Чтение онлайн

— Водка с тоником и пиво сейчас принесу. — Парень идет за нашими напитками, но останавливается, оборачивается и прищурившись смотрит на меня через барную стойку. — Эй. Ты не один из парней Колтера?

Я киваю.

— Я Дрю. — Протягиваю руку через бар, чтобы пожать его. — Приятно познакомиться.

— Я Диллон. Большой поклонник твоих братьев, и твой, конечно. Ты один из близнецов, верно?

Я снова киваю.

— Да, один из близнецов.

— Это чертовски круто! Что ты делаешь в городе? Разве вы, мальчики, не играете за Висконсин?

— Свадебная вечеринка.

Его взгляд скользит поверх моей головы и шарит по комнате, пока он не замечает стайку девушек, одетых в белое, с лентами подружек невесты, но, с другой стороны, сегодня вечером здесь проходят и другие девичники, так что наш ничем не отличается.

— Понял. — Он постукивает тремя пальцами по барной стойке. — Я принесу вам напитки.

Губы Тесс шевелятся, но я не могу расслышать, что она говорит, поэтому наклоняюсь.

— Что?

— Я сказала, что, должно быть, приятно, когда тебя узнают.

Я пожимаю плечами.

— Эм. Иногда, но не всегда. — Я делаю паузу. — Ты что, не видела, как та цыпочка Сисси отреагировала на меня? Такое дерьмо случается в большинстве случаев, и тогда не очень-то приятно, когда тебя узнают.

— Она тебя не узнала. Она просто людоедка. — Тесс смеется. — Она со всеми такая, без обид.

Диллон приносит два напитка и ставит их на барную стойку.

— Это за счет заведения.

— А в таких случаях приятно, что тебя узнают? — Она помешивает свой коктейль тонкой черной соломинкой, покачивающейся туда-сюда в бокале, и тычет концом в лайм внутри.

— Думаю, да. — Я достаю из бумажника десятидолларовую купюру и шлепаю ее на стойку в качестве чаевых. — Спасибо, чувак. — Я поднимаю бутылку пива, наклоняю ее в его сторону в знак признательности, а затем стучу ею по бокалу Тесс. — Итак выпьем.

— Выпьем за что? — Она отпивает глоток.

— Выпьем за... черт, не знаю. За то, чтобы расслабиться и повеселиться?

— Я выпью за это, но не похоже, чтобы ты расслаблялся и веселился. — Она смеется, оглядывая меня с ног до головы и видимо оценивая меня как немного скучающего.

— Что мне нужно сделать, чтобы выглядеть так, будто я веселюсь?

— Не знаю. Можем вернуться на танцпол, и покажешь мне на что способен.

— Показать на что я способен? Дорогая, у меня ничего нет.

Тесс хихикает, я в этом уверен. Я не слышу, но вижу, как загораются ее глаза.

— О, я бы не сказала, что у тебя ничего нет. У тебя много чего в запасе. — Девушка снова хватает меня за руку, как и раньше, тянет за собой в сторону чертова танцпола. Заставляя меня задуматься, зачем я открыл свой тупой большой рот.

Звучит песня о рыбалке в темноте — песня, старая как мир, но ставшая классикой кантри, — и люди вскидывают руки в воздух, крича и притопывая ногами в такт мелодии, выкрикивая слова припева, большинство фальшивя.

Так чертовски весело.

Я чувствую себя гигантской глыбой среди невысоких людей, возвышаясь над большинством из них, пока танцую и пою, потягивая пиво, чтобы еще больше раскрепоститься.

И позвольте мне уточнить: два пива не помогут мне ни опьянеть, ни тем более напиться, особенно когда я потею.

На этот раз, когда темп песни меняется, я не ухожу с танцпола.

Я смотрю на Тесс, а она поднимает на меня глаза и кладет мою руку на свое бедро, в то время как свободной рукой скользит к моему плечу.

Ну что ж. Похоже, мы танцуем медленный танец.

ТЕСС

«КАК ТАК ПОЛУЧИЛОСЬ, ЧТО Я ДО СИХ ПОР ОДНА?». РЖУ НЕ МОГУ. СКОРО ТЫ ЭТО УЗНАЕШЬ, СИДИ СМИРНО, ПРИЯТЕЛЬ.

— Это похоже на выпускной. — Я улыбаюсь Дрю, чтобы не создавать неловкости, и шучу о том, как странно это выглядит, хотя на самом деле это совсем не странно.

— Выпускной? Слишком официально.

— Ладно, может, встреча выпускников?

— Все равно слишком официально.

Я смотрю на него прищурившись.

— Ты вообще ходил на танцы в старших классах?

— Нет. — Он смеется. — Ну, нет. Это не совсем правда. Мама несколько раз заставляла нас наряжаться, чтобы узнать, каково это — фотографироваться перед танцами. У нее не было девочек, и ей всегда казалось, что она что-то упускает.

— Бедная ваша мама, застряла с вами, четырьмя монстрами.

Он издал низкий свист.

— Да, с нами было нелегко, но, если честно, я никогда не доставлял ей особых хлопот. Даллас и Дрейк были худшими.

Я слышала о неприятностях, которые они доставляли в подростковом возрасте. Даллас Колтер, его второй по старшинству брат, был легендой нашего городка по части озорства. Есть песня в стиле кантри о том, как парень разрисовал водонапорную башню, и Даллас Колтер в качестве шалости старшеклассников пошел и сделал то же самое, нарисовав на ней свой футбольный номер, как какой-то идиот.

— Серьезно. Кто рисует свой собственный номер на водонапорной башне и надеется, что его не поймают?

Дрю прекрасно понимает, о чем я говорю.

— Знаешь, как разозлился наш отец? Господи, Далласу чертовски повезло, что его не отчислили и позволили закончить школу, но только потому, что команда шла на чемпионат штата и не хотела проиграть.

Я поджала губы.

Вот что я ненавижу в этом городе: к футболистам относятся как к чертовым королям и святым, даже когда они ведут себя как мудаки и засранцы и занимаются таким дерьмом, как разрисовывание государственной собственности. Неужели в наше время им все еще должно сходить с рук такое дерьмо?

Нет, не должно.

— Что твоя мама делает в эти выходные?

Дрю пожимает плечами.

— Наверное, путешествует. Мой брат на тренировке, а его невеста присматривает дома в пригороде, так что, думаю, она проведет выходные в Далласе. Она не знала, что я возвращаюсь домой. Я не хотел жить под ее крышей, ведь она бы точно назначила мне комендантский час.

— Ух, это буквально та же причина, по которой я не хотела проводить выходные дома. Я остаюсь у Миранды, которая пропала.

Его глаза расширились.