Чтение онлайн

– А, – словно теряя интерес, отмахивается мама, – так какой же ты нерусский?

– Так я русский, – усмехается Дамир, – Дагестан – это же Россия.

– Да? – удивленно хмыкает она.

– Ага, – в голосе Дамира слышится веселье. – Уже лет двести.

– Ну, ладно, уговорили, – вздыхает мама. – Рома, доедай суп давай.

Ромка морщится и качает головой. Отодвигает тарелку. Наелся.

– Не лезет? – усмехается мама. – А торт влезет, да?

– Не хочет – пусть не ест, – Дамир забирает у Ромы тарелку с остатками супа и, не вставая, переставляет ее на разделочный стол, а у меня даже челюсть отвисает. Нет, я, конечно, тоже бы именно так и сделала, но не ожидала от Дамира того, что он пойдет наперекор моей маме. Я бы с его мамой побоялась спорить.

– Желудок испортит, – бухтит мама.

– Не испортит. – мягко отрезает Дамир и гладит Рому по голове. – А вот если будет переедать, то испортит.

И мама открывает рот, чтобы возразить, но ничего не говорит и встает.

– Торт надо порезать, – смотрит на меня и лезет в холодильник, а я облегченно выдыхаю, потому что подумала, что она обиделась и сейчас демонстративно уйдет из-за стола.

– Борщ очень вкусный, Юля, – Дамир встает и убирает свою тарелку в раковину. – Спасибо.

– Может, добавки? – предлагаю.

– Нет, я тоже поберегу место для торта, – улыбается Дамир и включает воду.

– Да садись ты, чего вскочил? – смущается мама. – Что мы, посуду не помоем?

– Мне не трудно, – отзывается он, но она буквально отбирает у него губку и заставляет сесть обратно.

– Две бабы в доме, а он собрался посуду мыть. – ворчит мама сердито и ставит торт в центр стола.

– Женщины, – мягко поправляет ее Дамир.

– Женщины, – бубнит она себе под нос тихонько и накладывает торт. – Женщины – это когда в мехах и золоте. А когда в переднике – бабы.

– Понял. Исправим. Меха какого размера нужны? – Дамир обаятельно улыбается и, кажется, окончательно сбивает ее с толку, потому что мама просто садится и молчит, глядя на него.

– Давайте пить чай, – пытаюсь вывести разговор в нейтральное русло, потому что боюсь, что кто-то из них вот-вот психанет.

Ставлю на стол чашки, достаю блюдца.

– Ты какой-то неправильный. Другой бы просто украл. – усмехается мама, переварив, видимо.

Смущенно краснею, понимая, что речь обо мне. Оборачиваюсь и зыркаю на нее сердито из-за спины Дамира.

– А можно? – парирует он.

– Да забирай, – с царской щедростью разрешает она. – Сам вернешь через неделю.

Дамир хмыкает и больше ничего не отвечает.

– Спасибо, мам, что за шубу, а не за барана, – усмехаюсь и ставлю на стол блюдца.

– Да где он их возьмет в Москве? – хитро щурится она.

Пьем чай. Рома быстрее всех расправляется с тортом и убегает в комнату, а потом приносит на кухню коробку с конструктором и молча берет Дамира за руку.

– Тебе помочь собрать вертолет? – уточняет Дамир, а Рома кивает. – Ну, пошли.

Они уходят, а я смотрю на маму и вздыхаю.

– Ну, что? – усмехается она.

– У нас цыган в роду не было по материнской линии? – встаю и собираю со стола посуду.

– Опять недовольная, – ворчит она, помогая убрать. – Видно же, что мужик не простой и глаз на тебя положил.

– И поэтому надо его разорить? – усмехаюсь. – Чтобы пожалел о своем выборе?

– Мужик в женщину должен вкладываться, – назидательно грозит мне пальцем мама, будто сама всю жизнь не ходила в одной юбке.

– Дамир Роме больницу нашел, – вздыхаю, составляя посуду в раковину. – И оплатил. А ты ему про шубу.

– Да я же пошутила, – хмурится. – Вечно слова при тебе не скажи.

– Ага, – усмехаюсь и, сполоснув тарелки, вытираю руки.

Прибравшись, захожу в детскую. Дамир и Ромка сидят на полу и потрошат пакеты с конструктором. Дамир бросает на меня взгляд и хлопает ладонью по полу рядом с собой.

– Иди к нам? – улыбается.

Присаживаюсь рядом и беру в руки инструкцию.

– Ты не обращай на маму внимания, – бросаю ему между делом. – Она так шутит у нас.

– Мне кажется, мы поладили, – усмехается Дамир.

– Ну, по крайней мере, ты первый из незнакомых ей мужчин, кого она пригласила за стол, – вздыхаю.

– Да? – удивляется он. – Я польщен. Так какого мама размера? Она не сказала.

– Дамир, да она, серьезно, просто пошутила, – оправдываюсь.

– А я нет, – усмехается он.

– В смысле? – хмурюсь.

– В смысле: сейчас соберем вертолет, и я вас с Ромой забираю к себе. Собирайся.

В горле застывает логичный вопрос: а на каких основаниях?

Нет, то, что мне хочется прямо сейчас подпрыгнуть и бегом побежать собирать свои вещи, это бесспорно. Но…

Кто мы друг другу?

Просто, жить в его доме в статусе девушки, это одно. А быть всего лишь раскрепощенной гостьей – ну, такое себе удовольствие. Хотя, Дамир совершенно не выглядит мужчиной, который пользуется женщинами. Но, мне нужно услышать это все от него. Всем известно, чем любят женщины. Чтобы потом не получилось так, что “я не говорил, ты сама себе все придумала”. Или не оказалось, что это я надавила, требуя признание.

В груди разливается тепло и горечь одновременно.

– Я, – втягиваю воздух поглубже, – я…

Выдыхаю обессиленно и молча смотрю на Дамира.

– Что? – хмурится он.

– Я не могу сегодня, – наконец, собираюсь с мыслями.

Вроде как и не согласилась, но и не отказалась. Мне нужно время переварить и подумать немного.

– Вот дура!.. – слышится в коридоре тихое ворчание мамы и удаляющиеся шаги, хлопает дверь комнаты.

Грустно усмехаюсь.

– Почему? – хмурится Дамир задумчиво, но не перестает принимать у Ромы детали и помогать соединять их.

– Завтра нам с Ромой рано вставать, а собирать вещи и переезжать займет много времени.

Замолкаем. Дамир отвлекается на инструкцию для конструктора на несколько мгновений, но я успеваю перевести дыхание. Не очаровываться, чтобы не разочаровываться. Все верно я сделала. Мы слишком мало знаем друг друга. Непозволительно мало!

– Ну, хорошо, – Дамир отдает Роме запчасть от вертолета и со вздохом поворачивается ко мне. – Я понимаю, что вы привыкли уже к определенному режиму. Сколько тебе нужно времени? Пары дней хватит? Или больше? Неделя?