Чтение онлайн

— Держу пари, что ты вообразила, как отрываешь мне хвост. Или…

— Ну почти, — призналась я и проворчала: — Взбучка вам бы не помешала.

— Не груби мне, ведьма! — возвращая свой суровый вид, холодно сказал Северин. Ох и подходящее имечко!

— Да как я могу, ваша светлость! — развела я руками. — Так, сделала пару замечаний.

— Собирайся! — безапелляционно сказал герцог. — Едешь со мной в замок. Есть важный разговор.

— Еще чего! — тут же ощетинилась я. — У меня сегодня были планы. Как на рабочее время, так и на досуг. Да я еще не обедала сегодня!

— Приглашаю на обед!

— Нет!

Глаза Северина удивленно расширились, но тут же опасно сузились. Светлость явно не привык к отказам. А также к равноправию и свободному гражданскому волеизъявлению. Ничего, пусть привыкает, ему полезно!

— Тина! — низким голосом прорычал он.

— Я Тина уже двадцать шесть лет, — парировала я.

— Ты поедешь в мой замок!

— Возможно. Но не сейчас. И не сегодня. И еще! Я требую отдать мне мою тетушку!

— Какую еще тетушку?

— Призрака, которого вы незаконно отобрали!

— Законно конфисковал.

— Пусть так. Короче, тетку верните!

Я вытянула вперед руку ладонью вверх и несколько раз согнула и разогнула пальцы, требуя назад сережку. Кажется, никто не разговаривал так с герцогом до меня. Северин явно пребывал если не в шоке, то в замешательстве. Потом совладал со своими чувствами, хмыкнул и полез в карман плаща. Достал огненный шарик. Держа его одной рукой, другой провел над ним, и огонь потух. Уронил в мою ладонь подвеску. Я с облегчением выдохнула и крепко зажала ее, боясь, что серьгу снова отберут.

— Спасибо, — сухо проговорила я.

— Завтра за тобой заедет карета, — так же сухо, в тон мне, сказал Северин. — Приглашаю тебя на обед в замок. А после обеда у нас будет разговор.

— Я пока ничего не решила, — поспешно напомнила я.

— Я помню, — сказал Северин.

Он последний раз блеснул глазами, кивнул-поклонился и вышел из лавки. Я обессиленно рухнула на стул. Ну и денек!

Подвеска в моих руках обожгла мне ладонь, и я с испугом выронила ее. Но сережка на упала на пол, а повисла в воздухе и разразилась целым снопом разноцветных искр.

Вынырнуло из подвески мое привидение донельзя раздраженное. Пока тетушка Аниль не высказала все, что думает о придворном маге и самом герцоге, она не успокоилась. Все закончилось для нее в карете, когда Северин заключил ее в огненную ловушку. И выбраться из нее призрак не смог. Равно как не мог ни видеть, ни слышать ничего, что делалось «снаружи».

Я коротко пересказала суть нашего разговора с герцогом — что мир, мол, рушится, есть пророчество, что только ведьма, уйдя за грань, может найти причину и спасти мир. Что герцог, мол, просил меня взяться за эту нелегкую работенку. Про умерших в мучение ведьм я говорить не стала. Тема болезненная как для герцога, так и для меня. И тетушку Аниль не хотелось расстраивать. Она и так была на взводе.

— …Ишь что удумал! — вопил призрак, изливая свой гнев на предметы в гостиной, где мы вели разговор.

Стекло буфета дребезжало, посуда в нем подскакивала и звенела. Стопка чистых полотенец, которые я забыла в суете на диване, залевитировала и закружилась в медленном вихре. Полотенца постепенно переплетались друг с другом, пока все не запутались, не упали на диван, где и остались лежать, подергиваясь и копошась, как клубок змей. Половичок на полу, изгибаясь, как гусеница, предпринял попытку удрать из комнаты, но я поставила на него стул, и побег сорвался. Веник так вообще сошел с ума — разбегался и бухался о стену, потом снова разбегался и снова бухался. Короче, вот вам полтергейст в чистом виде. Отсюда я сделала вывод, что барабашки на Земле — это чем-то недовольные призраки, не нашедшие общего языка с хозяевами дома.

— …Нашел себе самого слабого! — возмущалась тетушка. — Да ты в ведьмовском ремесле еще ничего не соображаешь! Да тебе учиться еще и учиться! Ишь ящер! На ребенка насел!

— Я не ребенок, — возразила я. — Мне уже двадцать шесть.

— Я и говорю — дитё несмышленое! Да на такое дело посылать! Да я бы его…

Дальше были угрозы, что бы тетушка сделала с герцогом. Все они, к сожалению, были неосуществимы, поскольку тетушка была мертва, воздействовать на живых никоим образом не могла, да и сила Жерара, не говоря уже о самом драконе, превосходила ее силу ведьмы в разы.

— И вот что тут делать будешь? — пригорюнилась тетушка, когда выпустила пар.

— А что тут можно сделать? — пожала я плечами и пошла аннулировать беспорядок, учиненный призраком. — Согласиться с его предложением.

— Даже не думай, детка!

— Ну, мир сам себя тоже не спасет, — резонно заметила я, и мертвая ведьма не нашла, что возразить. Я поспешила ее утешить: — Но я еще не давала ему своего согласия.

— Вот и не давай! — кивнуло привидение и вмиг распутало полотенца.

Они взметнулись, замелькав в глазах, и снова улеглись аккуратной стопкой. Стопка взмыла и поплыла в сам собой открывшийся нижний ящик буфета. Как же хорошо, что тетушка снова дома!

— Но может, дам, — осторожно добавила я.

— Не смей! — снова заволновалась старушка. — За грань уходить — это тебе не тесемки вязать.

— А что это такое? Вот вы сейчас за гранью?

— Нет, Тина, я не за гранью. Я в мире живых, как и ты. Только уже без тела своего. Одна душа здесь обретается. А когда время придет, уйду из этого мира безвозвратно. Но мир этот изнанку имеет. Ее маги тенью называют. Ходить туда не каждый отважится. Ведьмы могут, а маги и драконы нет.

— А откуда же такое неравенство?

— Не знаю я, Тиночка. Неученая я. Что-то с природой магии ведьм связано. С женской природой. Не спрашивай меня, детка. Только опасное это дело. Не все могут вернуться оттуда нетронутыми…

— Это как?

— А так. Меняются люди. Повреждаются душой. Или вовсе не могут вернуться. Только я ни одной ведьмы не знаю, что туда ходила. Так, слухи тебе пересказываю.

Ну утешила меня тетушка! Я и так напугана до смерти, а тут еще такое. Кажется, только сумасшедший пойдет в эту самую тень. Нет, герцог как хочет, но жить мне еще не надоело. О чем я робко и сообщила тетушке, чем обрадовала добрую старушку.

Она быстро привела дом в порядок. Потом принялась расспрашивать меня о работе. Хвалила за сообразительность и старательность. За то, как я ловко без нее управилась с людскими бедами. Поахала и повосхищалась роскошному свадебному платью, висящему на манекене, что доставили мне от портнихи. Перешла с инспекцией в лавку, и вот тут мне попало на орехи.

— Тина! — возмутилась тетушка Аниль. — Ты как подклад проворонила?

— К-какой подклад? — испугалась я.

— Иди, читай гримуар! Если не помнишь!