Чтение онлайн

Она присела на кресло и тепло посмотрела на уставшего принца. Черный балахон, с которым он почти не расставался из-за ухудшившегося состояния, лежал неподалеку, белая рубашка на груди расстегнута, волосы разворошены, как пчелиный улей.

– Уильям, ты делаешь себе только больнее, когда находишься здесь. Разве ты этого не понимаешь?

О, он прекрасно понимал, что так ее точно не забыть. Но дело было в том, что принц и не собирался ее забывать, наоборот, он хотел навечно сохранить в памяти образ той, кто помогала ему в минуты отчаяния, той, что давала советы этикета и знакомила с нужными людьми, той, что учила танцевать и держать маску.

– Уильям…поговори со мной, - Лада подвинулась ближе и взяла руку монарха в свои теплые ладони, - посмотри на меня.

Карие глаза встречаются с бледно-зелеными, но ничего не происходит. Он все также безучастен, все также пуст.

– Ты должен быть сильным, Уильям, ты должен вести народ, должен восстановить былую мощь королевства… Она бы этого хотела.

Принц морщится, как-будто съел нечто противное, а выплюнуть не позволяют манеры.

– Не говори о ней, как об умершей. Лучше вообще не говори о ней…

***

– С прибытием, лорд Ганс. Все мы безумно рады вашему присутствию на сегодняшнем ужине. – Лорд Вайлон склонился, чтобы поцеловать руку патриарха, но тот отмахнулся от него, как от вшивой собаки.

– Где Уильям? – холодный официальный тон приправленный капелькой высокомерия злили гордого министра, но виду он не показал.

– Прошу следовать за мной. – Они прошли по широкой лестнице с изумительными перилами, заказанными за баснословную сумму у соседнего королевства. Но, чего не сделаешь ради сохранения величия замка. – Ваше высочество. – Поклон при виде Уильяма, - нам навестил патриарх, ваше величество, кхм…

Уильям выглядел гораздо бледнее и слабее, чем был, когда они встречались впервые, но Ганс не подал виду, что удивлен этим.

– Ваше высочество, - два могущественных человека обменялись скупыми кивками и синхронно посмотрели на притаившегося в дверях министра.

– Вайлон, чаю. Принесите гостю, проделавшему такой длинный путь, чаю.

Только после того, как ненужный свидетель скрылся из виду, мужчины расслабились. Сидя на мягких креслах, обитых бархатом, наслаждаясь вкусно сваренным чаем, они вели своеобразную беседу:

– Так, чем могу служить церкви? – карие глаза принца выглядели несколько усталыми, на взгляд патриарха, да и вообще Уильям выглядел больным, но сейчас не время обсуждать болячки.

– Я хотел предупредить вас, мой дорогой друг. По соседним королевствам пошел слух, что поддерживать вас – бессмысленно. Говорят, что вы тяжело заболели, смертельно заболели… Эрика Крула, мальчишку, который претендовал на трон, поместили в церковь и заставили принять сан. Многие считают, что Петро скоро устранят, а его прелестную женушку, скорее всего, отправят в монастырь или в Темницу Грез…

– А меня, получается, медленно травят, – принц устало потер переносицу и сморщился от жуткой головной боли, которая присутствовала в его жизни теперь ежедневно, - но зачем тогда вообще было доставать меня из привычной среды обитания? Я ведь не просился на трон!

Ганс печально усмехнулся, но ответил:

– Они надеялись, что, сделав все по завещанию прошлой королевы, получат необучаемого юнца. Мальчишку, которого нельзя будет даже представить изысканному обществу,… Но Амелия…прекрасная дама, не заслуживающая Темницы Грез из-за неудачной женитьбы, смогла все испортить, приручив зверя…приручив Вас, мой дорогой друг.

Печальные глаза принца на миг стали еще темнее и еще печальнее, но Амелия никогда ничего не делала впустую, через миг они вновь посветлели.

– То есть, кто-то, скорее всего из министерства, хочет возвести на трон Гуна? При этом убив меня и устранив остальных наследников, но… как же понять, кто? – Уильям был серьезно обеспокоен, невозможностью себя защитить, но еще большее беспокойство вызывало растущее в душе смятении из-за бессилия. Он не может помочь ей, не может помочь себе, тогда как он поможет своему народу? – А что простые люди?

– Они распространяют листовки. Пара распространителей уже схвачена и повешена, но их это не останавливает. Одна дошла и до меня. Эти люди всем сердцем преданны вам, они благодарны за еду и семена, которые вы им давали в засуху. Они помнят об отмене нескольких казней, спасение их детей от той страшной болезни в прошлом году. Они любят вас, мой дорогой, они будут голосовать за вас.

20 глава.

– Лорд Вайлон, рад вас видеть. С какой целью пожаловали?

– Кхм… мне требуется ваша помощь, патриарх…

***

Интересно, можно ли назвать предателем того, кто всеми силами защищал тебя? Можно ли назвать так того, кто не щадя никого прокладывал тебе путь к олимпу? А почему нет?

Боль, которая так внезапно появилась, уходить не собиралась. Она разъедала его, ранила сильнее всего на свете. Эту боль нельзя было назвать обычной - не душевная, не физическая. Она, будто оплела его сетями и рвала, рвала на части.

– Уильям, представители прибыли.

Мрачные карие глаза смотрели почти с удивлением на вошедшую.

– Лада? Зачем они приехали? – неподдельное удивление приводило в замешательство, но не ее.

– Вы позвали их.

– Ах, да, - принц устало потирает лоб и морщится. Когда он с глухим стоном поднимается с ковра, на котором провел несколько часов в поисках решения возникшей проблемы, то выглядит слегка безумным.

– Ваше величество, с вами все в порядке?

– Прекрати, Лада, не нужно церемоний. – Мужчина накидывает черный плащ с глубоким капюшоном и скрывается в нем.

– Ты прячешься…

– Отстраняюсь.

– Мы хотим защитить вас, ваше величество.… То нападение, где погибла почти вся ваша личная охрана, было неожиданным для нас. Никто из информаторов не знал о готовящейся атаке, а это значит, что кто-то еще, на стороне помогает министрам. Вам нужно быть осторожнее, ваше сиятельство. Мы очень переживаем за вашу сохранность…

Уильям морщится непроизвольно, его не радует новость о том, что кто-то желает ему смерти. Его также не радует желание этих людей помочь, потому что эта битва может стоить жизней, кроме тех, что они уже уплатили… Патриарх предупреждал, но Уильям не был готов к такому неприкрытому восхищению.