Чтение онлайн

Число материнских смертей, возникших по причине акушерских кровотечений, снижается значительно медленнее, чем число материнских смертей от других причин. Так, по данным Минздравсоцразвития России, «за последние 10 лет доля умерших от кровотечения беременных, рожениц, родильниц осталась практически на прежнем уровне и составила в 2005 году 24,0% (61 случай смерти из 254 умерших беременных, рожениц, родильниц) против 25,6% (108 случаев из 421)» в 1996 году [37] .

Среди поздних токсикозов беременности различают: водянку беременных, нефропатию, преэклампсию и эклампсию.

Водянка беременных проявляется отеками и при отсутствии других проявлений не представляет серьезной угрозы для жизни матери и ребенка.

Для нефропатии характерны отеки, гипертензия [38] , протеинурия [39] . Нередко может отмечаться сочетание двух симптомов. Обычно нефропатия развивается на фоне водянки беременных. Если у вас наблюдается хотя бы один из этих симптомов, необходимо наблюдать за развитием отеков, большим набором веса, кроме того, хорошо бы иметь дома аппарат для измерения давления и информировать врача в случае повышения АД.

Преэклампсия — переходное состояние от нефропатии к эклампсии, которое для опытного врача не представляет сложностей в диагностике.

Эклампсия — самое тяжелое, завершающее проявление гестоза (токсикоза), характеризуется судорогами, остановкой дыхания и переходом в коматозное состояние. В этой ситуации уже только родственники могут организовать вызов врача.

Запоздалая диагностика токсикоза связана как с неквалифицированными действиями врачей, так и с разгильдяйским отношением женщин к своему здоровью. Ни в коем случае нельзя полагаться на «природную выносливость» и надежду, что все пройдет само по себе. Вы должны помнить, что отвечаете не только за свою жизнь, но и за жизнь вашего ребенка.

Среди женщин, умерших от экстрагенитальных заболеваний (ЭГЗ), выявлен самый низкий уровень предотвратимости смерти – 8,3%. Эксперты связывают это с тем, что большинству женщин при имеющихся у них заболеваниях беременность была противопоказана. В данном случае вопрос заключается только в том, информирована ли была врачом женщина о том, что ей нельзя беременеть. «Анализ случаев смерти женщин, погибших от ЭГЗ, свидетельствует о том, что более чем половине женщин беременность и роды были противопоказаны, однако тяжесть состояния женщины недооценивалась или вопрос о целесообразности пролонгации беременности не рассматривался» [40] . И «каждая четвертая из числа женщин, погибших от декомпенсации экстрагенитального заболевания, погибла от патологии сердечнососудистой системы (12 случав из 47, или 25,5% в 2005 году; 26 случаев из 59, или 47,2% в 2004 году)» [41] .

Женщины с имевшимися до беременности экстрагенитальными заболеваниями, которые сознательно идут на риск, связанный с беременностью, имеют право на такой выбор, и в случае появления впоследствии осложнений на фоне оказания качественной медицинской помощи, врачей в этих осложнениях обвинять нельзя. Однако в тех случаях, когда женщина не знает об имеющемся риске, а врач не проводит с ней разъяснительную работу, он принимает на себя большую часть ответственности в случае появления осложнений.

Предотвратимость летального исхода при гнойно-септических заболеваниях (ЭГЗ) составляет 83,8%. Это при том, что растет недоучет случаев гнойно-септических заболеваний родильниц в акушерских стационарах. Так, по данным статистической отчетности (ф. 32), в 2001 году в акушерских стационарах было зарегистрировано 0,14% случаев послеродовой инфекции у родильниц (в 2000 году – 0,18%), в то время как по выборочным исследованиям она составляет около 5,0% и более [42] .

Речь идет о послеродовых осложнениях – эндометрите, перитоните и сепсисе, возникающих вследствие наличия у женщины инфекции во время беременности или заражения в стационаре. «Недостоверность учета и регистрации гнойно-септических заболеваний затрудняет анализ эпидемиологической ситуации в акушерских стационарах. В связи с неснижающимся числом родильниц, погибших от послеродовых гнойно-септических осложнений (42 случая, или 12,5% в 2001 году), и увеличением их доли в структуре материнской смертности следует обратить особое внимание на их своевременную диагностику, а также на обязательное проведение послеродового патронажа на дому и его эффективность» [43] . Естественно, не предоставляя информации, акушерские стационары скрывают истинное положение вещей с внутрибольничным инфицированием, поскольку каждый случай ВБИ должен регистрироваться в органах Госсанэпиднадзора, а в родильном доме после регистрации случая ВБИ должна проводиться проверка. Кроме того, следует отметить, что «гнойно-воспалительные заболевания новорожденных и родильниц, возникшие в период пребывания в стационаре и/или в течение 7 дней после выписки (максимальный инкубационный период), считают за акушерским стационаром» [44] и роддомам не хочется брать на себя ответственность за возникшие осложнения.

Несвоевременная диагностика гнойно-септических заболеваний у родильниц имеет место еще на этапе наблюдения женщины в женской консультации, где случаются недооценка состояния беременной, несвоевременное лечение или полное отсутствие такового при признаках инфекционного заболевания (многоводии, кольпите, лейкоцитозе в мазках), невыставление рисков возникновения гнойно-септических осложнений в родах и после них. В родильном доме отмечаются такие же недостатки диагностики и лечения инфекционных осложнений, дополнительным же фактором является ВБИ.

При перитоните (который развивается также на 2–3-е сутки после родов) источником инфекции, как правило, являются инфекционные процессы в матке. Вначале возникают сухость во рту, жажда, слабость, тахикардия, повышение температуры тела, парез кишечника, впоследствии (5–6-й день) – рвота, жидкий и частый стул, болезненность живота.

Структура причин материнской смертности от анестезиолого-реанимационных осложнений сама по себе интересна тем, что практически все позиции, за исключением анафилаксии, – врачебные ошибки. Среди них: аспирационный синдром, осложнения интубации, осложнения катетеризации подключичных вен, реакция на анестетики (анафилаксия) и их передозировка, неправильно проведенная эпи(пери)дуральная анестезия, неадекватная инфузионная терапия.