Чтение онлайн

Транзитный поток атманического тела представляет собой трансформацию атманической почвы в отходы атманических медитаций — высыхающие листочки и веточки цветка миссии, которые затем превращаются (потоком Овна) в семена буддхиальных растений.

Если буддхиальная почва это душевные силы, необходимые человеку для того, чтобы постоянно поддерживать длительные и тяжелые, но отдельные программы своей жизни, то атманическая почва это силы духовные, назначение которых всегда глобально: они необходимы для изменения всей жизни человека целиком, причем не только в настоящем и ближайшем будущем, но и в отдаленном будущем, а также и во всем прошлом.

С объективно-социальной точки зрения сказанное бессмысленно: нельзя поменять свое прошлое, например, изменить дату рождения или отменить раннюю смерть родителей, но субъективно, поднимаясь в атманическое тело, человек теряет различия между прошлым, настоящим и будущим, воспринимая свою жизнь целиком, в непрерывной связи всех поворотов своей судьбы и даже конкретных событий.

Поэтому здесь он обретает власть в равной мере над будущим и прошлым и количество духовных сил есть синоним уровня этой власти — однако не прямой, а косвенный, ибо атманическая почва растит цветок миссии, чей вид (но не конкретная форма!) предопределен. Власть над прошлым (и кстати говоря, будущим) здесь понимается не как способность изменить свои биографические данные (имя, место рождения, социальное положение родителей и т. п.), хотя и это иногда случается, а как способность освободиться от его негативного, деструктивного, сдерживающего эволюционное развитие влияния, и сделать его, наоборот, конструктивным и вдохновляющим. Поэтому тестом для человека, собирающего духовные силы для того, чтобы полностью перестроить свою жизнь, является его готовность к пересмотру своих отношений с прошлым и снятию с себя всех нежелательных для него крючков, которыми оно цепко держит его настоящее и будущее; Кастанеда называет соответствующий процесс переписыванием личной истории.

Важнейший урок, который преподносит нам транзитный атманический поток, заключается в том, что духовные силы превращаются в конкретные изменения буддхиального тела, то есть изменения главных жизненных программ и системы ценностей, не непосредственно, а косвенно, через вегетацию цветка миссии, смену или поворот главного жизненного смысла и идеала. Поэтому духовно зрелые люди тратят свои духовные силы именно на уточнение своего идеала, а он уже сам, развиваясь, уточняет и модифицирует главный смысл их жизни и затем корректирует систему ценностей; попытки же отправить атманическую почву в канал Овна непосредственно, минуя цикл развития атманического цветка, ведут к плачевным, хотя и не сразу очевидным последствиям: засоряется канал Овна, отравляются буддхиальные посевы, а главное — чахнет цветок миссии и жизнь человека теряет смысл целиком.

Дом с вершиной в Рыбах, управляющий транзитным атманическим потоком, покажет характерный для данного человека способ трансформации духовных сил в духовные же противоречия и тупики, порождающие множество экзистенциальных проблем, но и дающие индивиду могучий импульс душевного и ценностного развития.

Теперь читатель имеет некоторое представление о материале, на котором реализуются диалектические переходы. Каковы же сами эти переходы?

В основе рассматриваемой диалектики лежит дуализм объект — среда. В 9 главе книги автора "Возвращенный оккультизм, или Повесть о тонкой семерке" подробно описывается эволюционная лестница, содержащая семь главных ступеней, или уровней, существования любого объекта. Эти уровни, в соответствии с оккультной традицией, именуются названиями чакр: муладхара, свадхистхана, манипура, анахата, вишудха, аджна, сахасрара. Объект любого из этих уровней находится в состоянии равновесия со средой: сколько-то энергии и информации он от нее получает, сколько-то отдает, но в каком-то интегральном смысле эти потоки уравновешены: ни объект, ни среда не ощущают друг друга ни как благотворителей, ни как вампиров-нахлебников. В гармоничном варианте сосуществования может быть употреблено слово "симбиоз", в напряженном на поверхности может звучать и откровенная обоюдная брань, но под ней все равно чувствуется устойчивое динамическое равновесие, по большому счету устраивающее и объект, и среду. Так часто бывает в семьях, где отец находится на грани ухода и время от времени исчезает в запое или загуле, но неукоснительно возвращается обратно; выгнать его из семьи окончательно по разным причинам не получается. Это — вариант муладхарного бытия (и равновесия) человека в рамках семейного эгрегора, и психолог, внимательно изучивший такую семью, несомненно обнаружит энергетический баланс системы отец-семья, например, в запоях мужа могут сниматься многие семейные напряжения, не устранимые другими способами. Ему, в свою очередь, может быть необходима именно такая семья для поддержки соответствующих жизненных позиций и сюжетов, так что страдая каузально, он выигрывает буддхиально и в целом удовлетворен своей жизнью.

Качественно иная ситуация возникает, когда объект переходит с одного уровня на другой: тогда суммарный энергетический баланс между ним и средой нарушается, причем во вполне определенную сторону: если уровень объекта повышается, то энергия и информация идут из среды к нему, если же понижается, то, наоборот, переходят от него в среду. Можно выразить этот закон так: повышение уровня объекта требует жертвенности со стороны среды, а понижение уровня объекта является жертвенным с его стороны. Более внимательное наблюдение показывает, что при изменении уровня объекта среда разворачивается к нему таким образом, как будто совершает двойственный (противоположный по направлению) переход: например, если объект переходит с муладхары на свадхистхану (этот переход в астрологии именуется первым домом), то среда вокруг него организуется и ведет себя так, как будто она переходит со свадхистханы на муладхару (восьмой дом). Слова "как будто" в последней фразе являются уступкой объективистским взглядам современного автора социума; если же находиться в реальности самого объекта, то они становятся излишними.

И в заключение некоторые соображения о системах домов. В каббалистической астрологии возможно использование лишь равнодомных систем, где каждый дом занимает ровно 30о в Зодиаке, так что, начинаясь в одном знаке, кончается в следующем. Для астрологов и их клиентов, живущих в парадигме эпохи Рыб, автор рекомендует равнодомную систему с серединой неба, рассчитываемой по Плацидусу (Коху): здесь Солнце проходит во вершине десятого дома в момент астрономического полдня (когда тени самые короткие). Эпоха Водолея, на взгляд автора, более социально-ориентирована, и для ее людей лучше использовать натуральную равнодомную систему, в которой Солнце проходит через вершину десятого дома ровно в 12:00 по официальному, то есть фактически принятому в данной местности, времени. Расчет натуральных домов очень прост: вершина четвертого дома (В4) вычисляется по формуле

В4 = С + T/4 град/мин

где С — положение Солнца в Зодиаке в градусах, считая от 0о Овна, а Т — официальное время, выраженное в минутах (пример расчета см. в книге автора "Каббала чисел", число 24).

Ключевые слова: спонтанное проявление; непосредственное самовыражение; первичный свободный рост.

Читатель, которому все понятно, может смело переходить ко второй главе.

А для остальных у автора имеются небольшие комментарии и дополнения к уже сказанному.

Главная особенность, отличающая первый дом от остальных, заключается в том, что здесь объекту нельзя мешать. Окружающая среда должна умереть, но предоставить ему все возможности для самовыражения и спонтанного проявления.

Общий смысл первого дома заключается в следующем. Фаза борьбы не на жизнь, а на смерть за существование, выживание, целостность объекта кончилась и теперь он осваивается в окружающем пространстве. До процветания еще далеко, дом еще не построен, огород не возделан и подруга не найдена — но зато имеется инициатива, энергия, поблизости располагаются нераскрытые кладовые припасов, маячат склады инструментов и стройматериалов и прогуливаются соблазнительные дикарки, видимым образом заинтересованные в знакомстве.

В семье появляется младенец; впервые на гастроли приезжает иностранная звезда; олимпийский чемпион показывает произвольную программу; Господь творит свет и отделяет его от тьмы. Все эти ситуации имеют объект отчетливо в своем центре, среда направляет на него свое, чаще всего априорно восторженное (или, наоборот, негодующее) внимание под общим лозунгом: "Ему — можно!" (соответственно: нельзя!). Поэты в таких случаях слагают оды или по меньшей мере используют восклицание: "О!" О, ее голос! О, его глаза и благородство!

Для первого дома характерно первичное проявление главных черт или качеств объекта — когда они исчерпываются, атмосфера первого дома пропадает. Другими словами, при включении первого дома объект поражает или по крайней мере сильно удивляет среду, чем частично оправдывает ее расходы на него. С точки зрения самого объекта, первый дом дает ему возможность (и необходимость) саморазвития, обнаружения и выражения вовне своих главных потенций, но не их дальнейшего развития и проработки. Это похоже на первый осмотр новорожденного: он демонстрирует миру свой голос, головку, ручки, ножки, животик и спинку, дальше, может быть, некоторые главные подробности (глазки, носик, пальчики на руках) — и на первый раз хватит, не надо утомлять младенца чересчур пристальным, пусть и восхищенным, вниманием.