Чтение онлайн

Чтобы в подобной ситуации завоевать доверие своих немецких слушателей, советские лекторы должны были быть безукоризненно честными и откровенными перед ними. Нельзя утверждать, что всем из них это удавалось и что это им позволялось. От сотрудников СВАГ, тем более, что большинство из них были коммунистами, требовалось, чтобы во всей своей деятельности включая и личную жизнь, они исходили из «классового подхода» к наблюдаемым явлениям и процессам. На политзанятиях требовалось, чтобы советские люди гордились своей военной историей, «жгуче ненавидели капиталистический строй, растленную буржуазную культуру, врагов человечества — поджигателей новой мировой войны». Была развернута борьба с «преклонением перед иностранщиной», в частности, перед немецкой медициной, киноискусством, условиями быта и т. д. В одном из политических донесений из Саксонии приводился «отвратительный пример, как советские женщины — пациентки одного дрезденского профессора — гинеколога оставили ему в книге отзывов буквально сотни самых восторженных комплиментов». Отчетно-выборные собрания коммунистов и комсомольцев использовались для демонстрации «преданности советских людей, находящихся вдали от Родины, Сталину и большевистской партии».

Вместе с тем немцам импонировали гуманизм советских людей, демократический характер взаимоотношений между офицерами и солдатами, способность русских быстро воспринимать иностранный язык, их любовь к музыке, танцам, умение понимать и уважать обычаи немцев. Немецкое население поражалось тому, что многие офицеры хорошо знали историю Германии, видных деятелей культуры и науки, искренне желали помочь немцам избавиться от фашистского наследия. Многие из них, будучи победителями, не страдали манией величия, уважали лучшие качества немецкого менталитета. Все это в комплексе создавало пока что незначительные, но благоприятные предпосылки для будущего примирения, хотя после войны прошло всего несколько лет, значительно подрывало нацистскую концепцию о русских, как о «неполноценном» народе.

Свою роль в воспитании немецкого населения именно в таком духе играли советские кинофильмы, которые демонстрировались на экранах кинотеатров Германии. Хотя эта роль тоже не всегда была однозначно положительной. Когда немцы видели показывавшийся в некоторых фильмах быт советских людей, в частности, наличие коммунальных квартир с легендарными кухнями, они в начале не понимали, о чем идет речь. Ведь в Германии такие квартиры оставались в прошлом. Немцы приходили к выводу, что по быту советские люди 40-50-х годов оставались на уровне Германии начала XX века.

Немцы исключительно тепло воспринимали любой акт внимания и уважения сотрудников СВАГ к памяти деятелей науки и культуры Германии. Так, 14 июля 1945 года начальник штаба 8-й гвардейской армии генерал В.А. Белявский приказал начальнику штаба 11-й танковой дивизии, дислоцированной в Веймаре, выставить круглосуточный пост для охраны архива Гете по улице Фрауенплац. Одновременно генерал Белявский приказал командиру 8-й истребительно-противотанковой артбригады выставить круглосуточную охрану в Августинском монастыре у кельи Мартина Лютера в Эрфурте [370] .

Неподдельное восхищение жителей Веймара вызвало мероприятие командования 8-й гвардейской армии по чествованию 195-летия со дня рождения И.В. Гете в августе 1945 года. В этот день колонна работников штаба армии во главе с генералом В.И. Чуйковым в парадной форме только что введенного нового образца униформы проследовала с оркестром по улицам города к городскому кладбищу, где покоится прах Гете и Шиллера. Стоявшие шпалерами по обе стороны улицы жители тепло приветствовали колонну, многие плакали от радости, восхищаясь тем, что победители так достойно чтут память великих представителей побежденной страны.

Пять лет спустя, когда исполнялось 200-летие со дня рождения Гете, маршал Соколовский издал специальный приказ, в котором было отмечено большое политическое и общекультурное значение юбилея. Приказ утвердил план мероприятий, разработанный немецким юбилейным комитетом, а органам СВАГ было приказано обеспечить реализацию касающейся их части этого плана.

Находясь в побежденной стране и встречаясь с народом, советские люди медленно, но твердо глушили в себе то чувство мести, к которому их призывали в ходе войны, и которое, как им тогда казалось, было необходимо для обеспечения победы. На место этого противоестественного чувства приходило сознание необходимости дифференцированного подхода к народу побежденной страны и работники СВАГ призваны наладить с ними нормальные цивилизованные отношения. Советские офицеры и солдаты не считали зазорным и унизительным для победителей устанавливать не только нормальные, но и дружеские отношения с немцами. Они первыми из оккупирующих стран стали практиковать различные спортивные соревнования с немцами и проигрыши в них рассматривали спокойно. Правда, в тех случаях, когда речь шла о личных или семейных контактах, где невозможен был какой-либо контроль со стороны советских спецслужб, последние запрещались командованием.

Следует подчеркнуть то обстоятельство, что простые советские граждане, находившееся в Германии, стали быстрее освобождаться от отрицательных стереотипов в отношении немцев, чем иногда это диктовала официальная политика советского руководства.

В заключение хотелось бы процитировать слова мудрого и многоопытного человека: «Я никогда не считал немецкий народ народом богов или поэтов и мыслителей. Но я никогда не считал его народом военных мундиров, марширующих в такт музыки. Нет, я рассматривал немецкий народ как людей в человеческой семье, как часть человечества, как людей, испытывающих затруднения, оказывающих влияние, хорошее и плохое, иногда заблуждающихся, но носящих в себе зерно, которое приведет их к правде. Это зерно приведет немецкий народ к возрождению. Он не сливки человечества. Ни один народ не имеет права считать себя сливками человечества. Но это зерно вернет немецкий народ в ряды человечества, идущего к светлому будущему».

Эти слова принадлежат известному датскому писателю Мартину Андерсену Нексе, и сказаны они были на партийном конгрессе, посвященном культурной политике СЕПГ в мае 1948 года. Помочь немцам обрести достойное место среди других народов были призваны и «дипломаты» — в солдатских шинелях с красными звездами на фуражках.

С тех пор, как происходили описанные выше события, прошло полвека. Накопленный исторический опыт делает более понятными и значимыми происходившие в те годы в Восточной Германии процессы и роль в них Советской военной администрации. Во второй половине сороковых годов большинство сотрудников СВАГ выполняло свой долг, справедливо считая его продолжением борьбы с фашизмом. Они были вдохновлены сознанием того, что оплаченная жизнями и кровью миллионов боевых товарищей и принесенная на немецкую землю демократия расцветет в мирное время и сделали все, что могли, для выполнения решений Потсдамской конференции.

Но оккупационная политика принадлежит сфере внешней политики того или иного государства, которая, как известно, в значительной степени является отражением его внутренней политики. Поэтому на развитие двух частей Германии с первых послевоенных лет огромное влияние оказывали страны с противоположными общественно-политическими системами и каждая стремилась воссоздать новую Германию как прообраз своего государства. То, как в последующем прошел процесс демократизации в Восточной Германии, успешно начатый сотрудниками СВАГ, показал, что их надежда во многом оказалась иллюзорной. События в Германии происходили в обстановке обострения международной напряженности, которая вошла в историю под названием «холодной войны». Важным, если не решающим ее элементом, являлась двухполюсная структура международных отношений, центром которой были СССР и США. Ее жесткий и бескомпромиссный характер особенно отчетливо проявлялся в европейской политике этих стран и, в частности, в германском вопросе. Спустя много лет, президент ФРГ Р. фон Вайцзеккер на одном из евангелических форумов заявил, что «германский вопрос» будет открытым до тех пор, пока будут закрыты Бранденбургские ворота. Открытый «германский вопрос» является частью открытого европейского вопроса и мирного порядка в Европе». Теперь можно констатировать, что германский вопрос закрыт.

Законы развития человеческого общества, как всегда, оказались сильнее деятельности отдельных политических лидеров. Они неодолимы, что подтверждается историческими событиями, происшедшими как в Советском Союзе, так и во всех странах Восточной Европы в последние годы.

Непросто, но все же по восходящей, в послевоенное время развивались отношения между ФРГ, ГДР и СССР. Между ГДР и СССР они развивались как в рамках двусторонних нормальных и взаимовыгодных отношений, так и в рамках Варшавского договора и Совета экономической взаимопомощи. Но отношения СССР и ФРГ прошли за это время сложный путь от нормализации до тесного делового сотрудничества. В 1955 году между ними были установлены дипломатические отношения. В 1970-м году был подписан Московский договор, который поднял эти отношения на более высокую ступень политического и экономического сотрудничества, вошедшего в историю под названием «новой восточной политики». Следует воздать должное творцам «восточной политики», и прежде всего Вилли Брандту и Гансу-Дитриху Геншеру. Руководители Советского Союза, опираясь на новое политическое мышление, тоже откликнулись на призыв времени. Они убедились в том, что из трагической истории прошлого стороны извлекли соответствующие уроки, которые уже глубоко вошли в сознание и политическую жизнь. Движение было ускорено внутренними преобразованиями, охватившими Восточную Германию.

Все эти процессы и привели к подписанию 9 ноября 1990 года Договора о добрососедстве, партнерстве и сотрудничестве между Союзом Советских Социалистических Республик и Федеративной Республикой Германии. Этот документ, по справедливому определению федерального канцлера Г. Коля, подвел итоговую черту под многострадальной главой прошлого, создал условия для продолжения добрых традиций многовековой общей истории наших народов и построил фундамент на будущее.

Советско-германский договор претворяет высокие цели в ряд конкретных обстоятельств сторон политического, экономического, культурного и гуманитарного характера, которые возложила на себя правопреемница СССР демократическая Россия.