Чтение онлайн

Чем дольше молчал Бернард, тем яснее становилось мое будущее. Наконец, я кивнула и достала телефон из кармана. Как только я начала вставать, Бернард заговорил:

– Итак, ты готова бежать с работы, которую любишь, потому, что я беспокоюсь о тебе?

Я села обратно:

– Я приняла твое молчание, как ответ на свои действия.

Уголки его губ приподнялись в улыбке:

– Мне нравится твое мужество. Я действительно его ценю. Не знаю, что будет, когда Минди найдут и опознают. Я только надеюсь, что у тебя хватит сил и мужества продолжать свои поиски, даже если когда-то тебя снова позовут на опознание в офис медэкспертов, и этот вызов не будет ложным. – Он понизил голос. – Я знаю, что я упрямый осел. Таким уж я являюсь. Но мне нравится твоя решительность. С тех пор как я нанял тебя. Не теряй ее. Никогда не иди на компромисс со своей совестью. В этом бизнесе и во многих других она заведет тебя далеко.
– Он усмехнулся, - Черт, а может мне тебя уволить?!

Мои глаза расширились.

– Нет, потому что ты не просто хороша в своей работе, а потому, что ты чертовски хороша. Если я оставлю тебя, однажды, вероятно, ты займешь мое кресло.

Вау, такого я не ожидала.

– У тебя хорошее чутье, - продолжил Бернард. – Просто я видел подобное много раз.
– Он опустил глаза к столу, теряя зрительный контакт лишь во второй раз за все время нашего знакомства.
– Даже с моей сестрой. Это не то, о чем я хочу говорить, но это может быть причиной, по которой я хочу разоблачить столько несправедливости, сколько могу.

Кто этот мужчина?

– Запомни, - он продолжил.
– Ты сильнее, чем кто-либо, кого я знаю. Придерживайся своей интуиции, чтобы выжить и самой оставаться на стороне правды. Не дай Дилану Ричардсу или кому-нибудь еще порушить твои мечты. – Он прочистил горло. – Я бы хотел сказать что-то вроде этого своей сестре. У тебя есть яркое будущее. Твоя реакция позволила мне думать, что ты веришь в него. Ты знаешь, что талантлива. Это не тщеславие. Это вера в себя. После того, как ты позвонила и сказала, что это не Минди, я подумал о звонке детектива Ричардса, его стремлении найти тебя, об исчезновении Минди, и как все это повлияло на каждого из нас, особенно на тебя. Несколько лет назад мой босс усадил меня и дал несколько отличных советов. Он сказал, что когда дерьмо попадает в вентилятор, то совсем не время уворачиваться от него. Это означает, что источник навоза близко и еще одна важная вещь: он растет. Несмотря на запах, это будет нечто большее. Помни это, особенно в нашем бизнесе, это значит, что мы близки. Так что надевай свои резиновые сапоги, водолазный костюм и вперед. Верь в себя, - он улыбнулся и посмотрел прямо в мои влажные глаза, - даже если это подразумевает послать своего босса.
– И, если ты до конца не поняла, в случае с моей женой, она единственный человек, который может сказать мне категорическое «нет».

Я вдруг переосмыслила каждую негативную мысль, которая у меня когда-либо возникала о Бернарде. О том, что если он и был напыщенным болваном, то это была маска, под ней был реальный человек. Почти на двадцать лет старше меня, он видел куда больше. Он варился в этом бизнесе две трети моей жизни. Прислушаться к его советам имело смысл.

– Спасибо. Я буду оставаться верной себе. Знать кто я, и кем меня вырастили мои родители. Вот почему я не перестану искать Минди. Это не значит, что я оставлю свою работу на тебя или WCJB телекомпания, на которую работает Бернард и Стелла.

– Я знаю, что не оставишь.

Я выпрямила спину.

– Я также не буду использовать мои отношения с Диланом ради получения информации, для того чтобы использовать ее в расследовании и раскрыть дело. Бернард кивнул, выражение его лица было нечитаемым.

– Тогда если верить твоим данным, то там полная задница. У меня есть готовые сюжеты на ближайшие три недели, и у Фостер кое-что припасено, я смогу пустить это в эфир. Но я хочу больше. Я хочу выяснить, что происходит с пограничным патрулем, и есть ли связь между наркотиками и ростом пропавших без вести женщин.

Я уже начала подниматься, когда он велел мне убираться вон, но после его последних слов я снова села.

– Что ты сказал?

Его темные глаза сверкнули.

– Ты хороший слушатель. Это одно из твоих лучших качеств. К твоему сведению, я не сижу в офисе весь день, раскладывая пасьянс, оставляя тебе и Фостер все веселье. Я получил свою должность, потому что тоже занимался расследованиями. Ты и Фостер хороши, очень хороши. Вот почему вы мои следователи. Но это не значит, что я забыл, как сидеть в окопах. Мне все еще знаком мой путь по городу, и меня манит моя доля приключений. То, что ты сделала с той подставной адвокатской конторой «Престон и Батлер» - не единственная наша зацепка в этом деле.

– Ты три недели твердил мне о наркотрафике. Теперь ты внезапно вставляешь дело о пропавших без вести женщинах в это уравнение. Думаешь, что они связаны?

Он пожал плечами.

Я наклонилась вперед и понизила голос:

– Не играй со мной. Если ты хочешь, чтобы я разгадала эту чертову головоломку, почему бы тебе не поделиться со мной своими размышлениями. Со мной, одним из твоих старших следователей?

– Ты задаешь хорошие вопросы. Время найти на них ответы. – Он прищурился.
– Подумай об этом.

Я не отводила взгляд:

– Ты и не ждал, что я соглашусь попросить помощи у Дилана или буду шпионить за ним, не так ли?

Он пожал плечом.

– Это был тест, ты меня проверял…

Он поднял чашку кофе:

– Поздравляю, Стелла, ты его прошла!

Вместо того, чтобы чокнуться с ним чашкой, я пристально на него взглянула.

– Успокойся. Я только недавно получил чаевые, и в свете случая с Минди, думаю, что это дело заслуживает расследования. Мне нужно быть уверенным, что, если я дам тебе расследовать его, ты сохранишь холодную голову, и не позволишь личной жизни встать на пути.

Я вздохнула и сжала губы.

– Я имею в виду, не только детектива Ричардса, хотя я не хочу, чтобы он знал, или, точнее, чтобы Департамент Полиции знал, что ты ведешь расследование. Я говорю о Минди. Этот случай может ничего не показать, или же он может пролить свет на все. Единственный способ узнать - это делать то, что я сказал. Пошла вон отсюда. Иди, проверь, что происходит сегодня на границе, поговори с твоими источниками и возвращайся в офис сегодня же. Тогда я поделюсь с тобой своими наработками.

– Спасибо, Бернард. Я буду держать телефон заряженным. Если я не услышу тебя, то увижу сегодня.

– Будь в офисе в три, даже если не узнаешь ничего нового.

Я бросила пятидолларовую купюру на стол и с улыбкой сказала:

– Ты уже перешагнул достаточно границ. Я сама куплю себе кофе.

Лязг пряжки ремня о пол поведал мне об окончании моего наказания. Мои всхлипывания и тяжелое дыхание Джейкоба были единственными звуками, отскакивающими от стен в ванной и грохочущими в моей голове. Последнее слово, которое, слетело с моих губ, было – пять. Хотя все уже закончилось, память об этом отзывалась эхом на расстоянии.

Пять. Пять. Пять.

Мое сердце сжалось, забыв свой нормальный ритм, и замерло в грудной клетке, пока моя обнаженная грудь лежала на прохладной, гладкой поверхности раковины. Неопределенность парализовала меня, заставляя меня не двигаться, пока край раковины впивался глубже в мои бедра, и мои пальцы дрожали от того, что устали держать мое тело. Но главным, что не давало мне двигаться, было то, что у меня не было на это его разрешения. Каким-то чудом мои руки оставались там же, где их разместил Джейкоб, их сковало в тиски, и это удержало меня и спасло от падения. Хотя мои руки и находились там, где им приказал быть Джейкоб, совсем не моя воля удерживала их на том месте.