Чтение онлайн

Вильгельм Габсбург быстро унял свою спесь и перешел к конструктивному разговору. Думаю, теперь можно повторить предложение, которое так возмутило монарха в первой цикле.

— Восстановление законной монархии Магнуса Доброго, полное возмещение ущерба и советующие компенсации. Вы вместе с Валуа сохраняете и по возможности укрепляете свой союз. Европа нужна Дому Романовых в качестве самостоятельного, независимого союзника, который вместе с Поднебесной и другими игроками ограничит гегемонию Британской Империи, — на-гора выдал идею системы сдержек и противовесов международного масштаба.

— В этом есть логика, — слышу шепот барона фон Рихтгофена, опытный дипломат не мог не узнать парадигму, которую давно продвигают российские и китайские идеологи.

— Допустим, но разве в таком случае нам не уготована роль буфера? — засомневался немец.

— Вам выбирать амплуа, если будете пассивны, то станете прокладкой между Британией и Россией. Займете самостоятельную позицию, то войдете в закрытый клуб игроков планетарного масштаба, — снял с себя ответственность за будущее Габсбургов-Валуа, на самом деле это их проблема.

— Тогда почему нельзя обойтись без контрибуций? — Кайзер по ходу уже согласился, но теперь взыграла природная алчность, решил поторговаться.

— За ошибки надо платить, к тому же я не хочу терять лицо, как сюзерен Дании, — немного надавил, довод абсолютно понятный.

— Склонен согласиться с вашим предложением, однако размер компенсаций требуется обсудить отдельно, — сдался германский монарх, оставляя шанс на скидку.

— Принято, пусть дипломаты проработают данный вопрос, — отлегло от сердца, вроде решили проблему, но добавил, — Верните Магнуса Доброго и его семью в Копенгаген, король не должен сидеть в темнице.

— Разумеется, — кивнул Кайзер…

Блеф удался наилучшим образом, и конфликт уладил, и денег на восстановление Дании выбил. К тому же Кайзер теперь еще долго не купится на посулы Винчестеров, обжегшись один раз, он будет держаться выбранной стороны…

Выхожу из петли.

Самодержец экстренно собрал совещание. Встревоженные вельможи не долго гадали о причинах переполоха. В кулуарах обсуждали неожиданный демарш Германии, затеявшей войну в Скандинавии. Российская Империя и раньше весьма остро воспринимала любые конфликты на Балтике, но сейчас, когда Михаил Романов связал себя узами брака с Ульрик Элеонорой, а короли Швеции, Норвегии и Дании присягнули на верность принцу, любое происшествие в регионе прямо касалось Москвы. При этом Кайзер действовал на удивление дерзко и, откровенно говоря, зашел слишком далеко.

Многие понимали, что Габсбурги не осмелились бы бросить вызов Романовым без поддержки серьезных сил. Шептались о тесном союзе Франции, Италии, Австрии и Германии, но даже этого было недостаточно. Так что эксперты в один голос заявляли об опасной интеграции всей западной Европы и Британской Империи. Такой военно-политический альянс был самым страшным кошмаром для всей планеты. Винчестеры и сами по себе те еще монстры, а при поддержке немцев и французов их превосходство становилось неоспоримым.

При этом Москва с самого начала конфликта реагировала, на удивление, довольно вяло. Понятное дело была объявлена повышенная готовность армии и флота. Отдельные армейские корпуса и силы кланов стянули в Царство Польское, княжества Литовское и Финляндское. Естественно, дружеским Швеции и Норвегии оказали материальную и техническую помощь. Также по слухам вассалы принца Михаила присоединились к войскам короля Карла. Тут все понятно, зять не мог отказать тестю в помощи. Однако на этом Романовы вроде, как и ограничились.

Аристократы и союзники ждали от Москвы сильных решений. Как минимум должна была начаться тайная мобилизация наемников, переправка в Скандинавию боевой техники и сил кланов. Аналитики предсказывали баталии и на дипломатическом поле, разбирательства в Лиге Наций, вызовы на площадке Совета Кланов… Русские за последнее время довольно сильно интегрировались с Северными королевствами, поэтому оставить их в беде, считалось равносильным потери лица. И чем дольше молчал Самодержец, чем старательнее обходил проблему светлейший князь Лопухин, тем больше недоумений вызывала столь пассивная реакция.

Партнеры начали подозревать элементарную растерянность, трусость, неподобающее проявление слабости… Напрягся Хуанди в Пекине, оценивая надежность партнера. Замерли в страхе балканские королевства, сделавшие ставку на поддержку Романовых. Злорадно потирали руки османы, французы и другие, желавшие оттяпать то, что плохо лежит. Русский медведь оказался не так грозен, как думали, даже рыкнуть толком не смог. Аристократы империи не сомневались в Самодержце, но тоже потихоньку роптали, и вот долгожданный сбор. Князья и графы шли с надеждой на объявление полномасштабной войны…

— Собрал вас, чтобы обсудить войну на Севере, — не разочаровал Самодержец.

— Давно пора!

— Любо!

— Дадим немцам по сопаткам! — горячо поддержали самые шебутные дворяне.

— Цыц! — вдруг резко прервал Петр Романов, — Не стоит попусту махать саблями! Тем более дело уже сделано, Вильгельм Габсбург признал безоговорочное поражение, готовится вывести войска из Дании, Магнус Добрый в ближайшие часы будет возвращен на трон, естественно, с выплатой соответствующих контрибуций.

— Что?

— Как?

— Почему? — недоумевали бояре.

— А вот сейчас и узнаете все из первых рук, — хитро прищурив глаз, усмехнулся Петр Иванович, давая знак помощнику, — Соедини нас с Михаилом.

— Ваше величество, господа, — кивнул принц, появившись на экране, похоже сидел в каком-то тесном закутке, — Прошу простить меня, нахожусь в кабине истребителя, возвращаюсь на базу на остров Борнхольм.

— О как! — неподдельно восхитился царь и уточнил, — Может позже набрать?

— Могу говорить, если вам гул двигателей не мешает, — ответил юноша.

— Связь отличная, а раз так, то прошу ввести членов Государственного Совета в курс дела, — распорядился император.

— Буду краток. Германия затеяла военный конфликт с подачи Британской Империи. Вмешивать Дом Романовых намеренно не стали. Поражение России привело бы к печальным последствиям, однако и победа стала бы триггером для создания Альянса Винчестеров и ряда королевств Европы, — Михаил дал краткую вводную.