Чтение онлайн

В XVIII веке европейские учёные ближе познакомились с памятниками древнеиндийской письменности, самые архаичные из которых создавались 3–4 тысячи лет тому назад. Почтенный возраст этих памятников явился причиной того, что родоначальником всех языков стали считать не древнегреческий, латинский или древнееврейский (как до этого считали некоторые учёные), а язык древнеиндийский (санскрит). В нем находили много общего с древнейшими языками Европы, и именно обращение к этим общим чертам привело позднее к созданию научного языкознания, научной этимологии.

Однако объявление санскрита «праязыком» было заблуждением. Такой подход к решению проблемы мало чем отличался от рассмотренных выше попыток вывести европейские языки из того или иного конкретного языка. Принцип оставался прежним: один из языков объявлялся «прародителем», а все остальные — его «потомками».

С другой стороны, сходство древнеиндийского языка со многими европейскими языками было просто разительным. Возьмём для примера такой территориально удалённый от санскрита язык, как язык литовский. Вот небольшой список слов, совпадающих (частично или полностью) в двух этих языках — как по своему звучанию, так и по значению [13]

Этот список можно было бы продолжать и далее. Мало того, можно подобрать целые предложения (пусть несложные), которые будут звучать почти одинаково по-древнеиндийски и по-литовски. Например:

а) Kas tava sunus? [кас т'aва су: н'yс] ‘кто твой сын?’ (древнеиндийский);

б) Kas tavo sunus? [кас т'aво су: н'yс] ‘кто твой сын?’ (литовский).

Не менее яркие совпадения у этих языков можно обнаружить и в грамматике. Естественно, возникает вопрос: кто же чей сын? Является ли язык, из которого возник язык литовский, потомком или предком древнеиндийского? Пришли ли в глубокой древности носители одного из этих языков с берегов Немана в долину Ганга или наоборот?

Удивительные совпадения, подобные только что рассмотренным, наблюдались при сравнении древнеиндийского языка не только (а на первых порах — и не столько) с литовским, но и с другими европейскими языками: германскими, славянскими, древнегреческим, латинским. Это-то и служило основанием для того, чтобы признать древнеиндийский язык «прародителем» почти всех европейских языков.

Однако в конце XVIII века видный английский санскритолог (специалист по древнеиндийскому языку) У. Джоунз высказал мысль о том, что и древнеиндийский язык, и древнегреческий, и латинский представляют собой более поздние формы какого-то исчезнувшего доисторического языка. Иначе говоря, древнеиндийский оказался не «прародителем», а кровным «братом» европейских языков.

Выявленная группа родственных языков Европы и Индии впоследствии стала называться индоевропейской. Основная идея У. Джоунза оказалась весьма плодотворной. В начале XIX века усилиями немецких учёных Ф. Боппа и Я. Гримма, а также датчанина Р. Раска и некоторых других лингвистов — на базе сопоставления материала ряда родственных индоевропейских языков — были заложены основы сравнительно-исторического метода в языкознании. Этот метод продолжал разрабатываться на протяжении всего XIX и XX веков и дал мощный толчок к дальнейшему развитию различных областей языкознания.

Этимология как наука также сформировалась в XIX веке вместе с возникновением сравнительно-исторического метода. Но о родстве языков, о сравнительно-историческом методе и о широких перспективах, которые вместе с его появлением открылись перед этимологическими исследованиями, речь будет идти уже в следующей главе.

Уже давно было замечено, что степень различия между языками земного шара далеко не одинакова. Украинец без особого труда может понять русского, но он совсем не поймёт испанца или японца. Румын, хотя и с трудом, может объясниться с итальянцем, но, не изучив английского языка, он не поймёт англичанина.

В чем же здесь дело? Оказывается, языки, которыми пользуются люди, объединяются в группы, связанные между собой большей или меньшей степенью родства. Это родство объясняется общностью происхождения языков, входящих в одну и ту же группу.

Очень близки между собой языки русский, украинский и белорусский, образовавшиеся на основе древнерусского языка. Эти языки называются восточнославянскими. Изменения, происшедшие в них на протяжении нескольких столетий, привели к ряду серьёзных расхождений. Но эти расхождения не столь велики, чтобы лишить носителей русского, украинского и белорусского языков возможности понимать друг друга при взаимном общении.

Значительно более серьёзные расхождения мы обнаружим, если сопоставим восточнославянские языки с западнославянскими (чешский, польский) и южнославянскими (болгарский, сербский). Но восточно-, западно- и южнославянские языки всё же имеют между собой много общего, так как все они входят в единую родственную группу славянских языков. Общность происхождения этих языков проявляется уже в многочисленных лексических (словарных) совпадениях, представление о которых даёт приведённая ниже таблица.

Разница между приведёнными словами в основном сводится к расхождениям в месте ударения и к сравнительно незначительным особенностям в произношении отдельных звуков. Количество подобных соответствий между славянскими языками можно было бы увеличить во много раз.

О близком родстве славянских языков говорят не только многочисленные лексические соответствия, но и общие черты грамматического строя этих языков. В склонении существительных и прилагательных, в спряжении глаголов славянские языки имеют немало точек соприкосновения, свидетельствующих об общности их происхождения.