Чтение онлайн

— Подожди секунду, — говорю я. — Мы не можем постоянно накладывать вето. Допустим, мы можем накладывать вето только на каждый… третий вопрос.

— М-м-м. Хорошее предложение. — Он ставит бокал на маленький столик между нашими креслами и складывает предплечья на груди. — Твоя семья знает о том, что ты пишешь?

— Да, — говорю я.

Он тихонько хмыкает, как будто это интересная информация. От этого его голос звучит глубже.

— Верно. Моя очередь. — Я медленно катаю стакан между ладонями; он прохладный от льда.

— Ну, ты меня знаешь, — говорит он. — Я — открытая книга.

Я смеюсь, и в его глазах вспыхивает удовлетворение. Ему нравится смешить меня. Это знание оседает в моем желудке, как горячий камень.

— Возможно, ты наименее предприимчивый человек из всех, кого я встречала, — говорю я. — Ладно, вот один из них. Расскажи мне побольше о своей сестре.

— Правда?

Я делаю рукой движение "продолжай", и он вздыхает так, будто я подвергаю его водной пытке.

— Она младше меня, — говорит он.

— Вы близки?

— Это твой следующий вопрос?

На спинке моего стула висит полотенце. Я хватаю его и бросаю в его сторону. Он ловит его с усмешкой, полуулыбка на его губах грозит вырваться наружу в полную силу.

— Отлично. Она тоже живет в Чикаго. Мы время от времени обедаем вместе.

— Ты сказал, она дантист?

— Да, поэтому я регулярно хожу к ней на осмотры. Думаю, она делает их особенно болезненными специально для меня.

Это заставляет меня улыбнуться.

— Как ее зовут?

— Тесс.

— Она ладила с твоей бывшей невестой?

— Это, — говорит он, — определенно можно отнести к другому вопросу.

— Черт побери, — говорю я. — Адвоката не обманешь.

— Лучше даже не пытаться, — соглашается он. Изучающие глаза встречаются с моими. — Так расскажи мне о своем писательстве.

— Ты настойчивый, — говорю я, опуская глаза к своему бокалу. — Несколько лет назад я написала книгу, и ее опубликовало одно издательство. Но… в общем, она не продалась так хорошо, как они надеялись. С тех пор я пишу в основном для себя.

— И ты пишешь криминальные истории? Расскажи мне сюжет одной из них.

— Это, — говорю я, — уже другой вопрос. А сейчас моя очередь.

Он вздыхает.

— Ты собираешься снова задать последний вопрос, не так ли?

— Да.

— Нет, Тесс не очень-то ладила с моей бывшей невестой.

— О?

— Они были вежливы, — говорит он, — но это была довольно холодная вежливость. У них были совершенно разные интересы. Как я уже сказал… Тесс была счастлива сказать "я же тебе говорила" на днях. Видимо, она никогда не была поклонницей моих отношений.

— М-м-м…

Он сужает глаза, глядя на меня.

— Теперь я вижу, как ты придумала еще десять вопросов.

— Мне любопытно! Ты так много знаешь о Калебе, о катастрофическом конце моих отношений и о том, почему я здесь одна. С другой стороны, я почти ничего не знаю о тебе и твоих отношениях.

— Неправда, — говорит он. — Ты же знаешь, что для медового месяца мы воспользовались услугами отличного организатора путешествий.

Я закатываю глаза.

— Да, это очень полезное знание, спасибо. Пожалуйста, пришли мне ее данные, когда я буду бронировать свой следующий медовый месяц.

— Сарказм, — говорит Филипп, — не работает, если то, о чем ты шутишь, чертовски вероятно.

— О, это маловероятно, — говорю я. — Я покончила со всеми этими свадебными делами.

Он смеется и тянется за своим напитком.

— Точно.

— Нет, это правда. Правда! По крайней мере, на пару лет.

— Угу. — Он делает долгий глоток своего напитка. — По крайней мере, на пару лет. — Скажи мне, что у тебя дома мужчины не выстраиваются в очередь, чтобы встречаться с тобой.

Я пристально смотрю на него.

— Эм, у меня действительно нет мужчин, которые выстраиваются в очередь за мной дома.

— Или ты просто не очень хорошо умеешь их замечать, — говорит он.

В его взгляде есть напряженность и что-то еще — вызов?

— Мой следующий вопрос. Как холостые мужчины вокруг тебя отреагировали, когда ты сказала им, что отменила свою свадьбу?

— Я не знаю. — Я впилась зубами в нижнюю губу. Что за вопрос. — Не то чтобы я регулярно общалась с дюжиной одиноких мужчин моего возраста, знаешь ли. У меня нет гарема из них на быстром наборе.

— И все же, — говорит он. — Ты должно быть шутишь. Есть друзья твоих друзей.

— Нет.

— Парни с работы?

— О. Ну…

— Бинго, — говорит он и откидывается назад. На его лице написано удовлетворение. — Ты выйдешь замуж в течение пяти лет.

— Что это за предсказание?

— Значит, на работе есть парень? Расскажи мне о нем, — говорит Филипп. В его ровном голосе звучат шелковистые нотки, нотки убеждения, и я думаю, не так ли он говорит, когда ведет переговоры.

— Эндрю, — говорю я, нахмурившись. — Он преподает математику ученикам четвертого класса. Мы коллеги и друзья.

— И как друг, — говорит Филипп, — как он отреагировал, когда ты сказала ему, что бросила этого придурка?

Я сдвигаюсь на стуле в патио.

— Как обеспокоенный друг. Он спросил, что случилось, и сказал, что будет рядом, если… Черт возьми, Филипп, теперь я сомневаюсь, что он имел в виду под этими словами!

На его губах появилась ухмылка.

— Все, что я хочу сказать, это то, что если я направлю тебя в туристическое агентство, ты получишь солидную скидку. Вы с Эндрю могли бы использовать ее для следующего медового месяца.

— Спасибо, — мило говорю я. — Пожалуйста, пришли мне подробности по электронной почте. И еще, когда тебе понадобится шафер на следующую свадьбу, дай мне знать. Потому что я ни на минуту не поверю, что у тебя нет наготове списка телефонных номеров привлекательных двадцатилетних девушек.

Обе брови Филиппа поднимаются. Он снова наклоняется вперед, упираясь локтями в колени, и устремляет на меня взгляд, словно пытаясь расшифровать Розеттский камень. — Ты кое-что сказала на днях. Я хочу, чтобы ты объяснила, что имела в виду.