Чтение онлайн

• Вы попадаете в плен социального мифа: «рядом с тобой тот мужчина, которого ты заслуживаешь».

Я сама велась на эти сказочки. Не нужно рассматривать себя как проект самосовершенствования в интересах мужчины. Выбирайте себя для себя. Глупо окукливаться, потому что гусеницей вы не подходите мужчине.

Гусеница умирает в куколке, чтобы взлететь и расправить крылья. Бабочкой прожить всю высоту и глубину своей Судьбы, а не для того, чтобы выполнять истеричные прихоти закомплексованного мудака.

Женщины страдают от депрессии гораздо чаще, чем мужчины. В процентном соотношении это примерно 65 к 35 %. Основной причиной недуга современного общества психологи называют подавление естественных эмоций.

Мы часто вынуждены вытеснять агрессию. Ведь с самого детства нас учат быть хорошими, то есть послушными. И мы стараемся изо всех сил от рождения до смерти приспосабливаться, подстраиваться под окружающих, сливаться с обоями в квартире.

Главный миф, в плену которого оказывается женская душа, заставляет отказываться от индивидуальности, стремления к самоопределению, независимости и власти. Так мы пытаемся получить благодарность и любовь прежде всего мужчин. Но, даже став взрослыми по паспорту, психологически остаемся инфантильными наивными девочками, не оставившими надежду восполнить дефицит родительской любви в отношениях с мужчинами.

И в этом отношении мечта о принце на белом коне – это мечта голодной в прямом и переносном смысле девочки о родителе, который наконец-то позаботится о бедной дочурке. Моя личная история, как и истории клиентов, подтверждает это.

Депрессия накрыла с головой, когда исполнились все мои детские мечты. Упорным нежеланием радоваться жизни я ставила в тупик любящего мужа. Мне казалось, что, если будет это или то, буду счастлива. Но приобретения внешнего порядка лишь усиливали ощущение внутренней пустоты.

Это был такой экзистенциальный коллапс, выйти из которого не удавалось даже после рождения второго, вопреки всем врачебным прогнозам, долгожданного ребенка. Изводила себя чувствами вины и стыда. К психотерапевту? Ну уж нет! К ним обращаются только слабые духом и сумасшедшие. Приблизительно так думалось мне в то время.

Пошла на тренинг личностного роста для того, чтобы быстро и эффективно решить свои проблемы. Из тренинга вынесла всего одну полезную мысль: «Каждый взлет начинается с вопроса “Почему?”».

Нужно было найти ответы на десятки «почему» и, продираясь сквозь гордыню, что смогу сама справиться с личными проблемами, перебрав несколько психотерапевтов, я отправилась в увлекательное и опасное путешествие к драконам, запертым в подвалах подсознания.

Мама была такой классической советской женщиной, и я такой типичный ребенок соответственно, с пяти лет возвращающийся самостоятельно из детского сада с ключом на шее. Воспитанием как таковым занималась бабушка-мусульманка, когда жила с нами.

Воспитание восточной девочки предполагает достаточно строгое регламентирование поведения в быту. Если я поступала неподобающим образом, бабушка поджимала губы и сурово говорила на татарском: «Мусульманка так не делает. Аллах покарает тебя». Бабушка умерла, а маме не было до меня особого дела. Казалось, я существовала для нее только в качестве мишени для агрессивной критики. У меня было стойкое ощущение, что, если буду стараться учиться на одни пятерки, очень чисто прибираться в квартире, готовить замечательный ужин к приходу родителей, заниматься с младшим братом, она полюбит меня. Увы…

Мое самовоспитание продолжилось с помощью великой русской литературы. Как-то заведующая библиотекой, проникнувшись симпатией к хорошей девочке, предложила дефицитные в то время куртуазные французские романы. Вот с такой смесью татарского и французского я и приехала поступать в МГУ. Не то чтобы, подобно чеховским сестрам, рвалась в Москву – не хотела замуж за местного головореза, чья природная склонность к садизму подкреплялась вседозволенностью партийно-номенклатурного отца. Его признания в любви «я тебя так люблю, что убить хочется» не вписывались ни в каноны ислама, ни великой русской, ни французской литературы. Если бы знала, что нельзя убежать от Судьбы, никогда бы не уехала. Когда-нибудь напишу роман про министерство добрых дел, в поле зрения которого попала, оказавшись близкой знакомой внука члена ЦК КПСС, в разы превосходившего по социопатичности уральского Ромео.

Мировоззрение, сформированное из предписаний Корана, Чехова-Тургенева, Прево-Лакло-Бальзака, сталкиваясь с объективной реальностью, терпело фиаско. Мозг закипал. Голос бабушки говорил: «Аллах покарает тебя». Тоненько плакала чеховская Мисюсь, хором греческой трагедии вступали тургеневские девушки. Отдельная партия была отведена Манон Леско с ее инфернальной нежностью и чувственностью. И этот ящик Пандоры я носила с собой, достигая внешних целей, но в душе захлебывался от плача отвергнутый ребенок.

Мне понадобилось пять лет личной терапии, чтобы признать тот факт, что мама никогда не любила и не полюбит меня. Не стоит проецировать детские мечты на окружающих людей, оправдывая чужие ожидания, стараться изо всех сил быть хорошей и послушной в надежде заслужить любовь.

Я повзрослела, когда ощутила, сколько агрессии скопилось во мне от несбывшихся фантазий, иллюзий, отчаянных попыток получить материнскую любовь от мужчин. И отчаянные головорезы, отвергающие нормы и правила общества, – это моя Тень, вскормленная безусловным послушанием матери.

Пустота – следствие коррозии души, сжигающей агрессии от унижения и бессилия пережитых в детстве. Но не менее важным этапом исцеления стало прощение и принятие матери, ее детской драмы сироты времен Великой Отечественной войны.

Из детской психологии ушла не только потому, что выросли мои дети, но еще и потому, что посчитала, что все сделала для мамы и своего раненого ребенка. Моя программа по формированию эмоциональной компетентности у детей-сирот дошкольного и младшего школьного возраста была внедрена в 39 детских домах Москвы и области. Проективная методика исследования личности ребенка «Расскажи историю» – в списках обязательной литературы университетских программ, ежегодных справочниках по психодиагностике, но, пожалуй, самое главное – ее используют судебно-медицинские психологи, диагностируя малолетних преступников.

Как это часто бывает и вполне соответствует архетипу раненого целителя, сама стала психотерапевтом. Моими первыми клиентами были дочь гения, обласканного вождями (что там Дима Билан, приглашенный за 10 000 у.е. на день рождения с одноклассниками, там класс формировался из детей ближайшего окружения), и «нижний» в БДСМ. И оба были по-своему несчастны. Причина внутренних конфликтов – в подавлении агрессии, чрезмерном послушании, страхе перед Отцом и жестокой матерью.

Начала писать, и творчество стало катарсисом. Явственно ощущала, что несу в себе энергию запретных тем, о которых не принято говорить вслух, но это совсем не означает их отсутствия в социуме. Твердо знала, что исключения лишь подтверждают правила. Мы все в той или иной степени дети Луны, а отрицающие личную Тень безжалостны к другим, именно из таких «святош» вырастают инквизиторы.