Чтение онлайн

С Лехой произошло нечто странное. Сиур никак не мог свести концы с концами. Если честно, ему казалось, что это вообще не связано ни с «Зодиаком», ни с коммерцией, ни с этими жалкими качками, которые действительно не знали, что к чему. Но с чем же тогда связано исчезновение его сотрудника?..

В домик с верандой Сиур вернулся уже засветло. Помылся холодной водой и сразу улегся спать. Сквозь дремоту подумал: а если все дело в тех странных событиях, которые развернулись в Москве? Что, если это связано с убийствами антиквара, вдовы и Сташкова? Но каким образом? И при чем тут Леха? Его к этому ни с какой стороны не пристегнешь.

А вдруг дело не в Леше? Тогда в ком? Может быть, дело в нем, в Сиуре? Кому-то понадобилось выманить его из Москвы? Зачем? Непонятно. Как бы там ни было, а выяснить, что случилось с Лехой, необходимо. Надо его найти, живого или…

Засыпая, он успел сообразить: какая-то важная вещь осталась вне его внимания. Но усталость взяла свое. Последняя его мысль была о Тине. Там Влад, он не подведет…

Валерия достала из холодильника бутылку розового вина, поставила на столик две рюмки – себе и Евгению, налила и выпила. Вторая рюмка так и осталась полной. Валерии было неимоверно одиноко. Она чувствовала себя маленькой и затерянной в необъятном холодном и пустом пространстве. Вокруг – только тишина и одиночество. Она заплакала. Ей захотелось поговорить с кем-нибудь, кто мог бы понять…

– Ты знаешь, я совсем одна теперь… – Валерия говорила тихо, глядя на то место, где должен был бы сидеть Евгений. – Я никогда не говорила тебе о любви, потому что… считала это чувство чем-то особенным. Его могут испытывать только избранные. Были ли мы с тобой такими?

Она глубоко вздохнула и подняла лицо вверх, пытаясь остановить слезы, бежавшие по ее щекам и скапливающиеся на подбородке.

– Но теперь… мне не хватает тебя. Я прощаю тебе все, что было не так. И то, что ты спрятал у меня в квартире эту серьгу. Ты чего-то боялся? – Валерия сделала паузу, как будто в ожидании ответа. – Я знаю, ты боялся! Очень боялся. А теперь и я боюсь. Я нашла серьгу в пасхальном яйце, – она снова вздохнула. – Ты нашел отличное место. Я бы еще тысячу лет туда не полезла, если бы не твоя смерть…

Слово «смерть» прозвучало в тишине комнаты странно и непривычно. Валерия повторила его, словно пробуя слово на вкус.

– Что такое смерть, Евгений? Ты теперь знаешь… Скажи мне, пожалуйста. Ты ведь уже прошел этот путь. Как там? Есть ли свет? Есть ли чувства? Легко ли на сердце? Впрочем, о каком сердце я говорю? У тебя больше нет сердца, Евгений…

Слезы не переставая катились по ее лицу. Валерия закашлялась. На нее навалилась такая тоска, что даже слезы не приносили облегчения. Она принесла из кухни высокий стакан для коктейля, налила его полный вина и выпила. Голова закружилась, ей стало дурно.

– Пожалуй, мне пора прилечь. Ты не против, Евгений? Ты не можешь быть против, ведь ты любишь меня. Ты меня все еще любишь?..

Валерия проснулась. Очень хотелось пить. Она закашлялась, медленно села на постели. Все тело болело, как избитое. После посещения экстрасенса ей стало чуточку легче. Она не могла вспомнить то видение, которое навеял хрустальный шар, но что-то словно приоткрылось… Какая-то потаенная дверца отворилась по мановению волшебной палочки, и она смогла заглянуть туда, где скрыта ее суть…

Валерия встала и отправилась на кухню за ментоловым сиропом. О Боже, снова сироп! Она посмотрела на себя в зеркало, висевшее над столом: темные круги под глазами, лицо кажется неестественно белым в обрамлении черных волос… словно маска Арлекина.

Позвонить по телефону, что дал ей Игнат? Она порылась в сумочке. Телефон нашелся. Что сказать этому Владу? Думать было лень. Она набрала номер.

– Слушаю.

– Здравствуйте! Меня зовут Валерия. Вы знаете Игната? Это он посоветовал мне позвонить вам…

– Чем могу быть полезен?

Однако он неразговорчив. Валерия вздохнула и принялась объяснять, в чем дело.

– Понимаете, это не телефонный разговор. У меня возникла проблема…

– Какого рода?

– Видите ли… убили моего друга. И теперь я боюсь! Я все расскажу вам, если вы согласитесь мне помочь. Игнат сказал, что вы можете.

– А в чем будет состоять моя задача? Вам нужна охрана?

– Не знаю. – Валерия чувствовала себя глупо. Она действительно не знала, чего хочет. – Просто я очень боюсь! У меня депрессия. Не могу спать. Мне нужно кому-нибудь рассказать все, что я думаю, и быть уверенной, что меня не примут за умалишенную.

– Возможно, вам нужен психотерапевт?

– Раз я звоню вам, значит, все остальное я уже пробовала. Я не могу рассказать всего ни врачу, ни кому-либо другому. Вы мне поможете или нет?

Влад уловил нотки отчаяния в ее голосе. И решил, что нужно хотя бы ее выслушать. Скорее всего, обычная женская истерика. Он сможет объяснить ей происходящее, уверить в том, что бояться нечего, и женщина успокоится.

– Хорошо. – Он подумал немного. – Я попробую. Вы можете подъехать ко мне после шести часов. Я скажу куда.

– Нет! – Валерия сама не ожидала от себя такой реакции. Но мысль о том, что ей придется выйти из дома, ехать неизвестно куда, была невыносима. А вдруг ее опять будут преследовать?

– Нет? – Влад удивился.

– То есть… Видите ли, я… боюсь выходить из квартиры… – она закашлялась. – Я очень боюсь! Это правда. Пожалуйста, поверьте мне. Кажется, за мной следят. Вы… не могли бы приехать ко мне?

– Ну… – Влад раздумывал. Это было не в его правилах, но даме можно пойти на уступки. Быть может, все серьезнее, чем ему кажется. – Ладно. Придется мне к вам подъехать. Говорите куда.

Валерия назвала ему адрес и положила трубку. Разговор утомил ее. Она спохватилась, что не спросила его о цене за услуги. Подобные вещи стоят недешево. Теперь уж ничего не поделаешь, звонить повторно она не решилась. Главное, не сойти с ума до шести часов.

Она выпила немного ментолового сиропа, не запивая водой, и побрела в комнату. Там она без сил улеглась на кровать и просто лежала, глядя в потолок. Слышно было, как на стене тикают часы. До приезда Влада – бездна времени…

Мысли будто разбежались куда-то. Необычная пустота, внутреннее молчание воцарились в ее душе. В этой полной неподвижности сознания наступило безвременье…

Валерия вздрогнула, услышав резкий звонок. Испуганно вскочила. Кто это может быть? Она никого не ожидала сегодня. Валерия на цыпочках подошла к двери, нервно дрожа. Ладони вспотели, и неприятный холодок заструился по позвоночнику. В глазок она увидела молодого мужчину довольно крепкого телосложения.

– Кто там?

– Это Влад! – мужчина за дверью улыбнулся, и на его щеках образовались две симпатичные ямочки. – Вы мне звонили утром. Помните?

Валерия растерялась. Неужели уже вечер? Они договаривались на шесть. Господи, она даже не успела привести себя в порядок!

– Одну минуточку…

Она торопливо расчесала волосы, заколола. Глянула на себя. Длинный махровый халат, к счастью, не мнется.

– Входите, пожалуйста. Извините за мой вид.

Владу открыла испуганная бледная женщина.

– Присаживайтесь…

Влад заметил недопитую бутылку вина, легкий беспорядок в комнате. Компьютер, много толстых словарей. Значит, женщина занимается интеллектуальным трудом. Такие дамочки как раз страшно любят фантазировать и придумывать невесть что.

«Надо набраться терпения», – подумал он и продолжил осмотр. На полке стояло несколько индийских статуэток.

– Хотите кофе? – спросила хозяйка из кухни.

– Пожалуй, не откажусь.

Влад, подчиняясь стихийно возникшему желанию, подошел к полке. Он был дилетантом в области ритуального искусства, но с некоторых пор разные фигурки и божки стали привлекать его. Взгляд гостя рассеянно скользил по причудливым линиям старой бронзы, дерева и мельхиора, пока не натолкнулся на дремотный прищур знакомых глаз. Маленький Будда словно подмигивал ему, сонно созерцая свой лотос. Он сидел все так же, изящно сложив свои маленькие ножки в браслетах с крошечными пальчиками, на которых можно было различить каждый ноготок. На его островерхой зернистой шапочке играл закатный луч, как будто на самом ее верху сияла красная звездочка…

– Черт!..

Влад оторопел. Мерещится ему, что ли? Не веря своим глазам, он протянул руку и взял фигурку. На основании, среди виртуозно исполненного древним мастером растительного орнамента, блестел эмалью Глаз Дракона.

– Прошу, – Валерия вкатила сервировочный столик, на котором стоял кофейник и маленькие чашечки, открытая коробка шоколадных конфет, орешки в вазочке.

Влад не сразу повернулся, зачарованный явлением Будды в этой современной московской квартире, хозяйка которой уж точно не занималась ни мистикой, ни коллекционированием антиквариата, ни оккультными науками.

«Тайные знаки судьбы…» – промелькнули у него в памяти слова Сиура.

Жизнь не переставала удивлять его. Из скучной и бессмысленной рутины она неуловимо превращалась в полное неожиданностей и сюрпризов приключение со всеми атрибутами жанра: таинственным и беспощадным противником, загадочными убийствами, роковыми женщинами, невероятными совпадениями, древними символами.

– Откуда у вас эта фигурка? – Влад не любил обходных путей и старался, когда возможно, действо – вать напрямик.

– Будда? – Валерия удивленно подняла глаза. Она разливала дымящийся кофе. – Это наследство. От мамы. Она отдала мне божка, взяв страшную клятву, что я ни при каких обстоятельствах не продам его и буду хранить как зеницу ока. Евгений тоже любовался им… Кстати, он мне сказал, что статуэтка очень древняя и довольно-таки дорогая.

– Евгений?.. Кто это?

– Это мой… друг. Он ювелир.

Влад насторожился. Да нет, не может такого быть! Но совпадение – Евгений и ювелир?! Неужели…

– Евгений Ковалевский? А где проживает, не на Кутузовском, случайно?

– Да. Проживал… Откуда вы знаете?

Влад пропустил ее вопрос мимо ушей, такой поток мыслей вызвало упоминание о Евгении.

– Почему проживал? Он что, уехал куда-то?

– Нет. Он… Я как раз собиралась вам рассказать. Его… убили. Совсем недавно. Из-за этого, собственно, у меня и возникли проблемы. То есть… нелепо, наверное. Человека убили… а я тут с какими-то проблемами. Но что же мне делать? – она заплакала.

Влад никак не мог сосредоточиться. Мысли метались, как зайцы по полю, вспугнутые гончими. Он пожалел, что Сиура нет в Москве. Теперь ему придется нести все бремя ответственности за то, что грядет. Несомненно, женщина никакая не истеричка, как он подумал вначале. Ей действительно грозит нешуточная опасность. Влад вспомнил убийство старика-антиквара, его племянника и подмосковной вдовы. Евгений – следующая жертва? Но почему? У него ведь не было божка! Сиур и Тина только ходили к нему проконсультироваться и показывали Будду. Только показывали.

Валерия рассказала, как погиб Евгений. Кровавое убийство никак не напоминало изящный почерк первых двух. Сташкова, правда, тоже застрелили, но не так топорно. Влад задумался. Он не сомневался, что ювелир погиб из-за Будды. Но почему он? Ведь фигурка находится у Валерии…

– Вы не давали Евгению Будду? На хранение или просто так, полюбоваться.

– Нет… Нет. Он даже не просил. А я не предлагала. Зачем? – она задумалась. – Почему вы об этом спрашиваете?

Влад повертел статуэтку в руках. Захотелось посмотреть, есть ли под знаком Глаза тайник с изображением Колесницы Осириса. Он незаметно надавил на верхушку шапочки, и Глаз с тихим щелчком отъехал в сторону.

На эмали цвета слоновой кости был изображен человек в золотистом одеянии мага, в руке у которого что-то наподобие волшебной палочки, поднятой вверх. Взмах Творца… Влад посмотрел на Валерию: она не удивилась. Значит, уже видела тайник.

– Евгений показывал мне это… и даже рассказывал, что значит символ. Он говорил, что есть какая-то Книга Тота [9] , которая раскрывает все тайны. И что символ – оттуда. Это изображение самого Осириса. Вы знаете, кто такой Осирис?

– Ну… египетский бог.

– Да. Я сама не знала. Уже после… – она хотела сказать «после смерти Евгения», но не смогла, – я прочитала об этом все, что удалось найти. Этот символ как раз олицетворяет откровение сущности Осириса, как непостижимое Вечное и Бесконечное начало. Посмотрите на положение его рук: он управляет Небесами и воплощает в реальность вещи на Земле. Его руки простираются повсюду, он видит все, что хочет, и слышит на любом расстоянии. Всемогущий и Вездесущий, он является господином над живым и мертвым. Это изначальный океан. А человек – капля этого океана, обладающая всеми без исключения его свойствами. Этот символ говорит нам, что люди являются бессмертными Богами, а Боги были бессмертными людьми.

Влад молчал, пораженный. Он не ожидал услышать такую космическую философию из уст этой красивой женщины.

– Я бы не смог так рассказать…

– У меня хорошая память. – Валерия улыбнулась. – Я по натуре гуманитарий. И мне нравится все красивое и необычное. А профессию пришлось выбирать наполовину практическую, наполовину интересную: иностранные языки. Я переводчик.

– Не трудно догадаться, – Влад кивнул в сторону словарей и компьютера. – Значит, Евгений рассказывал вам о символе Осириса?

– Конечно. Он был просто ходячей энциклопедией. Я любила его слушать.

– Как вы думаете, почему его убили? – Влад внимательно смотрел на женщину. По ее лицу пробежала тень печали и испуга. – Не из-за Будды?

Она несказанно удивилась.

– Из-за Будды? Ради Бога, почему вы так подумали? При чем тут Будда? Нет… Я думаю… Мне кажется, он погиб из-за другого. Но это только мои догадки, больше ничего…

– Чего вы боитесь?

– Чего я боюсь?.. – у нее была странная привычка отвечать вопросом на вопрос. – Боюсь, что меня убьют. Те же люди, которые убили Женю.

Она оговорилась, назвав ювелира уменьшительным именем, и эта интимная обмолвка подсказала Владу, что они были любовниками.

– Но почему? Вы что-нибудь знаете?

Валерия подошла к серванту и достала оттуда большое, покрытое лаком пасхальное яйцо с каким-то мрачным саврасовским пейзажем в овале.

– Вот, смотрите… – она открыла яйцо и достала оттуда длинную, ало сверкнувшую подвеску – огромный рубин в золоте.

Влад затаил дыхание. В свете вечернего солнца рубин переливался густыми вязкими цветами – от красного до черно-бордового, с пурпурными отсветами. Камень околдовал их обоих. Не в силах двинуться с места, они созерцали эту фантасмагорическую симфонию красного…

– Что это? – Влад тряхнул головой, пытаясь отогнать неведомые чары.

– Вот из-за чего убили Евгения…

Валерия произнесла это едва слышно, но ему показалось, что грянул гром.

Человек в черном смотрел в окно электрички, уносившей его из загородного зеленого рая в пыльную жаркую Москву. Кажется, снова собирается дождь. Тяжелые сизые тучи плыли по небу. Ветер сгибал верхушки берез и осин, трепал кустарник, которым заросли обочины. В приоткрытое окно врывался свежий запах листьев и речной сырости…

Бабушка Никиты собрала ему целую сумку пирожков, замороженных пельменей, нарвала пучок мелиссы и мяты – заваривать чай.

«Ты ж там, сынок, один как перст. Ни у кого, кроме нас, за тебя душа не болит», – со старушечьей проницательностью говорила она, провожая его до калитки.

Он почувствовал приятное расслабление, умиротворение, как и всегда, когда вспоминал о Никите и его родных. В большой спортивной сумке, кроме продуктов, ехал в столицу живой товар, шевелился и тихонько квохтал. Бешеная черная курица, словно почуяв опасность, исходящую от ее нового хозяина, присмирела.

Ярославский вокзал встретил шумом и суетой. Поток людей спускался в гулкие недра метро. Человек в черном задремал, чуть не проехал Свиблово. Торопливо вскочил на лестницу эскалатора, вынесшую его наверх, где из сгустившихся туч уже тяжело падали первые капли дождя…

Он с облегчением вздохнул, войдя в просторный вестибюль поликлиники. Сегодня посетителей было немного. Человек в черном поднялся на третий этаж и… выпустил из сумки черную курицу. Никто не видел, как он это сделал. Многолетняя практика научила его, что в любом месте, людном или пустынном, в помещении или на улице, можно сделать все, что угодно. И никто не заметит. Люди удивительно равнодушны и катастрофически ненаблюдательны. Они настолько погружены в свой собственный внутренний мир, под завязку наполненный проблемами, что не могут оторваться от него ни на мгновение.