Чтение онлайн

– Прости, это, наверное, не мое дело, но мне кажется тебе все же стоит поговорить я ним. Может у него есть своя версия произошедшего.

Вот она мужская солидарность!

– Это не твое дело, - ответила я.
– Но спасибо за совет. Наверное, я так и сделаю, когда вернусь. Сейчас я слишком зла на него, чтобы принимать здравые решения.

– Телефончик оставишь?
– улыбнулся он.
– На случай если ты все же решишь не мириться.

– Я его вчера выкинула в реку, - честно сказала я.
– И скорее всего после этого просто заведу себе новый номер.

– Тогда, может, сама мне позвонишь?

– Я подумаю, - отозвалась я.
– Но на что я тебе сдалась, трезвая?

– Ты забавная, - улыбнулся он.
– И очень нежная. Короче ты мне понравилась.

Я нахмурилась.

– Мы целовались?

Ответом мне послужила широкая улыбка.

– О, черт, - простонала я.

– Совсем немного. Тебя потом на меня чуть не вырвало. Пить ты совершенно не умеешь.

– В этом я никогда не сомневалась, - ответила я.
– У тебя таблетки нет какой нужной? Голова прямо раскалывается.

– Сейчас, - сказал он, поднимаясь. Достав из шкафчика стакан, он налил в него воды из чайника и бросил в него какую-то пилюлю. Я залпом осушила его подношение.

– Искренне надеюсь, что это не снотворное, - заявила я, отдавая ему пустой стакан.

– Захочешь еще напиться или просто поговорить - звони, - я вяло кивнула головой.

Кое-как натянув верхнюю одежду, прихватив сумку (как я ее не потеряла вчера не понятно - видимо инстинкт) и напоследок в качестве благодарности все же записав себе в блокнот телефон своего собутыльника, я еще раз поблагодарила его за помощь и вышла на улицу.

Похолодало. С неба сыпался мелкий противный снежок, этакая снежная манка, которую услужливый ветер швырял мне в лицо, каждый раз, стоило мне поднять голову от созерцания своих ног. Все тело ныло, предчувствуя скорое повышение температуры - вчерашние посиделки у реки мне еще аукнутся лихорадкой в ближайшее время. А пока же в голове настойчиво крутилась одна и та же мелодия:

"Домооооой, там так сладко бьется сердце северных гор,

Снова остается бесконечный простор за спиной,

Позади ночная брань чужих городов,

Зной соленых океанов, терпких садов..."

Я чувствовала, как сердце ноет все больше и больше с каждым моим шагом, приближающим меня к общежитию. Значит он там. Сбежать? Нет. Я должна пройти через это. Я смогу. Я смогу? Я смогу! Где там наша счастливая маска? Ну ладно, со счастливой это я, положим, переборщила, пока хватит с него и просто хладнокровной. Каждая ступенька давалась все с большим и большим трудом. Взгляд уперся в печальные серые глаза.

"Я не смогу..."

Прикусив губу до крови, я, не обращая на него внимания, потянула ручку двери на себя, когда мне на плечо легла его рука.

– Тома...

– Не трогая меня, - прошипела я. Рука послушно убралась восвояси.

Я, наконец, справилась с дверью и ввалилась в комнату.

– Томка, где ты была?
– подлетела ко мне Машка.
– Мы тебя всю ночь искали, - из-за ее спины показалось утомленное лицо Гошки.
– Весь телефон тебе оборвали. Думали уже морги и больницы обзванивать. Что у тебя с телефоном?

– Я его выкинула, - спокойно произнесла я.

– Куда? Зачем?
– удивилась подруга.

– В реку. Отвечать не хотела. Еще вопросы.

– Где ты была? Ты что... пьяная?
– присмотрелась она ко мне повнимательнее.

– Пьяная я была вчера, сейчас у меня просто похмелье, - и меня тут же довольно заметно покачнуло.
– Хотя нет, я пьяная.

– Где ты была?
– вновь спросила она и я нахмурилась.

– Не помню, - честно призналась я.
– Пила с каким-то парнем, кажется, его зовут Илья. Он милый. Черт, адрес не запомнила. Но если поторопитесь, то его еще можно найти, следуя по моему запаху. Заодно расспросите, что вчера было, потому что я ни черта не помню, - нервно хохотнула я и с трудом стянув с себя сапожки повалилась на кровать.

Друзья потрясенно смотрели на меня.

– Что? Никогда не видели меня пьяную?

Машка присела рядом со мной.

– Что у вас вчера произошло? Влад чуть сума не сошел. Всю ночь бегал тебя искал, а под утро сел там, в коридоре, как неживой. И ни звука. Вы поговорили?

Я прикрыла глаза, чувствуя, как разрывается сердце внутри. Каждый удар, каждый вздох давались с неимоверным трудом.

– Гош, когда следующий поезд?
– внезапно спросила я.

Гошка внимательно посмотрел на меня и молчаливо кивнув, ответил:

– Сейчас узнаю.

– Спасибо. Закажи мне билет заодно.

– Одна ты не поедешь, - твердо сказал он.

Я хотела было протестовать, но сил не осталось даже на слабое "нет" и я лишь устало кивнула в ответ.

– Машут, помоги мне собраться. Голова совсем не работает.

В глазах у подруги стояли слезы.

– Том, поговори с ним. Я не могу видеть, как он убивается.

– Ты его жалеешь?
– во мне начала закипать злость и я резко села на кровати. Голова немедленно отозвалась тупой болью в висках, а желудок оказался в районе горла.
– Его?
– голос оборвался и я сглотнула.
– А меня кто пожалеет? Это он получил все тридцать три удовольствия, когда лизался с этой.. этой... а я ... черт, если б я вчера не напилась, точно бы утопилась.

– Том, - прикоснулась ко мне подруга.

Слезы хлынули из глаз.

– За что?
– крикнула я. Рану прорвало и от былого спокойствия не осталось и следа.
– Сначала врет, обманывает, не договаривает, считает за круглую дуру, подопытную крысу, а потом... потом...

Меня задушили рыдания и я, уткнувшись носом в подушку, дала волю слезам. Мне хотелось выть от боли и жалости к себе. Я всегда знала, что я серая мышь, но делать из меня подопытную лабораторную красноглазую?! Никогда, никто на свете не делал мне так больно! Он играл со мной. Упивался своим все знанием и могуществом. Подсознание услужливо напомнило о связи. Связь? Скорее всего, он уже жалеет об этом и ищет пути, как избавиться от нее. Как он там сказал? Случайность. Но почему так больно в груди?

Глубоко вздохнув и утерев слезы, я приподнялась на руках и села. У моей кровати сидел он и смотрел на меня глазами побитой собаки. Маша с Гошкой испарились. Предатели!

"Тома..."

"Что? " - сердито отозвалась я.

"Прости меня. Пожалуйста. Умоляю, не бросай меня. Мне плохо без тебя", - он потянулся ко мне рукой, но я, вздрогнув, отстранилась. Рука безвольно упала на его колени.

"Убирайся."

"Дай мне шанс. Только один шанс."

"Я больше не могу. Я не верю тебе. Доверие - это самое главное в отношениях двух близких людей. А сейчас его попросту нет. Ты растоптал его."