Чтение онлайн

Хотя я и отвык от больших городов, и они казались мне грязными и вонючими, но быстро это дело вспомнил.

Город оказался достаточно большим, а ювелирных лавок оказалось целых две. И в одной нам предложили хорошую цену. По меркам этого захолустья:

– Здравствуйте!
– поздоровался я, входя в светлое помещенье, над дверью которого был нарисован рубин с бликом на одной из граней. Рисунок получился не хорошим и не плохим: нормальным.

– И тебе не хворать!
– поздоровался со мной седой, просто одетый мужичок, приподнимаясь из-за прилавка и откладывая книжку, которую читал, в сторону.

– Я хотел бы продать камушек. Если он, конечно, настоящий, а то я в этом не очень разбираюсь.

– Ну, показывай, - улыбнулся хозяин лавки.

Я выложил на прилавок осколок алмаза размером с горошину, бережно вытряхнув его из кожаного мешочка. Туда же я положил для пущей верности серебряный, Хозяин подвинул его к себе, взял увеличительное стекло, и глаза его алчно блеснули.

– Нет, это пустышка!
– заверил он меня, собираясь было сунуть его себе в тумбочку.

– Знаешь, я не такой уж и простофиля, как тебе показалось.
– в прилавок воткнулся кинжал.
– Сдается мне, что ты просто хочешь меня кинуть.

– Нет, нет что вы!
– засуетился седовласый.
– Я просто переживаю, что ко мне потом явится его хозяин, и мне придется его отдать, а я вам заплатил!

– Что ты лепишь горбатого к стене!
– рыкнул я.
– И за камнем никто не придет, будь уверен.

Рано я расслабился. Из двери за прилавком вышел громила, охранявший этого негодяя.

– Сандо, выкинь это за дверь!
– брезгливо ткнул в меня пальцем показавший свое истинное лицо ювелир.

Громила передернул плечами и двинулся ко мне. Я дал ему подойти на расстояние вытянутой ноги и с размаху влепил ему между ног, добив ударом рукояти ножа в висок.

– А теперь с тобой, - перегнувшись через прилавок, я схватил побледневшего кидалу, не ожидавшего такого поворота событий, руками за голову, и дернул на себя. Тот смачно чвакнулся носом о стол и сполз под прилавок.

Через десять минут он очухался и выбрался на свет божий, уселся на стул и запрокинул голову назад.

– Зачем же так сразу?
– заныл он, ощупывая нос.

– Затем, что ты "так сразу". Я к тебе мирно пришел, а ты хотел ободрать меня, как липку.

– Хорошо, я тебе заплачу...

– Сполна.
– перебил я его.
– И только попробуй меня снова начать дурачить, нос я тебе сломаю. И руку в придачу!

– Хорошо, хорошо!
– засуетился тот, отирая тряпкой лицо.
– Семьдесят золотых, больше дать не могу, и так в убыток себе!

– Хорошо, семьдесят хватит, а про убыток будешь кому-то другому бабушку лохматить!

Ювелир бережно отсчитал мне семьдесят золотых, сложил их в мешочек. Я поблагодарил его и пошел к выходу. По дороге пнул вышибалу, начавшего приходить в себя, и, остановившись у двери, сказал:

– И еще одно предостережение: не пытайся за мной следить и вернуть свои деньги. Будь здоров!

Я на прощание махнул рукой, а ювелир нервно сглотнул. Вернувшись в таверну, перекусив и зацепив с собой гнома, мы ушли на рынок.

По дороге мы зашли в оружейную лавку, где теперь нам пытались втюхать галимые мечи. За двадцать минут гном доказал хозяину, что он не на тех нарвался, и тот пошел в подсобку за нормальным железом:

– И откуда ты такой грамотный взялся?
– спросил он у гнома.

– Там, откуда взялся, много еще есть!
– с улыбкой сказал ему гном, разглядывая два меча и трогая их режущую кромку.
– Эти тоже "не фонтан", но получше тех, что раньше были!

– Как "не фонтан"?! Как "не фонтан"?! Да это мои лучшие мечи!

– Ладно, ладно! А боевой секиры твоего производства не найдется?

Хозяин, обиженно бормоча что-то под нос, удалился, и вскоре вернулся с увесистой двуручной топорягой с шипом на навершии. Гном и ее придирчиво осмотрел, пару раз маханул, крутнул в руке, подбросил до потолка, поймал и одобрил творение кузнеца.

– Хорошо сделано! Сколько с нас?

– Сорок пять золотых!

– Тридцать, больше не дам!
– отрезал я.

– Бесплатно!
– заявил гном. Мы с хозяином оружейной вытаращили на него глаза.

– Я тебе расскажу секрет, как сделать металл тверже. Как ты догадался, я тоже кузнец, и у меня есть свои секреты.

Немного подумав, хозяин согласился, и гном рассказал тому что-то о температуре закаливания, сырье для огня, температуре горна, растворе, в котором нужно охлаждать оружие после ковки. Хозяин лавки быстро строчил на листочке все рекомендации моего гнома.

– Ты что, сдал ему все ваши секреты?
– спросил я у гнома, когда мы покинули оружейную лавку.

– Гонишь! какие секреты?! Это металл для столовых ножей, кос, тяпок, лопат, но не для оружия!
– и, глядя на мою приподнятую бровь, добавил:- но металл этот все же тверже вашего.

– Не кислые у вас тяпки и лопаты!

Гном только хмыкнул.

На рынке меня попытались ограбить в третий раз. После увесистого подзатыльника, от которого мелкий воришка отлетел на три шага и брякнулся в лужу, протаранив при этом какого-то мужика, поползновения на мое добро закончились.

Мы приобрели себе новую одежду для путешествий, гном купил вебе отличную кожаную перевязь, десяток ножей для гоблина, себе - хороший кинжал и отличные сапоги. У старушки купили грим и пудру для нашего зеленого и всяческие лекарственные травы.

Лошадей решили не менять, просто поменяли на новую потёртую сбрую. О маленьких радостях для Иоланы тоже не забыли: купили ей костюмчик, платьице, ботинки, ну в общем, скупились по полной. Весь этот ворох подарков увенчали мешочком со сладостями. Себя, естественно, и гоблина не забыли,- купили теплые куртки, всякие мелочи, необходимые для дороги, и вернулись в таверну.

Девочка была несказанно рада обновкам, и за все это расцеловали нас всех по очереди. Счастье в глазах гнома было непередаваемым.

Отсыпались мы три дня, отъедали утраченный жирок, а на утро четвертого дня, отправились в путь.

Погода стояла безветренная, солнечная. Осень отдавала последнее солнечное тепло, как отдают долги добрые старые люди.

Девочка, сидящая перед Сурнгином, весело смеялась и щебетала. Гном довольным взглядом разглядывал окружающий мир. Дорога домой продолжалась!