух.

– Снова Кархарий, - уронил Рензам, поправляя рефрактор, который висел у пояса.

Когда очередь дошла до них, к ним вышел капитан охраны.

– Дивайн Рензам Рект?

– Что случилось, парень?

– Вас ждёт джустикарий Кабреге. Он велел проводить вас, как только вы здесь появитесь.

– Что ему нужно?

– Об этом он мне не сказал, - под раздражённым взглядом Рензама капитан опустил глаза.
– Прошу прощения, дивайн. Я обычный солдат.

– Ладно, веди нас.

– Джустикарий вызывал только вас, дивайн.

Расправив плечи, Рензам кивнул Сиверту.

– Встретимся в "Приюте".

Лысый мужчина кивнул. Уплатив один золотой пошлины, отряд двинулся по широкой главной улице Забрасина, которая прошивала город насквозь, оканчиваясь западными воротами. Здесь Рензам и капитан стражи верхом на конях отделились от них и медленно двинулись сквозь людской поток.

– Почему здесь такая высокая пошлина?
– спросил Гирем, разглядывая дома.

– Потому что власти не хотят, что в городе толкались всякие подозрительные личности, - объяснил Остис.
– Помимо того, что это торговый и промышленный центр Изры, здесь добывают сциллитум.

В полдень главная улица была переполнена людом. Одно и двухэтажные здания пестрели вывесками торговых лавок, ремесленных мастерских, таверн и игорных заведений. Заприметив знакомую, Остис кивнул Сиверту.

– Разберёшься с номерами, дружище? Мне нужно ненадолго отлучиться - хочу навестить одного знакомого. Увидимся в "Приюте".

И солдат отделился от отряда, подрезав повозку с репой.

– Слышишь, ты, чурбан, кого подрезать вздумал?!
– вскрикнул плотный бородатый мужик.

– Тебя, дружок, тебя!
– весело откликнулся Остис.

Гирем перестал наблюдать за спутником, потому что его внимание привлекли пушистые золотые пряди, свисавшие с плоских крыш строений до самой земли. Это были настоящие растения, усеянные крупными, с человеческую голову, золотыми бутонами. Они только начали раскрываться, и если бы движение на улице не было таким плотным, юноша непременно бы подъехал к одной из лиан и понюхал цветы.

– Это ювальтинии, - Джаркат смотрел по сторонам.
– Они распускаются только раз в году. В Забрасине праздничная неделя. Считается, что в это время Ориду и Кебея впервые соединили свои мужское и женское начала, став символом благополучной любви. И, разумеется, в это время пшеница и другие культурные растения особенно быстро наливаются силой. А ювальтинии цветут лишь одну неделю, после чего лепестки облетают и усеивают дороги золотым ковром. Удивительное зрелище.

– Это любимые цветы Элли, - неожиданно отозвался Сиверт.
– Мы иногда бывали здесь летом. В конце цветочной недели уборщики собирают лепестки в большие кучи у обочин. Она любила нырять в них. Говорила, они очищают душу.... Но мы вряд ли его застанем - через три дня едем дальше.

Гирем робко посмотрел на Сиверта. Старый друг и учитель, казалось, начал возвращаться к жизни. По крайней мере, он думал об этом со светлой надеждой. А вот ювальтинии пришлись ему не по вкусу - огромные золотые бутоны были слишком вычурными и тяжёлыми. Он предпочитал полевые цветы, чья красота крылась в простоте и нежности.

Наконец, они добрались до центральной площади. "Забрасинским приютом" оказалось двухэтажное строение, расположенное рядом с местным Триединым храмом и рынком. С первого взгляда было видно, что у его хозяина дела шли хорошо. Никаких облупленных стен, или дыр в крыше. Окна застеклены, а крыльцо - ухожено. То и дело бесшумно открывалась входная дверь.

В тридцати шагах от заведения Сиверт неожиданно натянул поводья и замер.

– Вот свезло, так свезло.

– Что?

Лысый мужчина кивнул в сторону боковой стены таверны, у которой стояла карета, запряжённая четырьмя лошадьми. Возле распахнутой двери, на которой красовался герб - золотой лев с нимбом над головой в синем поле, - стояла женщина. Высокая, в облегающем пурпурном платье, отделанном узорами из золотых нитей. Тонкая талия была подпоясана шёлковым кушаком, а на шее красовался белый платок; по нему, плечам и спине разбросаны золотые локоны. Из-под полы платья выглядывали острые носы туфель.

– Ублюдку повезло, что его нет рядом, - негромко произнёс Сиверт.

– Почему?
– Гирем пропустил мимо ушей оскорбление, направленное в сторону отца - в конце концов, по его мнению, Сиверт имел на это полное право.

– Сейчас это не важно. Знаете что - идите, прогуляйтесь по рынку. Дождитесь, пока эта женщина не уйдёт, а потом можете возвращаться. Я договорюсь о номерах.

Гирем и Джаркат переглянулись и пожали плечами. Сиверт спешился и повёл лошадей к стойлам, откуда к нему уже спешили конюшие. Когда она скрылся за стенами, историк и юноша пошли в сторону рынка.

– Ты знаешь, что это за таинственная женщина?

– Разумеется, - фыркнул мужчина.
– Это...

– Дивайн Гирем Рект? Вы - дивайн Гирем Рект?!
– внезапно донеслось сбоку.

Женщина у кареты резко обернулась, так что длинные волосы мелькнули лоскутом золотого пламени. Чтобы не потерять равновесие и не упасть, ей пришлось вцепиться в крепкую руку молодого человека, вылезшего из кареты вслед за ней. Гирем не сумел разглядеть выражения их лиц, а потому перевёл внимание на источник шума. Им оказался среднего возраста мужчина в обычной коричневой робе. Клирика в нём выдавал лишь серебряный ключ, который висел на шее. Гирем с проклятием запахнул плащ, скрывая рефрактор. Клирик остановился в нескольких шагах от него и поклонился.

– Да хранят вас боги, господа. Я - Сатос, личный помощник джустикария Кабреге. Его святейшество страстно хочет с вами увидеться.

– Видимо, произошла какая-то ошибка, - Гирем задрал брови.
– Джустикарий Кабреге уже пригласил к себе моего отца. Зачем ему ещё и я?

– Его святейшество хотело бы переговорить с вами отдельно.

– А чем вы докажете свои слова, Сатос?
– Джаркат плотнее запахнул свои чёрные накидки.
– Повесить на шею церковный символ способен каждый дурак, а вот прочесть наизусть все молитвы Ум"осу только настоящий клирик.