Чтение онлайн

Филипп смотрит на меня так долго, что мне становится не по себе. На его лице только суровость, словно я противник за столом переговоров. А разве адвокаты вообще ведут переговоры? Признаюсь, большинство своих представлений об их работе я почерпнула из телевизионных шоу.

Затем он кривит губы.

— Ты используешь на мне голос своего учителя, не так ли?

— Да. Это сработало?

— Нет. Но это было впечатляюще.

— Черт, — говорю я. — Если бы только тебе было пять лет.

Он фыркает и проводит рукой по шее.

— Ты могла бы подарить мне ножницы, и я бы снова был счастлив.

— Обычно я ношу с собой парочку, — говорю я, и это чистая правда. — Иногда у меня также есть клеевой пистолет или блестки. Уверена, ты мне не поверишь, но есть очень мало проблем, которые не может решить немного блесток.

В его темно-синих глазах появился огонек.

— Мне придется подумать об этом, если я в ближайшее время пойду в суд.

Моя улыбка расширяется.

— Судья был бы так впечатлен.

Он проводит рукой по своей челюсти.

— Добавь несколько наклеек в отчеты об уликах.

— Я обнаружила, что золотые звезды могут быть очень мотивирующими.

— Я буду иметь это в виду, — говорит он. Напряжение вокруг глаз исчезло, но вчерашняя улыбка еще не вернулась. Он кивает на книгу, лежащую рядом с моим шезлонгом. — Это твой пресловутый путеводитель?

— Да, — говорю я. Он тянется, чтобы взять его, в то время как на моем языке рождается и умирает протест. Вместо этого я достаю наушники и молча наблюдаю, как он перелистывает страницы.

— Вау, — наконец говорит он.

— Я знаю, как это выглядит.

— По крайней мере, здесь нет блесток. — Он перелистывает сильно аннотированную страницу. — Золотых звезд тоже нет. Но посмотри, ты использовала маркер. Я и не знал, что он пишет на таких страницах.

— Тебе нужно купить особый вид, — пробормотала я.

Он пролистывает очередную страницу. Там есть крошечные флажки, отмечающие важные моменты. Для случайного наблюдателя я должна выглядеть полным безумцем, раз проделала столько исследований перед поездкой.

— Значит, ты действительно изучаешь остров для будущих съемок фильма или чего-то подобного? — спрашивает он. — А медовый месяц — это уловка? Скажи мне правду. Ты действительно под прикрытием.

Я качаю головой.

— Хотелось бы, чтобы так оно и было. Я просто немного зациклилась.

— Я скажу. — Филипп останавливается на особенно аннотированной странице. — Здесь есть звездочки. Смотреть подробнее в… нет. У тебя есть еще информация?

— Просто несколько ссылок в онлайн-документе.

— Из тебя получился бы отличный помощник юриста или ассистент, — говорит он.

— Спасибо?

Он поднимает на меня глаза.

— О, я не имею в виду… просто ты очень внимательна. Это был комплимент. Такое ведение записей впечатляет.

— Спасибо. — Я играю с краем пляжного полотенца, на котором лежу. — Эта поездка стала моим спасательным кругом после всей этой «недосвадьбы», понимаешь? По крайней мере, мне так казалось. Я хотела быть настолько подготовленной, насколько это возможно. Честно говоря, возможно, я немного перестаралась.

Он закрывает путеводитель.

— Ну, ты провела в десять раз больше исследований, чем я. Нет, в сто раз.

Я улыбаюсь.

— Значит, ты не планировал свой маршрут на двоих?

— Боже, нет.

— Значит, это сделала твоя бывшая, — говорю я, снова азартно улыбаясь.

Он качает головой.

— Нет, мы воспользовались услугами профессионала.

Мой рот складывается в крошечную букву "о". Я не могу представить, как жить жизнью, когда для планирования отпуска привлекаешь кого-то другого. Наши пути никогда бы не пересеклись в Штатах. Даже если бы мы жили в одном городе, нас все равно разделяли бы две страны.

— Ого, — говорю я. — Они снабдили тебя собственным путеводителем?

Он фыркает.

— Нет. Просто восемь страниц маршрута с соответствующими деталями бронирования каждой экскурсии.

— А заголовки хотя бы были выделены?

— Нет, — говорит он. — И блесток было шокирующе мало.

Я бросаю на него взгляд, полный насмешливого возмущения.

— Извини, что говорю, но, по-моему, тебя просто развели. Я бы не стала нанимать их снова.

Он усмехается — это первый звук радости, который я от него добилась.

— Точно, — говорит он и снова опускает взгляд на свой телефон. Переворачивает его, потом снова, как будто ему невыносимо смотреть на экран. — Ты любишь ловить рыбу, Иден?

— Рыбачить?

— Да. Удочка, леска, наживка.

— Я знаю, как это делается, — говорю я, и в его глазах что-то искрится. — Но я пробовала это всего один или два раза, когда была ребенком. У моего дяди был домик в лесу, рядом с озером, и мы иногда ходили туда.

— И тебе нравилось?

— Мне было восемь, — говорю я. — Мне нравилось все, кроме брокколи. А что?

— Сегодня днем я планирую еще одно занятие для двоих. Если тебе интересно. — Он наклоняет голову к моему шезлонгу, взгляд ненадолго перебегает с моих голых ног на топик бикини. — Если только у тебя не запланировано важное свидание с солнцем.

— Куда ты собираешься на рыбалку?

— В океан, — говорит он бесстрастным голосом.

Я закатываю глаза.

— Филипп, — говорю я. Его имя кажется интимным на моем языке.

— Меня заберут с пирса «Зимнего курорта».

— О. Вау.

— Это трехчасовая поездка по побережью. Гид специализируется на ловле махи-махи и рыбы-меч. — Он пожимает плечами. — Кто-то сказал мне, что рыба-меч — это особенность Барбадоса, но, возможно, она не провела должного исследования…

Я перекинула ноги через край шезлонга.

— Я пойду с тобой, — говорю я. — Во сколько?

— В три. — Он берет свой телефон и встает, заставляя меня напрячь шею. С этого ракурса он выглядит глупо высоким. — Не сгори до этого времени.