Как приручить джигита
Шрифт:
– Ладно, – Дамир отстраняется и помогает мне подняться. – Мы остались без сладостей. Что ты там хотела приготовить на завтрак?
Порывшись в холодильнике, делаю ленивый хачапури на сковороде из лаваша, зелени и сыра. Пока я колдую над плитой, Дамир варит нам новый кофе.
Завтракаем, сидя друг напротив друга.
– М, – откусив хрустящий хачапури, с интересом рассматривает его Дамир. – Вкусно. Не знал, что так можно.
– Когда лень или нет времени готовить, много чего можно, – усмехаюсь довольно. Мне приятно, что он меня хвалит. Кажется, искренне.
А после завтрака нам все же приходится собираться, потому что я не отпросилась и работу никто не отменял. Сборы, конечно, проходят не очень быстро – мы то и дело отвлекаемся друг на друга. А у меня голова идет кругом от нашей близости, от нашего бесконечного романтично-нежного общения.
Мозг утопает в сладкой эйфории и отказывается думать о более насущных вопросах. А надо бы. Но как можно о чем-то думать, когда Дамир приносит из машины белье, о котором мы вчера напрочь забыли и заставляет все примерить еще раз?
Когда машина паркуется возле бизнес-центра, где располагается наш офис, Дамир выходит, чтобы помочь мне выбраться.
– Спасибо, – улыбаюсь, оказываясь на земле. – Хорошего тебе дня.
– Пойдем, я тебя провожу, – внезапно подмигивает он и, взяв меня за руку, идет к зданию.
– Зачем? – подозрительно кошусь на него.
– Мне нужно поговорить с твоим начальником. – пожимает плечами Дамир.
– Зачем? – испуганно выдыхаю, вспомнив вчерашний инцидент с трусами, и даже останавливаюсь.
– По поводу твоей поездки с Ромой в больницу. – успокаивает меня он.
– Да я сама поговорю, – смущаюсь.
– Нет. Это не женский разговор. – обрубает, и я со вздохом покоряюсь. Не женский так не женский. Все равно я вряд ли смогу его переубедить.
На входе охранник записывает данные Дамира и выписывает ему пропуск. Пока поднимаемся на лифте, целуемся.
– Вот здесь я работаю, – открываю дверь и захожу в наш кабинет.
Дамир заходит следом и здоровается с удивленными девочками. Из двери своего кабинета выглядывает напряженный Лев Андреевич с… заметной ссадиной на скуле. Судя по его взгляду, Дамира он точно не ждал.
– Здравствуйте, – скинув куртку, идет в его сторону мой джигит и, спустя несколько секунд, они скрываются в кабинете.
– Откуда у него синяк? – шепчу, обернувшись к Зое.
– А почему ты у меня спрашиваешь? – едва не подскакивает она. – Иди у него спроси!
– Ну, – теряюсь, – просто ты с ним уходила вчера. Я подумала, что, может, он к тебе приставал, а ты ему звезданула.
– Нет, – надувает Зоя губы и прячется за монитором, делая вид, что усиленно работает.
Перевожу взгляд на Таню, а она лишь молча пожимает плечами.
– Твой-то зачем к нашему Королю-Льву пришел? – уточняет она.
– Козлу-Льву, – шепчет обиженно Зоя.
Хихикаем, но с расспросами пока больше к ней не пристаем.
– Дамир нашел Роме клинику, где лечат алалию, но мне нужно уехать на несколько месяцев тоже. Сказал, сам с начальником хочет обсудить этот вопрос.
– Вот это мужик, Юль, – улыбается Таня. – Не упусти.
– Да я-то что? – вздыхаю. – У нас… пока все на уровне приятного времяпрепровождения. Замуж меня никто не звал.
– Ну, “замуж”, – усмехается она. – Вы всего ничего знакомы. Просто помаленьку, полегоньку приучай к себе. Приручай. Так, чтобы думать ни о чем больше не мог.
– Как-то у нас с ним наоборот выходит, – закатываю глаза. – Это я ни о чем думать не могу. Про него я пока не так уверена.
– Да запал же, ну. – подмигивает Таня. – Видно. Правда, плохо, что ты уедешь надолго. Но, если твое, то дождется.
А если “не мое”?
Готова ли я к тому, что будет после, если Дамир – не мое? Я ведь уже его, с головы до ног. Увязла. И я очень хочу, чтобы Лев Андреевич отпустил меня на реабилитацию с сыном и в то же время боюсь, что это станет началом конца наших отношений с Дамиром. И сердцу не прикажешь, как на зло.
Включаю компьютер, стараясь унять волнение, но из кабинета довольно быстро выходят Дамир и начальник. Они останавливаются возле моего стола, а у меня сердце ухает в пятки, будто сейчас реально решается моя судьба.
Глава 39. Тыква
Молча смотрю на Дамира и Льва Андреевича.
– Ну, что, мать года? – вздыхает начальник. – Я же спрашивал у тебя вчера, болеет ли у тебя ребенок, а ты что мне ответила?
– Алалия – не болезнь, – возражаю. – Это просто отсутствие речи по неизвестным причинам. Я думала, что вы меня спрашиваете про сопли и температуру.
– Блин, да лучше бы соплями и температурой болел, – потирает лицо ладонями Лев Андреевич. – Ладно. Три месяца больничного!.. Ты потерпишь? – и смотрит на Таню.
– В смысле? – оборачиваюсь на нее ошарашенно. – Ты что, увольняешься? Или в отпуск?
– Увольняюсь я, девочки, – вздыхает Таня. – Буду детьми заниматься. Но, пока Юля с Ромой будут в больнице, подстрахую, конечно.
– Вот это новости, – вздыхает Зоя.
– Да не бухти, – морщится начальник. – Тебя ожидает карьерный рост.
– Угу. Спасибо. А что не Юлю? У нее опыт больше. – бурчит она, снова зависая глазами в мониторе.
– А у Юли все больше, – хмыкает он, но тут же становится серьезным, поймав на себе быстрый взгляд Дамира. – А еще, как ее там… алалия. Пусть ребенком занимается. А ты за это время перенимай опыт коллеги. Три месяца тебе. А ты, Юля, – смотрит он на меня, – бери больничный и лечи ребенка. На твоем трудоустройстве это никак не скажется.
– Спасибо, – вздыхаю.
– Пойдем, проводишь меня? – просит Дамир.
Кивнув, встаю из-за стола, и мы с ним выходим за дверь.
– Большое тебе спасибо, – с тяжёлым вздохом останавливаюсь возле лифта.
– Юля, я не понимаю, ты не рада? – хмурится Дамир.
– Я рада, – натягиваю улыбку и стараюсь выглядеть позитивно. Я же умею делать вид, что у меня все хорошо. – Просто, это очень волнительно.
– Не бойся, я буду рядом. – улыбается он, приобнимая меня, и заходит в лифт. Машет мне на прощание, когда закрываются двери. – До вечера.
– До вечера, – вздыхаю и плетусь обратно.