Чтение онлайн

Он посмотрел на часы. В Сиэтле 3 часа 25 минут дня, значит, в Лондоне без двадцати пяти полночь. Скотт-Райс, похоже, пребывает в тщеславном настроении после обильного возлияния и, если повезет, наутро протрезвеет и примется посыпать главу пеплом. Том решил выждать пару дней, а потом написать ответ поздно вечером: Скотт-Райс, таким образом, сможет пересмотреть свою «репутацию в Америке» за чашкой утреннего кофе.

— Вот как обстоят дела, приятель. По сути говоря, тебя-то и нет.

Мистер Дон задумчиво посасывал сигару, а пес Скотти виновато глядел на Чика слезящимися глазами.

— Двенадцать баксов в час — вообще неплохие бабки для призрака.

— Пожалуйста?

— Призрака. Привидения. Как там по-китайски? Гвеило. Обхохочешься прямо. Понимаешь, Чик, ты сейчас здесь гвеило и, по-моему, для привидения неплохо устроился. Живешь в тепле, восемь пятьдесят в час получаешь, налом. Ты о Налоговой службе подумал?

— Службе… Иммиграционная?

— A-а, нет, это совсем другая контора. Иммиграционная служба тебя просто хватает и отправляет туда, откуда явился. А налоговики сначала забирают денежки, а уж потом сажают в каталажку. В общем, таких, как ты, Налоговая и Иммиграционная службы хорошенько прижимают с двух сторон, особенно когда такое привидение наглеет и начинает заикаться о двенадцати баксах в час. Понимаешь, о чем я речь веду, приятель?

— Я думать — да, мистер Дон.

Дон откинулся в кресле, пуская дым.

— По-моему, в целом ты очень неглупый малый. Но еще многого не знаешь о разных организациях, которые есть у нас в стране. Иммиграционная служба и Налоговая, Управление по охране окружающей среды, ФБР и Администрация социального обеспечения — я называю только федеральные. А ты еще подумай — в каждом штате, округе и городе имеются свои учреждения. У человека небольшое дело, вот у меня, например, и все эти замечательные службы мешают тебе жить. Даже отлить нельзя спокойно — тут же привяжется Управление по охране окружающей среды. Видишь, я даже с тобой об этом заговорил, приятель, с гвеило, поскольку вляпался по-крупному. Меня могут даже на остров Макнил отправить, и я там проведу всю оставшуюся жизнь. Остров Макнил — тюрьма. Ты про тюрьмы хоть знаешь?

— Да, мистер Дон.

— Так я и думал.

Чика разговор опечалил, поскольку китаец надеялся достичь компромисса, заключить сделку. В последние два дня мистер Дон поручал ему руководить мексиканцами, значит, теперь он — управляющий. Когда мексиканцы снижали скорость работы, Чик их понукал. Под его присмотром они трудились вдвое усерднее, чем раньше. Управляющий должен зарабатывать десять долларов в час, минимум.

Чик накопил уже 1914 долларов 50 центов. Деньги китаец хранил в большом внутреннем кармане, специально вшитом в джинсы. На ночь вынимал их и клал себе под голову.

Новая стрижка и усы творили чудеса: люди на улицах принимали его за американца, причем не за бродягу какого-нибудь. Мужчины теперь видели в нем своего. Теперь он часто замечал: ему улыбаются. Иногда кто-нибудь случайно задевал Чика рукой. Он улыбался в ответ и шел дальше. Плохой, пусть даже и улучшающийся с каждым новым словом английский выдаст его. Тем не менее китаец предчувствовал, что однажды сможет заговорить с одним из многочисленных дружелюбных прохожих.

Но мистер Дон прав. У Чика нет удостоверения, а в этой стране человек без удостоверения далеко не уйдет. У Ласаро оно есть, а ему все равно платят 8.50 в час, так ведь Ласаро туго соображает. Чик знал: у него дела пойдут гораздо лучше, чем у Ласаро, только бы раздобыть удостоверение личности.

27 ноября китаец нашел в «Пост-интеллидженсер» то, что искал. Чарльз Онг Ли, родился 13.02.74 в Такоме, погиб в автомобильной катастрофе на шоссе номер 99. Из разговоров с Ласаро Чик знал, как следует поступить.

Вертолеты прилетели опять.

Из конических окон кабинета Том увидел: восемь или десять штук повисло над центром города, словно стая молодых стервятников над мертвой тушей. Один вроде бы облюбовал Клондайк-билдинг. Том нашел бинокль, еще в первые дни сиэтлской жизни купленный для наблюдения за американскими птицами. Вертолет подрагивал в окулярах, на фюзеляже значилось «ПОЛИЦИЯ». Том занервничал и позвонил Бет.

— А, — спокойно произнесла жена, — демонстрация против ВТО, всего-навсего.

— Против чего?

— Том, люди уже с месяц только об этом и говорят. Против Всемирной торговой организации!

— A-а. Да, я, наверное, слышал.

— Сейчас тут мимо идет процессия старых хиппи. Смотрятся даже забавно. Мадлен Олбрайт точно не сможет из отеля выйти. — Бет засмеялась.

— На улице не опасно, ты уверена?

— Ну, машину я утром оставила в подземном гараже.

— Я не о машине. Я о…

— Конечно, не опасно. Мы отсюда наблюдаем за демонстрацией как с трибуны стадиона. Вот сейчас марширует толпа людей в костюмах черепах.

Том спустился вниз и включил телевизор. Не похоже, что все было так уж безопасно. Напоминает Косово или что похуже. Полицейские в противогазах, со специальными щитами, с трудом сдерживали толпу при помощи слезоточивого газа. Шашка за шашкой разрывалась у ног демонстрантов, и газ окрашивал воздух в желтовато-коричневый цвет. Совершенно непонятно, почему Бет тогда разволновалась из-за убийств на верфи, а к демонстрации относится настолько беспечно. Том посмотрел на экран: благодаря массе бегущих от газа людей, прижимающих шапки и шарфы к лицу, привычные улицы сделались до жути незнакомыми. Перепуганный корреспондент кричал в камеру. Вдруг изображение дрогнуло, и в следующую секунду улица на экране перевернулась вверх ногами.

В студии новостей диктор страшно забеспокоился. «Брайан! Брайан!» — крикнул он, и голова корреспондента на миг показалась снова, потом опять исчезла в потасовке. В кадре бурлила улица, а диктор сообщал: «Сейчас мы слушаем информацию о том, что мэр Шелл объявил чрезвычайное положение…»

Пробивались фрагменты каких-то безумных известий. «Анархисты и мародеры» грабили «Макдоналдс», «Старбакс», «Нордстром», «Найктаун», «Планету „Голливуд“». Господи! Том подумал: если даже «Старбакс» — символ мирового капитализма, то что же такое «НайдиДом. com»?

Он снова набрал номер Бет.

— Здравствуйте, это Бет?.. Бет! — заорал Том, перекрывая шум беспорядков на экране.

— Да, что еще стряслось?

Слова так и выскакивали из него — слезоточивый газ, мародерство, чрезвычайное положение.На другом конце провода Бет нетерпеливо вздохнула.

— Ты же знаешь, как это СМИ…

— … этиСМИ, — поправил Том и немедленно об этом пожалел.

— Ага, спасибо за урок английского языка. Но, Том, правда, я сейчас чудовищно занята.