Чтение онлайн

Если вы взглянете на карту, то увидите, что Мозамбик находится на восточном берегу Африки и, для того чтобы оттуда добраться до Индии, нужно пересечь незнакомые португальцам воды Индийского океана. Путь дальний, неведомый и трудный.

Мозамбик — порт оживленный. Сюда приходят корабли, груженные золотом, слоновой костью, благовониями и пряностями. А работорговцы набивают трюмы несчастными черными африканцами и отправляют их на невольничьи рынки. Вся торговля была в руках арабов, и очень скоро Васко да Гама почувствовал, что появление его флотилии здесь никого не обрадовало. Совсем напротив!

Правитель Мозамбика вначале не разобрался, кто перед ним, и встретил чужестранцев любезно, помог им нанять лоцманов, обещал продовольствие и всякую иную помощь. Но вскоре он понял свою ошибку; он понял, что перед ним соперники в торговле, что им ни в коем случае не следует показывать путь к Индии, и так резко изменил свое отношение, что португальцы это сразу почувствовали. Нанятые лоцманы сбежали, ловко прыгнув за борт в стоящие рядом арабские суда. А без лоцманов Васко да Гама не решался пересекать неведомый Индийский океан. И он решил во что бы то ни стало добыть проводников. Он послал в одно селение своих людей, и те захватили лоцманов силой. Зато теперь им был отрезан путь к берегу, так как местные жители встречали их враждебно. Приходилось сначала обстреливать местность, а потом уже высаживаться из лодок и наполнять посуду водой под прикрытием огнестрельного оружия. У арабов такого оружия не было, и оно их сильно пугало.

Так, среди всеобщей враждебности, португальцы продвигались вперед, а корабли нуждались в ремонте; люди болели и умирали от цинга, и морякам случалось подолгу поджидать попутного муссона.

Васко да Гама отлично понимал, что арабы так просто не позволят ему плыть к Индии, что они всячески этому будут мешать, возможно, они захотят заманить португальцев на берег, перебить их и воспользоваться их кораблями. И он действовал так смело и решительно, как будто за ним следом шла военная эскадра. Васко да Гама был невероятно жесток… И это производило впечатление. Чужеземцев боялись. Они пиратствовали, захватывали арабские суда с ценным грузом, брали в плен арабов, силой заставляли лоцманов вести их флотилию.

И когда корабли португальцев пришли в гавань большого города Момбасы, там уже все знали о чужестранцах, встретили их, разумеется, со страхом и враждой. Нападать на них открыто здесь не решались, напротив, могущественный шейх Момбасы притворился любезным и гостеприимным: приглашал моряков к себе во дворец, обещал нагрузить их корабли пряностями, добрых слов и посулов не жалел. А сам по ночам подсылал своих разведчиков к португальским кораблям, надеясь застать моряков врасплох, взять их в плен и завладеть их флотилией.

Но Васко да Гама был достаточно хитер и осторожен. Он охотно принимал щедрые дары от шейха Момбасы; больные моряки ели присланные им апельсины и поправлялись, но на берег никто не сходил, и при первой же возможности португальцы покинули Момбасу без лоцманов, так как взятые в плен проводники давно сбежали.

Следующая стоянка была в порту другого большого и очень красивого города Малинди. Васко да Гама готов был ко всему на свете — к ловушкам, предательству, тайной и явной вражде, но никак не к тому, что его здесь ожидало: к искреннему желанию дружить с ним и к помощи не только на словах. Разгадка проста: шейх Малинди враждовал с шейхом Момбасы и нуждался в сильных союзниках. Поэтому он готов был оказать любую помощь португальцам и продовольствием и лоцманами, которых так недоставало Васко да Гаме. И здесь португальцы получили отличного проводника.

Арабы считали поступок шейха Малинди, пославшего с португальцами искусного лоцмана, предательским: «…Из тягостных необычных событий, — писали арабские историки, — случилось вступление проклятых португалов… в области Индии… И не проникал в Индийское море благополучно никто из их народа, пока… им не указал путь один искусный человек из моряков, которого звали Ахмет-ибн-Маджид».

Ахмет-ибн-Маджид был знаменитым арабским ученым, астрономом, и с того часа, как он поднялся на флагманский корабль Васко да Гамы со своими картами и лоциями, судьба экспедиции находилась в надежных руках.

После трех недель мучительного плавания через Индийский океан, когда моряки страдали от нестерпимого зноя, когда питьевая вода протухла и снова вспыхнула цинга, показался малабарский берег Индии. Ахмет-ибн-Маджид подошел к Васко да Гаме, протянул руку по направлению к видневшейся вдали земле и сказал: «Вот она, страна, к которой вы так стремились».

В памятный майский день 1498 года моряки увидели наконец прекрасный город Каликут с его белоснежными дворцами, минаретами, с пагодами, сверкающими позолотой под синими небесами Индии.

Морской путь в Индию вокруг Африки был открыт.

Путь открыт. И следом за Васко да Гамой шли караваны португальских судов. Роскошные города востока португальцы разрушали и на их месте устраивали свои фактории — торговые поселения. Жестокостями, вопиющими несправедливостями они восстанавливали против себя не только арабских купцов, но и все местное население, потому что бедняки в своих жалких хижинах невольно становились жертвами торгового соперничества, обильно политого кровью. Так Португалия хозяйничала девяносто лет. А затем ей пришлось уступить более сильным европейским странам.

Но с тех пор европейская торговля с Востоком шла новым морским путем, открытым моряками Васко да Гамы.

Велико было возмущение испанцев, увидевших Христофора Колумба в кандалах на улицах Кадиса. Короли — Фердинанд и Изабелла — были этим смущены, но с королевской непринужденностью они во всем обвинили Бобадилью, сместили его, а на Эспаньолу назначили нового губернатора — дона Николаса Овандо.

Колумба они все же приняли, приказали, разумеется, спять с него оковы, наговорили ему любезных слов, обещали вернуть его золото, отнятое Бобадильей на Эспаньоле, вернули ему все его титулы и звания, но к Эспаньоле не велели даже подпускать, тогда как смертельно раненное самолюбие адмирала именно жаждало триумфального возвращения на остров, назло всем недругам и клеветникам.

В свое время короли дали Колумбу обещание никому не разрешать плавание за океан, кроме него одного. И это королевское слово они нарушили. По следам третьего плавания Колумба поплыл бывший спутник адмирала Висенте Яньес Пинсон-младший, старший давно умер, а затем и другой спутник Колумба — Алонсо Охеда, жестокий и вероломный конкистадор.

За Пинсоном и Охедой ринулись и другие — каждый, кто смог на свой счет снарядить корабли.

«Семь лет я пробыл при королевском дворе, — говорил Колумб, — и с кем бы я ни говорил о своем предприятии, все считали это шуткой, а ныне даже портные и те просят допустить их к открытию. Не иначе, как они отправляются туда для грабежей, и если им дают на это право, то лишь в ущерб моей чести и во вред делу».

Неизвестно, разрешили бы Колумбу плыть в четвертый раз к берегам Индии, если бы не успехи Португалии, если бы не новый морской путь в Индию вокруг Африки. Колумб может еще пригодиться, решили испанские короли, да и некоторые влиятельные испанцы, продолжавшие верить в гений Колумба, хлопотали за него. Время терять не следовало. В руках у португальцев восточная часть Индии, западную следовало закрепить за Испанией.