Чтение онлайн

Ощущала себя так, словно была на экзамене. Причем предмет знала из рук вон плохо. Мне иногда, надо сказать, до сих пор такой кошмар снился — когда экзамен, а я не готова, а препод — чудовище и злодей, и поблажек никому не дает, даже беременным...

Ну, вот примерно такое чудовище меряло шагами кабинет — от окна до двери и обратно. Хмурилось. Бросало на меня подозрительные и даже, я бы сказала, изобличающие взгляды.

— Ну, так что же это за камень такой, а?

ТЯ тяжело вздохнула, перебирая кучку красивых медового цвета камней. Ну, не помнила я! В конце концов, в своем нормальном мире я настоящие драгоценные камни видела только в бабушкиных сережках, а бижутерию свою делала из заказанных через "Алиэкспресс" китайских стекляшек. Просто читала немного о камнях и их свойствах. И свои браслетики и колечки дарила подружкам, якобы согласно тому, какой камень какому знаку Зодиака соответствует. Но я не изучала же досконально!

— Яшма, — убитым голосом выдала я.

— Яшма? — пораженно воскликнул он, словно я не название камня сказала, а преступление совершила! Типа такой: "Возмутительно! Какая тебе яшма?"

— Ну-у-у, тогда этот, как его там, — я щелкнула пальцами в воздухе, вспоминая название. Оно очень-очень распространенное, его даже дети знают, но вот, хоть убей, вспомнить не могу! — Ну, как же...

Простые камни, "легкие" для меня — изумруд, рубин, сердолик, аметист, малахит — я выдала с лету, дальше дело сильно застопорилось.

— Янтарь! Вот! — радостно вспомнила я.

Он закатил глаза к потолку.

Нет, не янтарь, конечно. Янтарь более теплый такой, медовый, а этот камень прозрачнее, ярче.

"Господин Дэймон" подошел ближе и наклонился ко мне. Прям близко-близко. Потыкал камнем мне под нос.

Но вместо того, чтобы рассматривать чудо природы, я зачем-то скользнула взглядом в глубокий вырез его белой рубашки. И, ну, будем честны, с собой, да, Дарья Васильевна? Не очень-то занимали тебя камни в присутствии этого человека!

"Просто он — красивый" — оправдывалась во мне непонятно откуда взявшаяся наивная девушка.

"Просто он такой... Опасно-харизматичный. И непонятно пока, чего в нем больше — опасного или харизматичного" — скептически отзывалась взрослая циничная женщина.

Просто мое и без того мало послушное мне тело, в его присутствии начинало вести себя совсем уж неприлично — наливалось какой-то истомой, бросалось то в жар, то в озноб, пускало мурашки по рукам и ногам. Короче, сходило с ума.

Ну, и меня заодно сводило.

Наши взгляды встречаются.

У него глаза такие синие-синие, прям вот даже фиалкового цвета...

Он, до этого заинтересованный и даже, кажется, увлеченный вытаскиванием из меня знаний, вдруг словно на границу какую-то натыкается.

Так. Стоп! И его взгляд медленно становится ледяным.

— Это... цитрин. Талисман плутов и повес. Камень, дарующий своему хозяину золото и внимание толпы. Спасает страдающих от головных болей, — отчеканил, словно прилежный ученик давно вызубренный урок.

— Да-а-а! Точно! — я хлопнула себя по голове. И пояснила тут же свои действия, увидев удивление в его взгляде. — Голова моя садовая! Цитрин. Знаю!

— Так вот скажи мне, понимаешь ли ты, что с такими знаниями, как у тебя, ты, скорее, навредишь человеку, чем поможешь? А что если ты вложишь силу, если она, конечно, вообще, в тебе есть, не в тот камень? А что, если он даст иной эффект? Ты знаешь, какова цена одной твоей ошибки?

— Какова? — испуганно замерла я.

— Жизнь.

— Что? О, Боже!

Серьезно? А побочные действия учитываются? А что если у кого-то из моих "пациентов" они уже проявились?

— Ну, тебе-то чего бояться? Ты ведь, согласно протоколу, пока никого не успела "осчастливить"? Без моего-то ведома? — язвительно произнес он.

Упс... Я как-то не подумала, о таких последствиях.

Сознаваться? Или промолчать?

Ну, логически рассуждая, не трудно предположить, что эта змеюка-Пэрис сдаст меня при первой возможности. И ОН всё равно обо всем узнает. И тогда не исключено, что наказание будет еще страшнее.

Надо было сознаваться.

Но я успела только открыть рот. А он, наверное, по моему виду понял все сам.

Резко сел на стол передо мной и, схватив двумя пальцами за подбородок, задрал мою голову так, что у меня шея вытянулась, как у гусыни, ну, или в лучшем случае, лебедя. И так внимательно всматривался в глаза, словно в мозгах моих копался.

— Говори, Эсми, — произнес мужчина с угрозой. — Говори всю правду. Немедленно.

И, конечно-конечно, весь мой разум буквально вопил о том, чтобы я прямо и без утаек просто все ему рассказала. Ну, ведь не станет же он в самом деле пороть беременную жену!

— Дважды. Я использовала камни, в качестве лекарства, дважды. Первый — чтобы царскому посланнику подлечить спину. Ну, цель была, конечно, не столько ему помочь. Он, надо сказать, не самый приятный человек на свете. Сколько, чтобы добиться отсрочки по платежу. А второй раз... Мальчик, сын кухарки, обварился кипятком. Тут вообще, знаешь ли, никаких сомнений быть не должно — ребенок же...

Если я хотела поразить его в самом худшем значении слова. То это мне удалось. Он побледнел (став, кажется, еще красивее). Рука, все еще державшая меня за подбородок, дрогнула. А на лбу появилась испарина.

— О, Боги и богиня Исида с ними! При дворе уже знают о твоих внезапно проснувшихся способностях?

Следующее утро началось для меня практически также, как оба предыдущих — со стука в двери и голоса Пэрис. Только теперь и стук, и голос были едва слышны, и Пэрис произносила не свое пресловутое "Госпожа! Госпожа!", а, чего и следовало ожидать: "Господин! Господин!"

"Господин", правда, на ее шепот и зов не реагировал.

Да, кстати, если я здесь (о том, как попала в комнату вечером, а точнее, ночью, я абсолютно не помнила!), то где же тогда Дэймон? По его поведению после возвращения у меня сложилось четкое представление о том, что он вовсе не желает делить со мной, ну, то есть, конечно, со своей женой Эсми, эту комнату. Но, раз служанка зовет его, значит, он здесь?

С опаской покосилась себе за плечо на другую сторону единственной в комнате кровати. Но там никого не было.

Приподнявшись на локтях, осмотрела комнату.