Чтение онлайн

Я рысью бросилась к книге. Ну… помню. Слово помню. А что значит, не помню. На букву «п» стало быть. Певшень… Пентограмма… Пентакль… Переклад. Пер… Пеф… Пив… Пик… Пир… Поб… О! Подклад! «Предмет, заряженный магией, который тайно подбрасывают в жилище человека или в другое место с целью магического воздействия. Каковое может быть как лечебным, так и зловредным. Определить это можно…»

— А что мне подбросили? — с тревогой спросила я, отрываясь от чтения теории.

— Ну как что? — возмутилась тетушка. — Ну-ка, детка, пойдем! Сама попробуй найти!

Я послушно поскакала назад в лавку.

— И как? — оглядев аккуратные ряды с коробками, поинтересовалась я.

— Как я тебя учила?

Я понятливо закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на потаенной, темной стороне мира. Может, это и была изнанка? Надо будет спросить у тетушки…

— Не отвлекайся! — последовал строгий приказ, и я тут же ему подчинилась.

Повела головой из стороны в сторону, по-прежнему не открывая глаза. Вот в темноте мягко засветились катушки ниток. Стены превратились в гирлянду разноцветных огней. Ух красота какая! И почему я раньше не додумалась на них так смотреть! Полюбовавшись огоньками, я перевела взгляд на другие части лавки. Здесь было мало интересного. Хотя… Я шагнула вперед, с трудом угадывая предметы по их теневым очертаниям во тьме. Подошла к стойке для зонтиков и запустила руку в высокую узкую плетеную корзинку. Потом открыла глаза и с любопытством уставилась на найденную вещь.

Это была маленькая деревянная коробочка, перевязанная серыми нитками. Я потрясла ее, и внутри что-то покатилось и глухо загремело.

— Ох Нинель! — запричитала старушка. — Ох паршивка! Это же она горошки черного перца тебе подложила. И зачаровала.

— Как зачаровала? — испугалась я и положила коробочку на стол.

— Ничего странного не было в лавке?

Как можно понять, что странного, если для меня все вообще странное? Но мозги уже начали работать в нужном направлении, и я…

— У меня все покупатели чихали, когда в лавке находились больше пяти минут. Так это Нинель устроила?

— Она, она, как пить дать! Кто же еще на такую пакость способен?

— Тетушка, а вот вы про Нинель рассказать хотели, но не успели…

— А что тут рассказывать? Она у меня и месяца не проработала, как стала на сторону смотреть. Ее Маврина легко сманила.

— А чем эта Маврина занималась?

— Да чем угодно! Лишь бы деньги приносило. И нитки может зачаровать, как мы, только больше по другим делам мастерица, по злым. Порчу может навести, вольта изготовить, дитя из утробы матери вытравить… Да что угодно, лишь бы платили побольше. Так и работают вдвоем. И тебе решили навредить как конкурентке. Хорошо хоть мелочью мы с тобой отделались. Но это предупреждение было! Ох злыдни!

Я не стала рассказывать тетушке Аниль, что Маврина уже мертва, так что Нинель стала полновластной хозяйкой конкурирующей лавки. Ладно, не на ту напала. Я сама войну объявлять не стану, но в случае чего могу жестко ответить.

— Пойди, детка, и пакость эту изничтожь. Все, как в книге написано. Соль заговоренная у меня там в туеске стоит. Найдешь?

— Найду, — со вздохом согласилась я.

Мне очень хотелось сказать тетушке Аниль, что подклад подбросили в тот момент, когда тетушка еще была в лавке, так что не я проворонила, а мы проворонили. Если не сказать — она сама проворонила. Но спорить с раздраженным привидением я не стала. А то неизвестно, что еще в доме залетает. И я молча отправилась ликвидировать подклад.

Если честно, в свете глобальной проблемы — гибели всего мира — булавочные уколы Нинель мне виделись мелкими и незначительными. Завтра мне предстояло поехать в замок и поговорить с Северином. И вот этот разговор, вернее, его результат, беспокоил меня гораздо, гораздо сильнее, чем все Нинель королевства, вместе взятые.

Перед поездкой в замок я долго крутилась перед зеркалом. Госпожа Тельма работала, не покладая рук, и мне уже доставили два платья. Одно из них, цвета серебристой лаванды, мне понравилось больше всего. На нем были скромные белые кружева, которые делали его особенно изящным. Я погладила рукой перламутровые пуговички на вороте и решила окончательно остановиться на этом наряде.

А еще сегодня я наконец осмелилась надеть шляпку, которую портниха назвала тогда кейперой. Я долго вертелась перед зеркалом, устраивая такую прическу, которая позволяла мне одновременно выглядеть и прилично, и красиво. Да и что теперь скрывать! Вряд ли я испорчу свою репутацию: соседи уже успели ко мне привязаться, клиенты относились уважительно, и ведь по одежке только встречают, дальше все зависит от наших поступков. И скрываться мне больше не от кого — сам герцог теперь покровительствует мне.

Так что, одевшись нарядно и водрузив на голову кейперу, я отправилась на карете, которую прислали за мной, в замок.

Сегодня замковый сад утопал в оттенках зеленого и был свеж и ярок. Прошло не так много дней с моего первого визита к герцогу, но все сильно изменилось. На клумбе у входа ровными солдатиками стояли разноцветные гиацинты, собираясь распустить гроздья ароматных звезд — фиолетовых, голубых, малиновых, белых… Рядом стремительно тянулись навстречу яркому голубому небу тюльпаны, скрывая в еще крепко зажатых зеленых кулаках тайну цветной сердцевины.

Слуга раскрыл передо мной дверцу кареты, и я легко выпрыгнула на брусчатку перед ступенями. Сегодня я входила в белоснежный герцогский дворец не перепуганной девчонкой, решившей, что ей пришел конец, но уверенной в себе хозяйкой ниточной лавки. Мне было ради чего бороться, было ради чего жить. И было что сказать правителю этой земли.

— Тина! — сдержанно поприветствовал меня Северин, когда слуги проводили меня в обеденный зал. Хозяин замка сегодня облачился в бледно-зеленый камзол, расшитый золотом, по плечам были рассыпаны пряди волос, горящих пламенем. Красивый мужчина, ничего не скажешь. Я смущенно поклонилась герцогу, стараясь не смотреть в горящие, как сапфиры, глаза. — Как я рад, что ты приехала! Познакомься с Натаном, моим братом, и Камиллой, его невестой.

Я с недоверием подняла глаза на дракона, но и вправду, его радость не показалась мне натужно-фальшивой. И я даже уловила, кажется, немного восхищения во взгляде герцога. Но не знаю, вдруг это мне только показалось?

— Так это и есть Тина, — расплылся в улыбке мужчина, похожий лицом на Северина.

И я перевела любопытный взгляд на него. Брат герцога с томной грацией подошел ко мне и поцеловал руку.

Натан был слабой копией герцога: если лицо Северина с грубыми, но уверенными чертами дышало властью и пылало огнем тщательно скрываемых чувств, которые лишь порой прорывались в искреннем веселом смехе или гневе, то младший брат, хоть и был более смазлив на лицо, проигрывал старшему во внутренней силе. Казалось, что художница-природа лишь делала набросок, создавая Натана, но во второй раз, копируя рисунок, прошлась уверенной кистью, создавая более выразительный портрет. Младший брат был одет в голубой камзол с кружевами. На лацкане поблескивала алмазная булавка.

Камилла послала мне из-за плеча жениха дружескую улыбку и приложила палец к губам тайком от мужчин. Но я и сама не стремилась поведать присутствующим здесь мужчинам о нашем с графиней знакомстве: мне хотелось иметь в замке Алой Зари тайного шпиона.

Я невольно улыбнулась, глядя на живое лицо девушки, которая, стоило Северину повернуться в ее сторону, изобразила полную наивность и даже туповатость. Ну актриса, хихикнула я про себя. Видимо, с волками… с драконами жить — по-драконьи… м-м-м… Интересно, а какие звуки издают драконы? Пока мне совсем не верилось, что красавец мужчина Северин или его брат могут вдруг превратиться в огромных ящеров — шипастых, чешуйчатых и огнедышащих. Но я же сама видела дракона в небе!