Чтение онлайн

– О! Тут много разный признак. Например, следы от огромный присоски на шкурах левиафан. Да и само наличие столь огромный животный говорит о том, что должна существовать адекватный их размер добыча.

– А я всегда думал, что левиафан — это рыба.

– Распространенный заблуждений! Несмотря на внешнойсть левиафан, так же как и его более мелкий сородич — кашалот, являйтся млекопитающий. Это одна из причуд эволюция.

– «Эволюция» - это морская богиня?

– Найн! Это — один из величайший природный процесс!

Доктор опрокинул рюмку настойки и принялся объяснять собравшимся суть теории эволюции и связанных с ней процессов.

...

Убедившись, что все внимательно слушают эту лекцию, Обмылок, делая вид, будто ищет местечко получше, подгреб к Чуме.

– Слушай, я тут подумал: пока все здесь, может, пойдем?

– Куда?

– Ну… Куда-нибудь… Мы же вчера это… Не успели...

– Чиво не успели?

– Ну это… Сама знаешь.

– Ни знаю… Чиво?

– Да ну тебя… Сперва намекаешь, а теперь издеваешься!
– обиженно надулся тот.

– А ты спирва тупишь, патом абижаишься.

– Да! Потому что не пойму хочешь ты или нет!

– Чиво?

– Ты опять, что ли, начинаешь?

– А ты чиво такой скромный? Не можышь слова «ибаца» сказать?

– Ну я так не привык. Я же все таки гюйонец. У нас не принято так грубо об этом говорить.

– А в живога чиловека пискай тыкать не груба? Или у вас так ни принята?

– Ты так об этом говоришь, что мне прям расхотелось…

Обмылок сделал вид, что обиделся, но Чума внезапно схватив за волосы притянув к себе и лизнула горячим, влажным языком ему прямо в ухо. Это было странно, довольно мерзко, но штаны, однако, предательски встопорщились.

– Ни расхателась… Ладна — масла йесть?

– Сейчас будет!

– Тагда вали — ищи. Встричаимся в кубрике.

Ошалело кивнув, Обмылок побежал искать Боцмана. Тот сидел на мостике вместе с Капитаном, изливавшим мудрость на стоявшего вахту Бьернсона. Высунувшись, Обмылок попытался привлечь внимание Бардьи, но Капитан его заметил и жестом приказал подняться пред свои очи.

– Ты че рожи корчишь? Уже нарыбачился?

– Так точно! Вот такую вот поймал… Жарится… Разрешите к товарищу Боцману обратиться?

– Разрешаю… Можешь неофициально — выходной все-таки.

– Бардья, у тебя масло осталось? Куманское которое?

– Да. Мы запас на Доминисе брали. А тебе зачем?

– Ну как зачем? Для этого самого…

– С кем развлекаться собрался? С Чумой, что ли?
– Боцман вздохнул.
– Хотя с кем еще-то?

– А что так сразу!? Больше не с кем, что ли?

– Ну как бы да… Вариантов небогато. Кара сразу отпадает — она саргашка. Лисса разборчивая, да и, раз от неё Марио сбежал, то с такими тараканами, что тебе туда лучше не соваться. Барабашка… Ну ты не самоубийца, я надеюсь? Остается только Чума.

Обмылок посопел, но молчаливым кивком признал правоту Бардьи. Тот, в свою очередь, вопросительно посмотрел на Капитана, который, затянувшись и выпустив клуб дыма, задумчиво ухмыльнулся.

– Эх… Молодые да горячие… Ладно, дай ему масла этого. На винт не намотает — Доктор всех проверил, а вот детей неплановых нам тут не надо. Ты только смотри — аккуратнее с нею. Не разочаруй.

– В смысле?
– не понял Обмылок.

– В смысле, что своего предыдущего ухажера она на моих глазах прибила.

– В смысле: «Прибила»?

– В прямом. Камнем по башке тюк и привет… Поэтому проверь, чтобы рядом предметов тяжелых не было. Мало ли чего ей не понравится?

– Так точно… Буду иметь ввиду…

Слегка ошалевший от таких новостей, Обмылок взял у Боцмана пузырек и пошел в кубрик. Дверь была заперта, так что он постучал.

– Пароль?

– Какой еще пароль? Это я! Достал масло, как ты просила…

– Захади!
– Чума открыла дверь и втащила Обмылка внутрь.
– За табой слидили?

– Кто?

– Ты скучнай… Давай — раздивайся!

На Чуме уже из одежды были только расшнурованные ботинки. Обмылок, который не привык видеть такую откровенность и энтузиазм даже со стороны портовых проституток, помялся, потом притянул её к себе и попытался поцеловать.

– Ты чиво?

– Целую тебя, а что? Ты так никогда не делала?

– Эта тожи ваши гюйонские штуке?

– Ну я думал, что интернациональные… А у вас целоваться не принято?

– Толька кагда нежнасти всякии. Йа думала мы ибаца будим.

– Будем… - Обмылок вздохнул, - Давай только не так вот откровенно.

– Пачиму?

– Просто доверься мне. Тебе понравится…

...

На мостике Капитан поднял палец, призывая организовать тишину, и прислушался к звукам, доносившимся из вентиляционного раструба.

– Старается парень… Шоб не прибили… Кстати, я вот только вспомнил… Я же вам денег должен отдать за медальон.

– Да мы это… - замялся Бардья.
– Не торопим... Нам тут они без надобности.

– Надо было тогда еще отдать, но такое началось что я и забыл. Только когда про “прибить” сказал, в голову пришло.

– Э-э… - Бьернсон попытался осилить логическую цепочку, но не смог.

– Да Бардью за него чуть у нас борту не грохнули из-за медальона этого. Я тебе рассказывал - в остальном забавная история такая. Вспомнил про это, вспомнил про медальон, вспомнил про деньги. Они у меня - в сейфе. Сразу отдельно положил.

– И много там?
– с трепетом поинтересовался Боцман.

– Ну с мой кулак, где-то, мешок. Каждый.

– Их чё? Два?

– Ну вас двое и мешка два…

– С ваш кулак?

– Примерно…

– А монеты какие?

– “Ореолы” доминские. Мало, что ль?

Боцман, с выпученными глазами, молча прикусил кулак и, спустившись на палубу, пошел на корму, где налил себе стакан и всадил без закуски.

– Я так понимаю: “Нормально”...
– прокомментировал это Капитан.
– Ладно, пусть в себя придет, а я пока тебя еще раз по навигации погоняю. У тебя это слабое место...