Чтение онлайн

Он спал на полу. Возле камина. На огромной шкуре бурого медведя, не пойми откуда взявшейся в помещении.

Лежал он на спине, раскинув в стороны руки. "Звездой", как говорила моя бабушка. Обнаженный по пояс.

Мне вспомнилось, как вчера мой муж великодушно "простил" мне "мои прегрешения" и "не стал меня пороть". Да! Потрясающая доброта с его стороны! Я, конечно, не удержалась и съязвила о том, что, вообще-то, старалась для его подданых, а значит, видимо, и для него самого. И вместо того, чтобы болтать, тем самым теряя время, я бы лучше постаралась помочь его воинам, многие из которых сильно страдали от ранений, и продолжали страдать (их стоны были хорошо слышны в замке), несмотря на старания магички.

На что мне было после некоторых раздумий всё-таки дано высочайшее соизволение сделать для солдат простейшие амулеты из не самых дорогих камней.

Потом он выдавал мне камни, писал послание с разрешением по всей видимости, в суть которого я не вникала, так как была занята работой. Потом я старательно сверлила отверстия в камнях, обрабатывала края, наскоро делала простейшую огранку и плела из проволоки некие крепления для камней. Я была увлечена работой и очень старалась не обращать внимания на своего, так называемого мужа.

Но все равно время от времени взгляд самовольно пробирался к нему. А он практически все время, а это точно несколько долгих часов, простоял у окна, с грустью глядя куда-то вдаль. Кажется, я так и заснула за столом, явно не доделав нужное количество амулетов. Во всяком случае, где-то на десятом или одиннадцатом глаза мои начали сами собой закрываться, как я ни старалась удержать их открытыми.

Получается, это Дэймон принес меня сюда?

Уложил на кровать, а сам улегся на пол?

Надо же как обижен, что даже рядом не лег... Хотя, если предположить, что я хотела сбежать с любовником, бросив на мужа еще не рожденного ребенка, то... Расклад как-то не в мою пользу...

Камин давно потух, и в комнате было довольно холодно. А с него покрывало сползло на пол...

И я едва удержала себя от того, чтобы подойти и укрыть его! Нет, постой, неразумная женщина! Нечего тут проявлять к нему жалость и другие неумные чувства! Мало ли почему этот, честно скажем, внешне очень интересный для меня, Дарьи Снеговой, мужчина, так сумел насолить своей молодой прекрасной, да еще и беременной жене! И пусть ко мне он пока никакого зла не проявил, добра я тоже не очень много увидела! Так-то перенести меня в комнату мог и не он... А верная Пиппа, например.

Но мне очень хотелось побежать в кабинет и поскорее доделать амулеты, чтобы потом самой отнести их раненым и посмотреть, будет ли эффект! И лучше, если делать их я буду одна, без Его Величество Главного Надзирателя! Да и мало ли, вдруг он передумает и решит запретить?

В коридоре раздался звук приближающихся шагов — вероятно, возвращалась настойчивая Пэрис.

Вскочив с кровати, я на цыпочках, достаточно проворно для своей неуклюжей фигуры, пробежала к двери. Осторожно отперла ее и выскользнула к ней.

— Скажи мне, Пэрис! — громким шепотом пошла в наступление, выслушав ее утреннее приветствие. — Ты как думаешь, кто здесь самый главный?

Она пораженно взглянула на меня, но ответила без всяких сомнений:

— Господин Дэймон!

Я положительно кивнула.

— А в случае, когда его нет или он... скажем, не может выполнять свои обязанности?

Она отрывисто взглянула на меня. Во взгляде ее я явно читала сомнение. То есть, она, вероятно, знает о разладе в семье Дэймона и Эсми, поэтому так быстро на второй вопрос и не отвечает?

— Вы, госпожа, — едва слышно, практически шепотом произнесла служанка.

Внутренне я возликовала — удалось ее загнать в мою словесную ловушку! Но внешне постаралась не выдать никак своей радости!

— Ну, раз я, то, уважаемая Пэрис, с этого момента и навсегда прежде, чем войти в эту комнату, — я ткнула пальцем себе за спину. — Ты спрашиваешь у меня разрешения! Поняла?

— Но если зовет господин?

— Сперва у меня разрешение, потом бежишь к господину. Иначе тебе не сдобровать, когда он уедет. Я ясно выразилась?

— Более чем...

— И рассказывай давай, что ты там господину сказать хотела? Я ему передам.

— А он наделил вас полномочиями?

В каком смысле? Как это делается? А хотя... Смелость города берёт!

— Да. Да, конечно.

— Новости две, — оглядываясь на закрытую дверь, практически шепотом проговорила она. — Государь прислал гонца с письмом для господина, в котором призывает вас во дворец. И к нам едут ваши родители...

Таааак! Вот только родителей мне сейчас для полного счастья и не хватало!

Казалось бы, чего проще? Приедет родная мать Эсми. Если предположить, что у них были хорошие отношения, такие, как у меня с моей мамочкой, то, может быть, даже стоит рассказать этой женщине всю правду и попросить о... помощи? О том, чтобы помогла понять, как сделать так, чтобы всё вернулось на круги своя...

Вдруг болью в сердце кольнула мысль о том, что где-то там... В другом мире? В другом времени? Где? Где-то там мои мама и папа пришли ко мне в квартиру и... А что если я, я настоящая, умерла? Ну, вот как бывает в некоторых книгах, которые мне приходилось читать. Умерла и попала в тело этой вот Эсми?

От этой страшной мысли, только сейчас пришедшей в мою голову, у меня сжалось сердце. Неужели? Хотя вот нет, Дашка! Нет! Не раскисать! Ты здесь, ты есть, ты мыслишь, а, следовательно, как говорится в одной крылатой фразе, существуешь! А значит, продолжай жить и радоваться тому, что это пока возможно! И, вообще, как говорится в другой крылатой фразе, проблемы решаем по мере их возникновения!

Я всегда умела придать себе правильный настрой. Поэтому, убедив себя таким вот нехитрым образом, быстро оделась и, тихонько прикрыв дверь, не забыв напоследок полюбоваться прекрасным телом "своего мужа", поспешила в кабинет.

Когда я появилась на пороге большой залы, все также, как и вчера вечером, заполненной раненными, меня охватили сомнения и страхи. Ну, как так? Вот ведь я, современная, взрослая женщина, а верю в то, что какие-то там камешки могут вылечить страшные раны! А ведь я своими глазами видела, что здесь есть воины, которые лишись руки, например. Ну, не отрастет же рука-то, в конце концов?

Но... Старик, которого я вчера запомнила по маленькой девчонке-внучке, безотрывно сидящей рядом, метался на своем тюфяке и бредил, по-секундно прося пить. Но... Могучий мужчина с окладистой бородой, так и не пришедший со вчерашнего дня в сознание, стонал так душераздирающе и страшно, что мне стало стыдно за то, что я уснула вчера и так и не принесла им то, что, пусть теоретически только, но может им помочь! Пусть не отрастить утраченные руки, но хоть как-то облегчить страдания...