Чтение онлайн

В 1854 году цинское правительство приказало войскам Цзэн Гофаня и Ху Линьи направиться на восток – против Тайпинского государства. Ожесточенные бои в 1854–1856 годах шли с переменным успехом. Сянская армия набирала силу. В марте 1853 года 30-тысячная цинская армия подошла к Нанкину и создала вблизи него сильно укрепленный Южнобережный лагерь. Сковав тайпинские войска в районе Нанкина, цинским стратегам удалось ослабить их удар по Пекину, который кончился провалом. Международная ситуация в 1856–1860 годах оставалась крайне выгодной для Тайпин Тяньго. В своей внешней политике тайпины выступали за равноправие и взаимовыгодную торговлю с западными державами; на территории Тайпин Тяньго была запрещена лишь торговля опиумом. Западные державы поначалу стремились использовать борьбу между тайпинами и цинским правительством в своих интересах. Англия, Франция и США заняли выжидательную позицию и через своих представителей, посетивших Нанкин в 1853–1854 годах, заявили о нейтралитете. В тот период они не сомневались в конечной победе над маньчжурами, и буржуазия Запада связывала с этим надежду на окончательный слом политики изоляции Китая и полное открытие его рынка. Ставка на победу тайпинов при явном ослаблении маньчжурского режима, в свою очередь, побудила державы поторопиться с нанесением очередного удара по династии Цин. Воспользовавшись инцидентом с лодкой «Arrow», Великобритания, а затем и Франция объявили войну Китаю. В 1856–1860 годах силы маньчжурского правительства были отвлечены еще и на участие во Второй опиумной войне.

Вторая опиумная война – война Великобритании и Франции с Цинской империей, продолжавшаяся с 1856 по 1860 год. В 1851–1864 годы в империи Цин шла гражданская война. Формально Великобритания, Франция, США на первоначальном этапе тайпинского восстания соблюдали нейтралитет. Однако на самом деле они уже в 1854 году попытались использовать гражданскую войну в своих целях. Дипломатические представители Великобритании, Франции и США предъявили маньчжурскому императору совместное требование о перезаключении договоров 1842–1844 годов. Державы требовали себе права неограниченной торговли на всей территории Китая, допущения своих постоянных послов в Пекин, официального права торговать опиумом. Цинское правительство отклонило эти требования, но к открытому конфликту это не привело, так как военные силы Великобритании в это время были связаны в войнах с Россией и Индией (сипаями).

Когда Великобритания, Франция и Россия освободили свои силы после Крымской войны, британцы стали искать повод для развязывания военного конфликта в империи Цин. Такой повод нашелся – это было задержание китайскими властями английского судна «Эрроу», занимавшегося контрабандной торговлей. 8 октября 1856 года китайские чиновники взошли на борт лорчи «Arrow» («Эрроу») – китайского корабля (порт приписки – Гонконг), плывшего под флагом Великобритании. Существовало подозрение, что этот корабль занимается пиратством, контрабандой и торговлей опиумом. Двенадцать человек было арестовано, и, несмотря на требования Великобритании, они не были выпущены на свободу. После этого инцидента Великобритания объявила войну империи Цин. В конце октября 1856 года британская эскадра подвергла бомбардировке порт Гуанчжоу. В начале 1857-го в военных действиях также участвовали американские корабли. Вскоре к Англии присоединилась и Франция, избрав в качестве повода для своего вмешательства арест и смерть французского миссионера Огюста Шапделена в провинции Гуанси. Первое сражение за форты Дагу состоялось 20 мая 1858 года. В результате взятия фортов Дагу, прикрывавших вход в устье реки Байхэ, англо-французская эскадра сумела войти в реку, подняться по ней и высадить войска в Тяньцзине. После взятия Гуанчжоу английское и французское командование рассчитывало, что цинское правительство пойдет на переговоры, и потребовало, чтобы китайские комиссары прибыли для переговоров в Шанхай не позднее 31 марта 1858 года. Когда обнаружилось, что никаких китайских представителей к этому сроку в Шанхай не прибыло, английский и французский командующие решили отправиться в Желтое море и попытаться повлиять на пекинское правительство уже оттуда. После прибытия 25 апреля большинства судов к устью реки Байхэ было решено сначала блокировать устье реки и захватить прикрывающие его форты, а затем двинуться вверх по реке и занять город Тяньцзинь. Так как через Тяньцзинь в Пекин по водным путям поступало практически все продовольствие, то это должно было вынудить правительство Цинской империи наконец начать переговоры о мире. Основной целью атаки был выбран форт на правом берегу реки, господствовавший над местностью, но для успеха штурма нужно было захватить и ближайший форт на левом берегу, так как с него можно было обстреливать подходы к правобережному форту. Вечером 19 мая в устье реки, преодолев речной бар, вошло шесть малых английских канонерских лодок с десантом (1188 человек), которые встали на якорь несколько ниже фортов. Утром 20 мая китайскому главнокомандующему было послано предложение сдать форты, в случае отказа в 10 часов должна была начаться атака. В половине девятого канонерские лодки, предназначенные для обстрела фортов, двинулись к назначенным им по диспозиции боя местам. Как только эскадра тронулась, с обоих берегов реки по кораблям был открыт сильный артиллерийский и оружейный огонь. Так как корабли шли близко от берега, то огонь представлял серьезную опасность, и потому десанту и команде было приказано залечь на палубе; стоять остались лишь офицеры, управлявшие движением. Как только канонерские лодки достигли своих мест, с них был начат обстрел фортов. Действие артиллерии, стрелявшей почти в упор, было очень сильным, а лучшие стрелки из хороших ружей, расположившись на мачтах, быстро перебили китайскую орудийную прислугу. Спущенные китайцами по течению реки брандеры были перехвачены гребными судами, отведены в сторону и посажены на мель. К 11 часам все орудия в укреплениях левого берега замолкли, и высаженный на берег десант без сопротивления овладел фортами. Через четверть часа прекратили огонь и форты правого берега, которые после этого также были без боя заняты десантом, которому пришлось отбивать попытку контратаки из деревни Дагу. В 12 часов в руках англо-французских войск оказалась вся линия фортов на обоих берегах реки. По окончании боя на северном форте правого берега из-за пожара взорвался пороховой погреб; этот взрыв нанес атакующим наибольший урон за все время боя. После высадки десант разрушил захваченные форты, а также помог канонерским лодкам уничтожить стоявшие вдоль реки батареи, предназначенные для обстрела фарватера. 23 мая эскадра из малых судов осторожно двинулась вверх по реке и вечером 26 мая достигла Тяньцзиня. Так как китайское правительство считало взятие фортов Дагу невозможным, то Тяньцзинь укреплен не был, и китайскому правительству стало ясно, что дальнейшее сопротивление бессмысленно. Немедленно после прибытия союзной эскадры в Тяньцзинь было получено извещение, что китайский император назначил двух уполномоченных для заключения мирного трактата. Императорские представители прибыли 30 мая, и после переговоров с представителями Великобритании, Франции, России и США были подписаны Тяньцзиньские трактаты. По ним европейской торговле были открыты шесть новых портов, миссионеры получили право свободно путешествовать внутри Китая. Все иностранцы, обвиняемые в каких бы то ни было преступлениях, должны были передаваться в консульства и быть судимы по собственным законам. Китайское правительство приняло на себя возмещение военных издержек. Воспользовавшись конфликтом, Россия, которой полный разгром Китая и вымирание от наркоты его народа были совсем не выгодны и неприемлемы ментально, предложила Цинской империи военную помощь в обмен на территориальные уступки. В 1858 году был заключен Айгунский договор, по которому Россия получила права на левый берег Амура и контроль над Уссурийским краем. Тяньцзиньские трактаты, подписанные в 1858 году, должны были быть ратифицированы в Пекине в 1859-м. Российский посланник прибыл в Пекин по суше, однако английский, французский и американский представители следовали морским путем. Прибыв к устью реки Байхэ, они обнаружили, что разрушенные в прошлом году крепости Дагу, прикрывавшие вход в устье реки, не только восстановлены, но и перестроены на современный манер. Представитель китайской администрации предложил западным посланникам высадиться в Бэйтане, находившемся в нескольких километрах к северу, и оттуда следовать в Пекин сухим путем. Однако посланники непременно желали доплыть до Тяньцзиня и обратились к командовавшему эскадрой английскому адмиралу Джеймсу Хоупу с просьбой открыть вход в Байхэ силой. 25 июня 1859 года адмирал Хоуп согласился исполнить просьбу посланников, полагая по примеру прошлой войны, что достаточно будет одного обстрела фортов для открытия входа в реку. Однако англо-французские войска, рассчитывавшие на легкий десант по образцу атаки прошлого года, неожиданно наткнулись на жесткую китайскую оборону и, понеся значительные потери, были вынуждены бесславно ретироваться в Шанхай и ждать новых указаний из Европы. Сражение за крепости Дагу 25 июня 1859 года показало Англии и Франции, что с небольшой эскадрой рассчитывать на успех нельзя, и оба правительства решились послать в Китай значительные морские и сухопутные силы. Британскими войсками (12 290 человек) командовал генерал Джеймс Хоуп Грант, а французскими (7650 человек) командовал генерал Шарль Кузен-Монтабан. В 1860 году англо-французские войска встретились в Гонконге, высадились в Бэйтане 12 августа и успешно атаковали крепости Дагу 21 августа. Крепости сильно пострадали, и войска генерала Сэнгэринчи вынуждены были отойти. Затем союзные войска заняли Тяньцзинь. Прождав до 7 сентября и поняв, что китайские представители не намерены нормально вести переговоры, а лишь тянут время, союзники решили выступить к Тунчжоу и вступить в переговоры с китайскими представителями там. 13 сентября союзная армия достигла деревни Хэсиу. До 15 сентября шло сосредоточение войск, тем временем возобновились дипломатические переговоры. Пока шли переговоры, командовавший цинскими войсками монгольский князь Сэнгэринчи сосредотачивал армию у Тунчжоу, рассчитывая одним ударом уничтожить слабые англо-французские силы. Переговоры должны были дать цинской стороне время для подтягивания маньчжурской конницы, которая была основной ударной силой. 17 сентября англо-французские войска достигли деревни Мадао в десятке километров от Тунчжоу. Утром 18 сентября они должны были подойти к Тунчжоу еще ближе и расположиться на биваках, для выбора которых еще накануне были высланы офицеры. Эти офицеры, выехав на рассвете из Тунчжоу для встречи своих войск, обнаружили южнее деревни Чжанцзявань китайские войска, расположившиеся в боевом порядке. Они были разбиты, однако Сэнгэринчи не считал дело проигранным. Маньчжурская кавалерия была сконцентрирована к западу от Тунчжоу, готовясь дать решающее сражение. Для окончательного разгрома китайско-маньчжурских войск союзным силам понадобился еще один бой – сражение у моста Балицяо 21 сентября. Это сражение стало решающим. В нем из 50 000-60 000 человек, принимавших участие в сражении на стороне китайской армии, было потеряно около 3000. Было потеряно 27 бронзовых орудий. Потери союзников были ничтожны: французы потеряли 3 человек убитыми и 17 ранеными, англичане – 2 убитыми и 29 ранеными. Получив известие о поражении своей армии, император Айсиньгеро Ичжу бежал в провинцию Жэхэ, оставив вести переговоры своего младшего брата – великого князя Гуна. После недельных переговоров стало ясно, что китайцы опять пытаются выгадать время, и союзники приняли решение наступать на Пекин. Остановка у Балицяо дала англичанам и французам возможность подтянуть тылы, организовать систему снабжения и подвезти осадную артиллерию, необходимую для штурма Пекина. 5 октября обе союзные армии выступили в путь и 6 октября достигли северо-восточного угла городской стены Пекина. Разведка сообщила, что у северо-западного угла находится укрепленный лагерь, который занимает 10 000 маньчжурских войск. Главнокомандующие решили немедленно двинуться туда и разбить врага в полевом сражении. Однако оказалось, что лагерь оставлен еще в предыдущую ночь, а двигавшаяся на правом фланге английская кавалерия сообщила, что китайская армия отступила по направлению к летнему императорскому дворцу Юаньминъюань, находящемуся в 10–15 км к северо-западу от городской стены. Получив это известие, союзные главнокомандующие решили немедленно идти по направлению к дворцу, причем общим сборным пунктом обеих армий был назначен сам дворец. Двигаясь по незнакомым дорогам, английские и французские войска вскоре потеряли друг друга из виду; английская кавалерия потеряла свою пехоту и присоединилась к французским войскам. С наступлением ночи французские войска достигли дворца Юаньминъюань, где имели лишь небольшую стычку с плохо вооруженным отрядом дворцовой стражи из 20 человек. Английские войска по пути наткнулись на бивак маньчжурской конницы и в итоге были вынуждены заночевать на полдороге в небольшой деревне. 7 октября 1860 года начался совместный грабеж летнего императорского дворца, а также прилегавших к нему строений. В связи с тем, что английские войска располагались в отдалении от дворца, английские солдаты не могли принимать участия в грабежах, это могли делать лишь офицеры, обладавшие большей свободой передвижения. Для восстановления справедливости командовавший английскими войсками генерал Грант создал комиссию по справедливому распределению награбленного между военнослужащими. Захват дворца показал, что китайская армия после недавних поражений отказалась от всякого сопротивления. Наступление к северу с целью ее преследования не обещало успеха, лишь чрезмерно растягивая коммуникации. Поэтому было решено вернуться к Пекину, чтобы его захватом повлиять на скорейшее заключение мира. 10 октября союзники встали лагерем у пекинской городской стены. Китайской стороне был выдвинут ультиматум: союзники для обеспечения посольств при ведении дальнейших переговоров в Пекине потребовали передачи под их контроль крепостных ворот Аньдинмэнь. В случае, если ворота не будут уступлены до 13 октября, союзники угрожали взять их силой и начать артобстрел города.

13 октября в 10 часов утра великий князь Гун прислал от себя уполномоченного Хань Ци, который старался отговорить союзников от требований передачи ворот или хотя бы оттянуть время передачи. Лишь за несколько минут до полудня, когда артиллерийская прислуга уже заняла места возле орудий, ворота были отворены и переданы генералу Нэйпиру. 24–25 октября 1860 года был подписан Пекинский договор, по которому цинское правительство согласилось выплатить Великобритании и Франции 8 миллионов лянов контрибуции, открыть для иностранной торговли Тяньцзинь, разрешить использовать китайцев в качестве рабочей силы (кули) в колониях Великобритании и Франции. К Великобритании с этого момента переходила южная часть Цзюлунского полуострова. Постоянный поток продаваемого британцами в Китай опиума привел к гигантскому распространению наркомании среди китайцев, деградации и массовому вымиранию населения.

14 ноября, в благодарность за спасение графом Н. Игнатьевым Пекина от разграбления англо-французскими войсками, Цинская империя подписала с Россией договор о границе по Амуру и Уссури.

Награжденный за среднеазиатскую экспедицию орденом Св. Анны 2-й степени с короной и произведенный в генерал-майоры Игнатьев в марте 1859 года был назначен уполномоченным в Китай. Ему было поручено добиться от китайского правительства ратификации Айгунского договора и по возможности включения в него земель по правому берегу реки Амур от устья реки Уссури до Японского моря на востоке и до северной границы Кореи на юге.

Россию не устраивала победа ни одной из сторон. В случае усиления Китая шансы России на ратификацию Айгунского договора равнялись бы нулю – пекинское правительство ратифицировать договор и без того не желало. Если бы разгромно победили союзники, то во избежание конкуренции они не допустили бы укрепления России на тихоокеанском побережье и сами заняли бы удобные бухты от устья Амура до границы с Кореей. Что, безусловно, было невыгодно и Китаю. В этих условиях у России был важный шанс на успех – выступить в роли посредника между враждующими сторонами, заодно спасая Китай от уничтожения и раздела. Эту карту и должен был разыграть новый российский посланник в Китае.

Пекинское руководство встретило Н. П. Игнатьева отказом в ратификации Айгунского договора и предложило покинуть страну. Он этого не сделал, сославшись на распоряжение своего начальства, и вынудил китайских представителей начать переговоры. Переговоры, в которых с китайской стороны участвовали высшие сановники Су-Шунь и Жуй-Чань, первый из которых был близким родственником самого императора, длились около года. За это время Игнатьев использовал весь возможный дипломатический арсенал – от уверений в вечной дружбе братских соседних народов до угроз военного захвата территорий, но результата не добился. Тогда он тайно покинул Пекин, пробрался через расположение китайской армии, сосредоточенной близ Тяньцзиня, и по реке Бэйхэ спустился к морю, где его ждала Тихоокеанская эскадра под командованием И. Ф. Лихачева. На одном из ее кораблей он отправился в Шанхай для переговоров с союзниками. Тонко лавируя между всеми враждующими сторонами, он пытался не допустить их сближения без его посредничества. Китайцев он убеждал не падать духом. Союзников – в том, что китайцы намерены продолжать сопротивление и собираются с силами… При этом он усыпил бдительность союзников, заявив, что все спорные земельные вопросы между Китаем и Россией уже урегулированы и, следовательно, услуги его совершенно бескорыстны. Некоторые историки, прежде всего, естественно, западные, характеризуя действия Игнатьева, называют их «макиавеллистскими».

В конце сентября 1860 года союзный десант в количестве 7 тысяч человек подошел к Пекину, выиграв по пути несколько сражений. «На их плечах» вернулся в Пекин и российский посланник. Сразу по возвращении 3 октября он принял в Южном подворье Русской духовной миссии китайскую делегацию, которая просила его спасти город. Он поставил им пять условий, среди которых были «ратификация Айгунского договора» и «разграничение по реке Уссури до Японского моря и по линии китайских пикетов в Западном Китае». Китайцы приняли все условия, и князь Гун прислал Игнатьеву официальную просьбу о посредничестве. Переговоры союзников с китайцами проходили в помещении Русской миссии. При затруднениях обе стороны обращались к Игнатьеву. После подписания договоров союзные войска покинули Пекин. Игнатьев убедил их командование даже не оставлять пока в Пекине посланников, опасаясь, что те могут узнать о российско-китайских переговорах. Они велись в тайне от союзников, под контролем, но без личного участия Игнатьева. Признательность китайского правительства за спасение столицы от европейской оккупации и ускорение удаления союзных войск выразилась в заключении и немедленной ратификации договора 2 (14) ноября 1860 года, по которому за Россией утвержден как левый берег реки Амура, так и реки Уссури со всеми приморскими гаванями до бухты Посьета и маньчжурским берегом до Кореи (Приморская область), на западе значительно исправлена граница наша по озеру Нор-Зайсанг в Небесных горах, обеспечено за Россией право сухопутной торговли в китайских владениях и устройство консульств в Урге, Монголии и Кашгаре.

Если бы не противодействие России англичанам в Китае, Туркестане, на Тихом океане, то есть везде, в ходе «Большой игры» эти алчные ребята, без сомнения, сделали бы из Азии одну большую Ирландию. Только по многолюдству своему спасаться индийцам и китайцам было бы негде. Вот такова ПО СУТИ британская цивилизация. И именно она дала путевку в жизнь цивилизации американской.

Это объясняет тот, казалось бы, удивительный факт, что освободившиеся – не без российской и французской помощи – от Британии США стали авторами идиотской фразы: «Хороший индеец – мертвый индеец». И реализуя ее на практике, показали себя ничуть не лучше своих угнетателей англичан в Ирландии, Африке, Азии.

На момент прихода европейцев в Северную Америку некоторые индейские народности, такие, как пуэбло на юго-западе современных США, жили в многоэтажных зданиях, построенных из саманного кирпича, выращивая кукурузу, тыкву и бобовые. Их соседи, апачи, жили небольшими группами. Они охотились и занимались земледелием. После того как испанские колонисты завезли лошадей, апачи стали их использовать и заниматься набегами на их оседлых соседей – белых и индейцев – с целью грабежа. На востоке современных США в лесах жили ирокезы. Они охотились, ловили рыбу, занимались земледелием, выращивая 12 видов злаков. Их продолговатые дома, крытые корой вяза, вмещали до 20 семей. Ирокезы были достаточно воинственными. Они окружали свои селения деревянным частоколом, чтобы защититься от набегов соседей. Индейцы, жившие на побережье Тихого океана на северо-западе современных США, занимались ловлей рыбы и морепродуктов. Многие индейцы были искусными ремесленниками. Они изготовляли керамику, корзины, занимались резьбой по дереву, ткали ткани. Но они так и не изобрели колеса и путешествовали пешком или на каноэ по воде.

В соответствии с доктриной открытия европейские переселенцы считали, что имеют полное право занимать земли индейцев. Многие поселенцы считали, что индейцы – дикари и что их образ жизни не имеет никакой ценности. Небольшие индейские племена не могли оказать серьезное сопротивление хорошо вооруженным и решительным колонистам, но, объединившись, они представляли собой часто довольно могущественную силу. В 1675 году Метакомет, вождь племени вампаноаг, объединил соседние племена для борьбы с европейскими поселенцами в Новой Англии, но они потерпели поражение. Ирокезы, которые населяли район ниже озер Эри и Онтарио на территории нынешних штатов Нью-Йорк и Пенсильвания, оказались более удачливыми в своем сопротивлении белым. Еще в 1570 году пять племен объединились и образовали Лигу ирокезов. Она торговала с европейскими поселенцами мехами и выступила на стороне Великобритании в войне против Франции за господство в Америке, которая длилась с 1754 по 1763 год. Во время Войны за независимость США некоторые ирокезы выступали на стороне британцев, другие поддерживали американских колонистов, третьи сохраняли нейтралитет. В результате с ирокезами воевали все, и они понесли тяжелые потери. По завершении Войны за независимость США территории к северо-западу от реки Огайо были уступлены британцами США согласно Парижскому мирному договору 1783 года. Тем не менее форты к северо-западу от реки Огайо остались под контролем британцев. Когда туда пришли американские войска, им пришлось столкнуться с упорным сопротивлением индейских племен.