Как повываешь?
Шрифт:
— Да. Вы случайно не знаете, когда она приехала? Я пытаюсь устроить для них сюрприз, но никто толком не может сказать, когда они впервые встретились или, во всяком случае, когда она впервые переступила порог замка.
Его выразительное, безупречно красивое лицо скривилось в какой-то странной улыбке — я не могу понять, искренняя она или натянутая. Впрочем, возможно, я ошибаюсь в своих предположениях. Сложно не чувствовать себя сбитой с толку и слегка ошеломленной рядом с человеком, на кончике мизинца которого денег больше, чем на всем моем банковском счете.
Я кладу руку на грудь.
— Оу, это так мило, но она приехала раньше меня. Думаю, где-то на неделю раньше, но мистер О'Дойл наверняка знает точную дату.
Светлые брови Фрэнка сходятся вместе, образуя складки на лбу, пока мужчина ерзает на стуле.
— Вообще-то, я хочу удивить и его тоже. Не знаю, в курсе ли ты, но он и Влад очень близки, можно сказать, как братья.
Я натягиваю улыбку, вспоминая, как впервые зашла на кухню и застала их в тот момент, когда они натирали друг другу спины лосьоном для загара. Да, пожалуй, они очень близки.
— Да. Я тоже так подумала, — отвечаю я неловко, прикрывая смущение натянутым смешком.
— Отлично. Тогда пусть это будет нашим маленьким секретом. Ты случайно не знаешь, были ли еще гости в то время? Не хочу никого упустить.
Я напрягаю память, пытаясь вспомнить, и качаю головой.
— Нет. Я точно помню, что была только Обри. Она приготовила ризотто, которое я тогда нашла в холодильнике.
Мои щеки вспыхивают. Ему плевать на это глупое ризотто, Уитли.
— Большое вам спасибо, мисс Уитт. Было приятно пообщаться.
Фрэнк встает, и мне приходится задирать голову, чтобы посмотреть на него — кажется, он вот-вот заденет люстру. Ладно, может, не совсем, но с моей точки зрения он выглядит как Кинг-Конг, а я рядом с ним словно зубочистка… просто слишком огромный.
— Радa была помочь.
Дверь библиотеки закрывается, и я оседаю в кресле, вздыхая с облегчением, осознав, что у меня еще есть пара часов до того, как нужно будет идти на кухню. Я вытаскиваю книгу из-под подушки и снова пытаюсь погрузиться в чтение, игнорируя мысли о том, чем может сейчас заниматься Коннор. Я издаю стон, когда с очередной страницы в глаза бросаются слова «член» и «узел», пробуждая бурю желания в животе.
После того, как я пытаюсь прочитать одно и то же предложение пять раз, из меня вырывается звук — нечто среднее между хныканьем и рычанием, — и я подношу открытую книгу к лицу. Я откидываюсь на спинку стула, злясь на себя.
Нужно что-то с этим делать.
Глава 21Коннор О'Дойл
?
Лаешь не на то дерево.
Я рычу на телефон, желая, чтобы Джекилл наконец ответил. Конечно же, этого ублюдка нет на связи именно тогда, когда я испытываю самое странное и сильное влечение к женщине за все свои триста лет.
Я:
Где ты?
Я смотрю на светящийся экран, гадая, что могло его задержать. Напуган до смерти — вот подходящее и точное описание моего текущего состояния. Кожу на предплечьях покалывает при одной мысли о ней, и я начинаю беспокоиться о том, как сильно меня меня сломает, если все пойдет не так.
Шаги гулко раздаются по мраморному полу, пока я торопливо направляюсь в кабинет. Я чувствую, что какая-то связь уже формируется, и понятия не имею, как это остановить. Все признаки на лицо, и эта идея с каждой секундой кажется все менее абсурдной. Но что, если Уитли не примет связь? А еще хуже — что, если она узнает, кто я на самом деле, и сбежит в ужасе?
Моей паре все равно придется узнать правду — я бы не смог этого скрывать, но Уитли совсем не похожа на ту, кто спокойно воспримет что-то странное или паранормальное. Она пугается даже аниматроников в замке.
Я включаю свет, заходя в кабинет и закрывая за собой дверь. Свет озаряет Фрэнка, сидящего за моим столом, уставившись в экран ноутбука.
— Привет, Дойл.
Черт возьми. Последний человек, которого я хотел бы сейчас видеть.
Держу пари, запах Уитли все еще на мне, и судя по тому, как его глаза следят за каждым моим движением, ясно, что он что-то подозревает.
Я сомневаюсь, что этот дубина вынес урок после истории с Владом. А если нет, то он прекрасно знает, насколько я могу быть жестоким, если он попытается вмешаться, как тогда с Обри. У Фрэнка, конечно, вспыльчивый характер и горячий нрав, но мои зубы и когти опаснее.
Но даже это не избавляет меня от тревоги, что он может что-то задумать.
— Что ты тут делаешь, Фрэнк? — спрашиваю я, не дожидаясь ответа и направляясь к бару за выпивкой.
Как он вообще попал в мой кабинет — вопрос, о котором я даже думать сейчас не собираюсь. У Фрэнка свои методы.
— О, да так, кое-что, — бормочет он.
Я открываю мини-холодильник, и лед звякает, когда я бросаю пару кубиков в стакан. Звук выдергиваемой пробки от бренди подчеркивает напряженность в комнате, и я молча наливаю себе на два пальца.
— От тебя пахнет нашим шеф-поваром, Дойл, — говорит он с хитрой ухмылкой. — Не спишь ли ты со своими подчиненными?
Наши взгляды встречаются, и я наклоняю голову, наливая ему выпивку.
— Ну и что с того? — спрашиваю я, ставя стакан перед ним. — Я парень с определенными нуждами, а до ближайшего города час езды. Оставь меня в покое.
Фрэнк поднимает бровь, и кожа кресла скрипит, когда он откидывается назад.
— Все весело и забавно, пока ты не обзаведешься парой, — тянет Фрэнк, наконец обхватывая стакан толстыми пальцами. — После того, что случилось с Владом, я волнуюсь, что ты позволишь какой-то человеческой девушке вскружить тебе голову.
— Да пошел ты, — отвечаю я, закатывая глаза, чтобы скрыть, как они распахнулись от ужаса.
Он усмехается — звук глухой и зловещий, заставляющий волосы на затылке встать дыбом.
— Ты весь пропитан ее запахом, как и она твоим. К счастью для тебя, все, что нужно — это не показываться ей на глаза во время ночных пробежек. Мне плевать, с кем ты спишь, если только ты не раскроешь, кто мы такие, и не свяжешься с ней навсегда. Думаю, она сбежала бы в страхе, а тогда мне пришлось бы вмешаться.
Я не удивлен, что Фрэнк следит за моими передвижениями, но мысль о том, что кто-то может увидеть мою другую сущность, заставляет кровь стынуть в жилах. Если Уитли увидит меня…