Чтение онлайн

_Так_прошло_еще_сколько-то…_Дней,_недель,_месяцев?_Не_знаю._Время_словно_остановилось._На_людей_смотреть_было_жалко._Лохматые,_грязные…_Поскуливают_во_мраке_и_лишь_на_кормежку_выползают._Один_раз_в_сутки,_кстати._Потому_как_снова_норму_урезали._

_Не_все,_конечно,_одичали._Кто-то_держится_еще._Надеется._Только_народу_с_каждым_днем_все_меньше_остается._Так_что_и_надеяться_вскоре_уже_некому_будет._Когда_я_последний_раз_в_бункер_спускался,_краем_уха_про_плывун_услышал._Вроде_как_и_до_тех_мразей_водичка_добралась._В_суете_тогда_никто_и_не_заметил,_как_я_ключик_из_стола_чинуши_выудил._От_замка_ключик,_что_герму_входную_блокировал._Как_чувствовал_-_неладное_затевается._Надзиратели_наши_срочный_переезд_затеяли._Куда-то_на_поверхность._А_нас_бросили…»_

Дальше запись обрывалась. Перевернув несколько пустых страниц, Глеб увидел продолжение. Теперь это был корявый сбивчивый почерк. Буквы наслаивались друг на друга, читалось все это с трудом:

_«Пишу_вслепую_-_лампочка_погасла._Сутки_прошли_без_паек._Вторые_идут._Дверь_в_комплекс_так_и_не_открылась._Понял_я,_что_оставили_нас_гнить_заживо._Да_с_голодухи_загибаться._Собрал_всех,_кто_на_ногах_еще_стоять_мог,_да_пошли_мы_к_выходу._Гермодверь_распечатали,_к_воротам_поднялись._Инструмент_нашли,_что_оставался_еще_с_первой_попытки_наверх_выбраться._Решили,_будем_пробиваться,_пока_силы_есть._Работаем_по_очереди._Только_чувствую,_недолго_мне_ос-талось._Очень_кушать_хочется._Жажда_пока_не_мучает_-грунтовую_воду_пьем_из_подтопленного_зала…_

_На_третьи_сутки_голода_случилось_то,_что_неминуемо_случается,_когда_разум_уступает_инстинктам._Проснулся_я_от_громких_воплей._Страшно_стало._Жуть_как_страшно._Люди_кругом_совсем_обезумели._На_смертоубийство_пошли,_чтобы_голод_утолить._Помню,_поднялся_я_кое-как,_пошел_на_крики._Говорю:_«Опомнитесь!_Вы_же_люди,_не_звери_какие!»_А_мне_в_ответ:_«Заткнись,_если_жрать_хочешь._А_то_и_тебя_сожрем…»_

_А_голод_-_страшная_штука._Прошло_немного_времени,_и_рассудил_я_так:_раз_сам_не_убивал,_то_и_не_такой_уж_это_грех._Ел_с_остальными…_Ел_и_думал,_что_теперь-то_уж_точно_ничем_мы_не_отличаемся_от_людоедов_из_бункера._Такие_же_мы._И_если_поменять_нас_местами,_ничего_бы_не_изменилось._Так_же_бы_хитрили,_так_же_выживали._А_посему_для_всех_нас_одна_судьба_уготована…_Кто_следующим_будет,_не_знаю._Не_хочу_я_ждать,_бояться._Не_могу_больше._Вены_себе_вскрою,_и_вся_недолга…_

_На_одно_надежда_-_что_не_везде_вот_так_закончилось,_не_по-людски._Оттого_и_пишу,_что_надеюсь_на_тех,_кто_спустится_сюда_потом,_прочтет…_Поймет_и_простит…_Видит_Бог,_не_хотел_я_этого…_Свою_жизнь_за_чужой_счет_продлевать…_И_лгать_не_хотел…_И_руки_на_себя_накладывать…_

_Грешен._Каюсь._Да_простит_всех_нас_Господь»._

Мальчик захлопнул дневник, поднял голову.

На душе было мутно. Будто протухшие консервы вскрыл. Жалко, конечно, человека этого… Да и как осуждать его за желание выжить?

По крайней мере, с каннибалами теперь все стало ясно - выродки из бункера и их дети.

Снизу послышался шум - скрипнула входная дверь. Чуть позже донеслись неторопливые шаги. Металлическая лестница еле слышно гудела. Кто-то медленно поднимался наверх. Похоже, загадочный хозяин маяка все-таки объявился…

ГЛАВА 18

«ИСПОВЕДЬ»

Эхо шагов усиливалось с каждым мгновением, неприятный гул от вибрации ступенек делал ожидание невыносимым. Глеб поднял «Пернач», наставив на лестничный проем. Сейчас все решится. Мальчик был намерен отстреливаться до конца. В кармане припасена последняя обойма, а самый последний патрон в ней - для себя. Но это все потом, а пока… Пока необходимо взять себя в руки и унять противную дрожь в коленях. Как-никак, Таран не зря в свое время остановил выбор именно на Глебе. Значит, все получится. Главное, не паниковать.

Тем временем снизу забрезжил неяркий колеблющийся свет. В проеме появилась одинокая фигура в плаще, с накинутым на голову капюшоном. В руке - старый керосиновый фонарь. Сквозь сетку защитного колпака виден язычок неровного пламени. Свет, исходящий от фонаря, оставлял лицо незнакомца в тени. Мальчик силился разглядеть ускользающие черты поверх прицела, но это ему не удавалось. Пистолет казался тяжелее обычного, пальцы на курке свело от напряжения.

Глеб вздрогнул, когда человек без лица вскинул руку в предупреждающем жесте и заговорил:

–  Погоди… Не стреляй! Это же я…

Голос пришельца показался до боли знакомым. Мальчик даже и не сообразил сразу, что уже видел этот плащ множество раз. Ишкарий скинул капюшон, улыбнулся:

–  Ты жив! Черт побери, жив!

Глеб бросил пистолет, радостно кинувшись к сектанту Они обнялись как закадычные друзья. Мальчик смеялся и плакал одновременно. Так приятно было сознавать, что рядом есть кто-то, с кем можно разделить тяготы и невзгоды этой, казалось бы, безвыходной ситуации…

–  Я даже и не понял, как ты с баркаса исчез!

–  Выпрыгнул! А ты-то как выжил?
– Глеб утер слезы радости и все разглядывал Ишкария, словно боялся, что тот исчезнет ненароком, как чудный сон.

–  Убег я! Когда эти психи напали, я в воду сиганул! Бежать нам надо, слышишь, бежать!

Сектант поднял с пола пистолет и протянул Глебу. Мальчик потянулся было за оружием, но в следующее мгновение Ишкарий наотмашь ударил его рукоятью. Ослепленный болью, Глеб рухнул на пол. Из рассеченной скулы заструилась горячая кровь. Взгляд затуманился, фигура сектанта расплывалась, а пол зашатался. Мальчик попытался приподняться, но снова упал. Холод бетонного пола на мгновение остудил его и привел в чувство. До слуха донеслись смутно различимые слова:

–  Не двигайся, щенок. Или схлопочешь свинца. С удовольствием поставлю жирную точку в героической истории с экспедицией. Как-никак, ты единственный, кто еще не подох из всей этой шайки неудачников.

Сектант прошелся вдоль комнаты, поставил фонарь на полку шкафа. Придирчиво осмотрев нагромождение агрегатов, щелкнул неприметным тумблером, склонился над лохмотьями проводов. Подсоединив кабель, включил установку. Глеб перевернулся на спину, наблюдая за действиями Ишкария, подтянулся на руках, оперся спиной о стену. Боль немного притупилась, а комната перестала раскачиваться.

–  Ты, малыш, ясно, не очень понимаешь, о чем речь… Дай, объясню.
– Сектант ухмыльнулся.
– Понравилась тебе эта моя идея с маяком? Да, моя. Не ожидал? Тебе еще не раз придется удивляться сегодня. Если будешь сидеть смирно и без фокусов - протянешь еще какое-то время. Так что наслаждайся последними мгновениями. Говорят, перед смертью не надышишься… Чушь это. Все те, кого я прирезал, только и молили об отсрочке. Хоть на несколько минут.

Жизнь в этом поганом мире - штука безрадостная, брат, но отчего-то люди безумно за нее цепляются.

Сектант подошел к шкафу, открыл ссохшуюся дверцу, вытащив пыльную бутыль. Взболтнув мутное содержимое, сделал несколько жадных глотков, отдышался.

–  Ух… Неделю ничего не пил. Без спиртного здесь тоска.
– Сектант утерся рукавом.
– Так о чем это я? Ах, да!

Маяк… Начать, пожалуй, стоит с бомбоубежища под заводом.

–  Я знаю о нем, - Глеб подтолкнул ежедневник к Ишкарию.

Тот пролистал несколько страниц, мельком просмотрев содержимое, усмехнулся в который раз.